Председатели участковых комиссий полны таинственности. Они обладают Знанием, которое накопили за время своего председательствова-ния Ко дню голосования собравшиеся-таки в полном составе участковые комиссии констатируют, что усталость и раздражительность председателя с секретарем идеально вписываются в общий пессимистический настрой этих выборов. Все вопросы надо решать в авральном режиме – готовить участки ко дню голосования, оборудовать кабины, заготовить таблички, распределить обязанности. В этих случаях проявляется благородное умение россиян самоорганизовываться и решать авральным методом ворох проблем; что до этого делали председатель и секретарь – никто не выясняет. Оставшись на ночь, народные умельцы украшают участок лозунгами «Все на выборы!», с вечера сбрасываются деньги на организацию «поляны» с выпивкой и закуской, добрые женщины, лишив себя выходных, моют полы в помещении для голосования, мужчины доводят до ума переносные урны. Поэтому, когда голосование закончилось, никто из членов комиссии, за столь короткий срок так сблизившись друг с другом, не мешает председателю «химичить» с бюллетенями. Более того, его поддерживают в спорах с наблюдателями – только бы поскорее закончились эти никому не нужные выборы, этот бесконечно длинный день.
Таким образом, случай централизованной и системной активности всей вертикали комиссий во главе с председателем избиркома соответствующего уровня отличается от случая, когда инициатива отдастся «на места» – в участки. Мастерство председателей региональных избиркомов в том, что они могут варьировать эти сценарии – при употреблении одних и тех же условий фальсификации соискатели мандатов начинают понимать что к чему, а избиркомовская вертикаль разрываться интригами, доносами и наушничеством, лишая ангажированного председателя влияния и даже должности.
Кандидат от власти
На первый взгляд кажется, что фальсификация выборов кандидатом от власти полностью тождественна избиркомовским стратегиям. Это не совсем так. Если инициативу подготовки фальсификаций отдают полностью в руки председателя избиркома, то сходство может быть почти абсолютным (особенно этап маскировки «вброса»). Но дело в том, что, затевая Праздник просвещения, председатель избиркома знает – никто в его руки победу кандидата от власти не отдаст. Потому что на выборах главное – это показать главе исполнительной власти, кто все-таки «сделал» эти выборы. А это аппаратное право представителю избиркома не дадут (может, раньше и позволялось, но сегодня о фактах прямого доступа председателя избиркома к главе нам неизвестны).
Обычно избиркомы «курирует» один из заместителей главы исполнительной власти, привыкший класть на стол своему начальнику все выборные сводки. За это его ненавидят остальные замы. Причем у каждого зама в запасе существует свой организационный резерв «решения выборного вопроса». Уповая на него, замы, не имеющие отношения к организации выборов, всячески поносят куратора. Жалобы на последнего раздаются и из стана кандидата от власти – команда не хочет быть ему обязана своей победой. Наконец, избиркомовская вертикаль, каждый раз представляя ясный и четкий план организации выборов (типа Праздника просвещения), вынуждена исполнять ненужные поручения своего куратора – ненужные с точки зрения комиссий, но не с позиций аппаратного выживания «зама по выборам».
Все эти обстоятельства делают характеристики «вброса» от власти совершенно отличными от других. Если избиркомовские методы можно сравнить с восточными единоборствами, то фальсификацию «от власти» ни с чем сравнивать не надо – грубая и бездумная имперская машина в чистом виде.
