В непроглядной тьме они чуть было не проскочили развилку: Леша давил на газ и старался не выпасть из колеи, а посему меньше всего читал указатели.
– Сто-о-о-о-й-й-й! – дружно закричали Лариса с Катериной. – Приехали!
Леша от неожиданности тормознул неудачно, жигуленок зарылся в снег по самый капот и затих. Все попытки оживить старичка отечественного автопрома оказались тщетными: двигатель, уркнув раз-другой, перестал подавать признаки жизни.
– Надо толкать! – подвел итог бесполезных тырканий Леша. – Ларка! Давай за руль, а мы с Катериной сзади.
Катя с сомнением посмотрела на свои модные сапожки и уперлась двумя руками в багажник. Лариса уселась на водительское сиденье и повернула ключ зажигания. Через десять минут стало понятно, что и этот маневр не ускорит процесс.
Выбившаяся из сил Катерина села в сугроб и со злостью сказала:
– Здравствуй, Дедушка Мороз – борода из ваты...
Она не успела озвучить до конца свою мысль – из-за поворота показались огни приближающегося автомобиля. Это оказался красавец джип – черный, новенький и сильный. Судя по всему, его пассажиры тоже ехали в Рассохино. Джип уверенно затормозил, и из него выскочил водитель – молодой парень.
– Застряли? – спросил он.
– А сам не видишь?! – огрызнулась Катерина.
А Лариса вежливо попросила:
– Дерни, а?!
– Куда едете? – весело спросил парень.
– В Рассохино! – хором ответили Леша, Лариса и Катерина.
Парень приоткрыл дверь джипа и сказал в темноту салона:
– Валерь Степаныч! Тут ребята застряли. Тоже в Рассохино едут. Я дерну?! – Выслушал ответ и кивнул: – Поехали!
Все быстренько загрузились в жигуль. Джип аккуратно по обочине объехал его, остановился. Леша выскочил и зацепил конец троса.
– По коням! – проорал водитель джипа, влез на свое место и тихонечко поехал.
Жигуленок послушно пополз за ним по широкой джиповой колее. Двигатель, молчавший до этого, как партизан, пару раз чихнул, подергался и заурчал. Леша для надежности его еще погонял и весело засигналил: мол, тормози, дальше я и сам с усам!
Водитель джипа остановился, отцепил трос, заглянул внутрь ожившего жигуленка:
– Ну, с Новым годом, красавицы! – А Леше важно сказал: – Смотри, а то дотяну до нужного дома!
– Спасибо! – гордо отказался тот. – Справимся!
Джип слегка качнулся от захлопнувшейся без шума дверцы и медленно поплыл к показавшемуся поселку.
– Ну, девки! Считай, приехали! – сказал Леша, влезая в машину. – И даже не опоздали!
Поселок стоял под горкой. Несколько домиков, расположенных на солидном расстоянии друг от друга. По темным очертаниям прибрежных кустов угадывалась излучина реки. Сразу за рекой – сосновый лес. Между домами – сосны с елками вперемежку.
Дом Куликовых – первый от реки, Лешка показал его. Рядом – огромная хоромина, украшенная цветными елочными гирляндами.
– Это наш сосед – дядя Слава, директор завода, – прокомментировал Лешка. – А-а-а! Вот и наши спасатели: к нему гости на джипе приехали.
Дома у Лехи, в огромной прихожей, отделанной вкусно пахнущей сосновой доской, все по очереди расцеловались с его мамой Марией Ивановной – симпатичной маленькой женщиной, за подол нарядного платья которой держались два абсолютно одинаковых малыша.
– Наши двойняшки – Маша и Миша! Лешенькины племянники, – познакомила всех с детками счастливая бабушка.
Маша и Миша тут же залезли в сумку с подарками и вытряхнули из нее припасенные как раз для них коробки с игрушками. Прихватив добытое, они умчались в комнату.
На крыльце затопали, обивая снег с обуви, и в дом вместе с облаком морозного тумана ввалились гости – Лешкина сестра с мужем. Шумно знакомились, раздевались, целовались.
– Лех, а ты у нас орел: сразу с двумя девушками приехал, – подмигнула брату сестрица Ольга. – Твоя-то которая?
– Обе мои! – отшутился Леша, отбиваясь от сестры, увлекая Катю и Ларису за собой в комнату.
Гостей у Куликовых было много: в деревне в некоторых домах по одному жителю осталось. Ну, не бросать же их в такой праздник?! Вот Мария Ивановна и обошла всех соседей с приглашением. Стол ломился от деревенских закусок: грибы, ягоды, закрутки с огородов. Гости наперебой угощали приезжих «своим».
На большом экране телевизора все такие же молодые, как и много лет назад, играли ненадоедающую комедию Барбара Брыльска и Андрей Мягков. Нестареющая польская красавица бархатным голосом тоже юной Аллы Борисовны пела про любовь, а протрезвевший Женя Лукашин рвал на мелкие части портрет несчастного в любви Ипполита. Все знали комедию наизусть, но с удовольствием смотрели, и комментировали, и опережали героев в диалогах – выдавали киношные перлы.
Потом все было, как это бывает всегда: привет от президента по телевизору, пробки от шампанского в потолок, нестройное «ура!» и фейерверк за окнами – это у соседей шарахнули из десятка разных стрелялок солидной китайской мощности. Все как всегда. И даже желания Лариса загадала точно такие, что и в прошлом году. Скороговоркой про себя: «Чтоб родители были здоровы, и Пашка, и Андрей, и сама, конечно, и Катька с Лешкой, и чтоб Пашка учился хорошо, и чтоб войны не было, и чтоб зарплаты хватало не только на хлеб и колготки, но и на поездку в Египет, ну и чтоб одной не быть...» Вот и все.
Стандартный набор, как продуктовая корзина стандартного жителя города на Неве. Загадала быстро, куранты еще не успели пробить положенное, и время еще осталось, и она лихорадочно стала думать, что б еще такое, необычное, чтоб дух захватило, пожелать себе?! Чтоб хоть немного все отличалось от прошлого года. И с последним ударом курантов успела цапнуть желание дерзкое: пусть прямо этой ночью случится что-то необычное, что круто изменит ее жизнь!
Так, и не желание даже. Мысль. И чудо не заставило себя долго ждать.
Двери в дом Куликовых отворились, и чудо явилось на пороге в облике Валерия Степановича Лопухина – почетного гостя соседа Леши Куликова. Того самого, что прикатил в деревню на джипе и выдернул ее, Ларисин жигуленок, из сугроба.
Был он, этот Валерий Степанович Лопухин, директором заводика строительных материалов, которым хитрым способом завладел в смутное перестроечное время. Заводик кормил и поил Валерия Степановича, давал ему повод пыжиться изо всех сил, изображая серьезного дяденьку. И было не совсем понятно, зачем он так пытается угнаться за своими более серьезными приятелями во всем, даже в том, чтобы именовать себя, юного, даже в дружеской компании по имени-отчеству, педалируя эту тему поминутно.
Ну, у богатых, как говорится, свои причуды. Да в тот самый первый момент Лариса и не увидела этих причуд. Внешне директор заводика был симпатичным, обходительным. Лариса это сразу отметила. Всех старух за столом у Куликовых перецеловал и каждой даме к ручке приложился. Ларисину ручку в своей холеной лапке задержал дольше, чем надо было бы. Ну и тут же начал ее охмурять по полной программе.
