Бог у Августина и высшая сущность, и причина всех перемен, и важнейший предмет познания, и причина познания, и наивысшее благо, и причина всякого блага. Бог – это единое, совершенно абсолютное бытие; мир – это Божье творение и отблеск Бога. Человеческая душа от тела отличается совершенством потому, что она близка Богу и бессмертна.
В сочинении «О граде Божьем» Августином разработана христианская философия мировой истории как истории противоборства мира земного, воплощенного в государственности – как достояния дьявола – и мира Божьего, представленного католической церковью. Задача церкви – одолеть мир дьявола, обратив все человечество в «истинную веру».
Все, что ни делает человек, предопределено Богом. Своим решением Бог избрал одних для спасения, других – для осуждения на муки в аду. Истинная философия та, которая проповедует Божественную мудрость и мыслит не сообразно стихиям мира, а сообразно Богу, сотворившему этот мир. Августин немало внимания уделял психологии человеческой души. В «Исповеди» – лирико-философской автобиографии – Августин на основе глубокого психологического самоанализа раскрыл свое внутреннее развитие как личности от младенчества до принятия христианства, показал противоречивость этого развития и пришел к выводу, что только Божественная благодать может спасти человека, избавить его от греха.
Августин утверждал единство веры и познания: «Разумей, чтобы мог верить, верь, чтобы разуметь». Этот принцип радикально отличался от тезиса, выдвинутого Тертуллианом. Вместе с тем у Августина вера первенствует над разумом. Наивысший авторитетный источник веры – церковь как непогрешимая инстанция истины.
Авторитет Августина был общепризнанным и непререкаемым во всем католическом богословии вплоть до XIII в., до Фомы Аквинского.
Спор об универсалиях. Следующий этап развития средневековой философии – этап схоластики (от лат. schola – школа). Он продолжался с IX по XV в. Непосредственным назначением схоластики было обоснование, систематизация и защита официальной церковной идеологии путем формально-логических доказательств. Нередко при этом чрезмерное внимание уделялось анализу понятий и пустых логических схем.
Тексту верили больше, чем практике. Галилей рассказывал об одном схоласте, который, увидев, что нервы сходятся в мозгу, а не в сердце, как учил Аристотель, сказал: «Вы мне показали это все так ясно и ощутимо, что если бы текст Аристотеля не говорил обратного, – а там прямо сказано, что нервы зарождаются в сердце, – то необходимо было бы признать это истиной»[12].
Одним из главных вопросов, которыми занималась средневековая схоластика, был вопрос об отношении знания к вере. Конечно, утверждался приоритет веры над разумом, наукой. В философском плане эта проблема приобрела форму спора об универсалиях (от лат. universalis – общий), или о природе общих понятий. Было предложено несколько решений этого вопроса (по сути дела вопроса об отношении общего к единичному), но основных подходов было два.
Первое решение состояло в том, что «универсалии» (общие понятия, или роды) существуют реально, независимо от человеческой мысли и речи (сравните с учением об идеях Платона). Этот взгляд получил название «реализм». Сторонники второго подхода утверждали, что «универсалии» не существуют вообще. Это только слова или имена, которые человек дает единичным вещам. Так, «человек вообще» как родовая общность не существует, существуют реально лишь отдельные люди, каждого из которых называют общим именем «человек». Этот взгляд получил название «номинализма» (от лат. nomen – имя). В IX–XII вв. большинство схоластиков были «реалистами». К ним относятся, прежде всего, Иоанн Скот Эригена (810–877), которого называли «первый отец схоластики», и Ансельм Кентерберийский (1033–1109).
Позицию крайнего номинализма занимал Иоанн Росцеллин (1050–1120). Он утверждал, что общее не имеет никакой реальности, реально существуют лишь единичные вещи, а общие понятия являются лишь звуками, «сотрясением воздуха». Из этого он, в частности, сделал вывод, что если существуют три божественные особы (Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой), то и богов не один, а три (ведь общего не существует). Единство церкви как «тела» Христова – тоже пустой звук, ибо в действительности существуют отдельные, единичные храмы и их прихожане. Понятно, что такое учение было опровергнуто синодом в Суассоне в 1092 г. как еретическое.