Хоровод кураторов
Сначала один из замов «прикрепляется» к кандидату от власти. Это другой зам, не куратор выборов. Он может курировать все что угодно – от силовых структур до сельского хозяйства. Назовем его «куратор кандидата». В случае запуска сценария Праздника просвещения избиркомам подобное двоевластие выгодно – они получают у одного то, что не получили от другого. Но в последнее время ретивость куратора кандидата не проходит незамеченной – другие кандидаты пишут жалобы, журналисты возмущаются наглядностью применения «административного ресурса». Поэтому, куратора кандидата потихоньку отодвигают. В силу специфики бюрократических рефлексов подобные действия, как и подставки, он приписывает другому заму – либо куратору по выборам, либо близкому к кандидату от власти в силу профессиональных или биографических причин. Куратор кандидата, «уходя, не уходит» – он оставляет в штабе своего человека («специалиста»). Поэтому после прихода другого куратора кандидата предыдущий куратор знает все о работе штаба. Оставленный «специалист», не оставляющий у штаба сомнений относительно его предназначения, реализуется в одном – в беспощадной критике работы штаба, после того, как ушел оттуда первый куратор. Некий сухой остаток его отповедей ложится на стол главы исполнительной власти. Тот понимает, что дело зашло далеко, поэтому назначает нового куратора – уже третьего – «антикризисного управляющего» или «спасателя». Не связанный с процессом избирательной кампании, не знающий специфики предвыборной интриги, «спасатель» прибегает к самым топорным методам фальсификаций.
Неистребимость подобного сценария доказывают факты его осуществления на выборах всех уровней – от муниципальных до президентских.
Все эти подробности дворцовых интриг становятся достоянием штабов наиболее продвинутых кандидатов – те, к сожалению, не усиливают собственные порядки в связи с ожидаемым «топорным» или «молоточным» способом фальсификации, но стремятся занять место «кандидата от власти». О тщете их усилий и иллюзорности «гарантий власти» мы уже писали.
Выигрышные участки
Независимо от хоровода кураторов каждый зам главы исполнительной власти имеет в запасе так называемый свой участок. Обычно это два-три участка, находящихся на территории проживания или работы зама («вотчина»). Там все свои люди, и они ждут команды. Дождавшись, когда избирательная кампания начнет трещать по швам, а «молоточные» способы не решают проблемы, этот зам легким движением руки обеспечивает победу кандидату от власти. Держа до последнего данные по «своему» участку, зам ведет бешеный торг с кандидатом от власти и даже с главой исполнительной власти. В случае достижения договоренностей по звонку машина с бюллетенями может подъехать непосредственно к подъезду администрации, а бюллетени могут исправляться прямо в кабинете зама.
Вмешательство свыше
Подобный сценарий неплохо реализуется начальником контингента «организованно голосующих». По звонку министра или федерального чиновника сотрудник ведомства организует «выигрышный участок» у себя. В картине фальсификаций этот сценарий – лишь маленькая деталь, но во властных раскладах такие действия многого стоят. Чаще всего бывает, что непосредственный организатор не получает никаких лавров за риск, зато кандидат от власти с удивлением узнает, что на самом деле своей победой он обязан федеральному чиновнику. В регионах федералы такую ситуацию раскачивают так, что такой кандидат становится неблагодарным оппозиционером действующей власти, чьим кандидатом он так долго являлся.
В последнее время на роль штатного спасателя претендуют федеральные инспектора или сотрудники аппаратов полномочных представителей Президента в федеральных округах. Перехватывая инициативу у замов, полпредство сильно раздражает этим региональные власти, давая старт очередному витку бесконечного противостояния феодалов и государственных наместников.
Провокации
Чтобы не быть похожим в своих действиях на своих коллег, куратор силовых структур или глава силового ведомства может устраивать провокации. Это могут быть провокации на самих избирательных участках, на подступах к ним, на праздниках и массовых гуляниях в день выборов (еще раз вспомним о Празднике просвещения). При фиксировании нарушений должностное лицо может дать им ход в ту или другую сторону. При этом замечателен тот факт, что при планировании провокаций силовик осуществляет генеральную репетицию примерно за неделю до голосования. СМИ в материалах последней недели не могут обойти тему провокаций, что могло бы быть сигналом для кандидатов.
В последнее время стала наиболее частым явлением организация провокаций такого масштаба и резонанса, что главный силовик просто вынужден объявить спецоперацию или ввести особый режим на территории проведения выборов. Могут состояться террористические акты, но чаще всего они предотвращаются бдительными действиями правоохранительных органов. Наконец, в день выборов можно добиться такого положения дел, при котором количество людей в форме будет превышать число избирателей, а их распоряжения на избирательном участке будут беспрекословно выполняться всеми членами избирательной комиссии.