Нельзя не упомянуть о Пьере Абеляре (1079–1142), который выступил сторонником «умеренного номинализма», – полагал, что универсалии содержатся в вещах. Абеляр, с одной стороны, признавал многообразие единичных вещей, на сходстве которых и основаны универсалии, а с другой – признавал и реальность общих понятий, идей в уме Бога, по которым творятся вещи.
Арабская философия. Существенное влияние на развитие западноевропейской схоластики оказала философия арабского мира. После национального и религиозного объединения арабов на основе ислама в эпоху пророка Мухаммеда (570–632) арабы под стягом ислама подчиняли одну страну за другой и создали Арабский халифат от Туркестана до Испании. Арабские завоеватели особенно обстоятельно изучали и комментировали греческую культуру. Именно через арабов стали известны в средневековой Европе труды многих греческих философов. Прежде всего арабская философия дала обстоятельную интерпретацию идей Аристотеля. Особо выделяются труды двух арабских философов – Авиценны (араб. Ибн Сина, 980–1037) и Аверроэса (араб. Ибн Рушд, 1126–1196).
Аверроэс, не порывая с исламом, в комментариях к произведениям Аристотеля развивал его идеи о вечности и несотворенности материи и движения, выдвинул идею абстрактного мирового разума (нуса) как единой безличной субстанции, общей для всех людей и действующей на отдельные души извне. На этом основании отрицал бессмертие индивидуальной души и загробную жизнь. Был одним из создателей учения о «двойственной истине», стремясь тем самым освободить науку и философию от контроля религии.
Авиценна также признавал вечность материи, рассматривая ее как причину единичных вещей, выступал против суеверий. Мир материален и вечен, как сам Бог. В природе все причинно взаимосвязано, миру присуща естественная закономерность.
Таким образом, оба они считали, что мир сотворен из материи, а не из ничего. Как и Аристотель, они считали Бога формой всех форм, неподвижным двигателем, вечным творческим условием развития мира. Для их философии характерен рационализм (признание определяющей роли логического познания) с элементами материализма, который вытекал из их естественно-научной ориентации. Оба занимались не только философией, но и юриспруденцией, математикой, логикой, медициной.
Фома Аквинский – систематизатор средневековой схоластики. Самым видным религиозным философом западного Средневековья был Фома Аквинский (1225–1274), монах доминиканского ордена (латинизированное имя – Томас Аквинат). В 1323 году причислен католической церковью к лику святых, а в 1567 году признан «общим учителем Церкви». В своем главном труде «Сумма теологии» он обосновал основные принципы христианской теологии с помощью логики Аристотеля, а также переработки его учения. Учение Фомы Аквинского до настоящего времени остается живой философией: в 1879 году папа Лев XIII в энциклике «Aeterni Patris» провозгласил томизм официальной философской доктриной католицизма. В XIX и XX веках на его основе развивается неотомизм.
Цель философии Фомы Аквинского – утвердить безусловную истинность христианства. Он стремится показать гармонию веры и разума, доказать, что вера и разум при всем их отличии друг от друга гармонически согласуются между собой. Фома решительно выступил против учения о «двойственной истине», с помощью которого в условиях засилья религии пыталась утвердить себя наука. Высшая истина – это сам Бог. Божественная истина недоступна человеческому разуму, а доступна лишь вере, Божественному откровению. Именно поэтому вера выше разума, ей доступны истины как Божественные, так и мирские, научные.
Философия и религия, согласно его учению, имеют ряд общих положений, и эти положения открываются и разумом, и верой. Если есть возможность выбора, то лучше понимать, чем просто верить. Однако разуму, философии в целом доступен только телесный, сотворенный Богом мир. Божественная же сущность доступна только вере. Атрибуты (или неотъемлемые характеристики) Бога могут быть познаны только через отрицательные определения. Так, в мире все движется и умирает, Бог же недвижим и вечен. Бог не тело, он не слагается из частей, в нем нет сложности. В Боге нет никаких случайностей.
