Читаем без скачивания Экспедиция в Лес - Аксюта

Сегодня, как и вчера, первым шёл Славик, следя за направлением и был нехарактерно мрачно-задумчив.

— С нами происходит что-то странное.

— Ты это только что заметил?

— Нет, по-настоящему странное. Если вчера, образно говоря, в моей голове поселился компас, то сегодня к нему добавился справочник-определитель всего сущего. Тебя это не беспокоит?

— Могу вернуть тебе твою же фразу: «Мне это нравится!». А что тебя не устраивает?

— Я начал ощущать свою принадлежность к этому миру. До сих пор я был словно сам по себе. Как Дядя Фёдор из Простоквашино «Сам по себе мальчик. Свой собственный». А теперь меня словно кто-то забрал себе, не спросив моего мнения на этот счёт.

— Ты не эколог по своему мировосприятию.

— А в чём разница?

— А разница в том, что чем больше изучаешь биосферу, вникаешь во все взаимосвязи, тем больше ощущаешь свою связь с ней. Даже не так: себя её частью. Ты пока не паникуй. Надо ещё во всём разобраться, — она замолчала что-то обдумывая. — И знаешь, давай-ка действительно не будем распространяться о том, что с нами происходит. Как ты и хотел с самого начала.

— А что так?

— А то, что здесь дело попахивает уже не больничкой с карантином, а как бы нам не стать подопытными кроликами. Или ещё чего похуже. Во избежание.

В паре метров над ними по параллельной ветке на громадной скорости пробежала какая-то тварь, размером с собаку. Елена проводила её задумчивым взглядом. Ещё вчера она шарахнулась бы от такой попутчицы, а сегодня откуда-то знала, что животное совершенно не опасно для неё. Это хоть и хищник, но охотится на куда более мелкую добычу. Интересный эффект. Елена стала ещё внимательней присматриваться к окружающему. И больше понимать. Вот цепочка из крошечных царапинок-насечек на листе — след проползания хищной многоножки, вот гроздь ярко-красных ягод свисает с лианы и не ягоды это вовсе, а спорангии, совершенно несъедобные для человека. Метрах в ста пятидесяти внизу и влево неторопливо шествовало стадо тех самых ящеров, которые их вчера так напугали. Сегодня Елене было очевидно, что это животные не только растительноядные, но и настолько флегматичные, что на них, наверное, можно было даже прокатиться.

А Славик всё с той же мрачной целеустремлённостью пробирался вперёд, не обращая внимания на окружающие чудеса. Надо что-то делать. Как-то исправлять настроение парню.

— Всё ещё не пришёл в себя?

Славик обернулся и увидел счастливое, улыбающееся лицо Елены.

— Чему радуешься?

— Окружающему миру и своему месту в нём. Хочешь, и тебя обрадую?

— Хочу, — уныло согласился Славик.

— Давай повторим вчерашний эксперимент, — господи, неужели это только вчера было, кажется целая жизнь с тех пор прошла. — Закрой глаза и попробуй поискать…

— Солнце, — улыбнулся Славик.

— Да нет, не солнце, чего его искать! Скажем, ближайший источник опасности.

— А это интересно, — оживился он и начал походить сам на себя. Он поудобней уселся на ветке, пристроил рядом рюкзак, расслабился. Перед закрытыми глазами начали проявляться цветные пятна разной дальности, размера и интенсивности свечения. Он открыл глаза и попытался совместить картинки. Кое-что даже получилось.

— Ого. Занятно. Вот эти листья ядовиты, — он отвёл в сторону зелёную метёлку, почти упавшую ему на лицо. — Дотрагиваться можно, но упаси бог съесть. Вот эта мелочь насекомая может нехило покусать. А вон тот цветочек, — и кивком указал на растительную воронку метрового диаметра, — лучше не нюхать — весь день глюки ловить будешь. Здорово. Снова начинаю чувствовать себя суперменом.

Дальше дорога пошла веселей. Они уже не так осторожничали и не слишком стремились как можно скорей добраться до базы. Часть пути проделали пор земле, часть по ветвям деревьев. Нередко делали крюк, понимаясь вверх или спускаясь, чтобы поближе рассмотреть какую-нибудь любопытную штуковину. Впоследствии, при вспоминании этого дня, Елене он начинал казаться шагом назад в детство, когда готов гоняться за щенками и котятами, взять в руки лохматую гусеницу, чтобы внимательнее её рассмотреть, погладить ёжика, а также залезть на дерево, скатиться в овраг… в общем проделать кучу вещей, которыми не придёт в голову заниматься взрослым.

В полдень сделали остановку у небольшого лесного озерца, чтобы отдохнуть и перекусить. Достали последние оставшиеся рационы, воды набрали в листовой розетке какого-то растения. Имея компактный многоразовый фильтр, можно было не опасаться за её чистоту. Вальсиноры отступали от берега озерца на два-три метра и расположиться можно было прямо на белоснежном тонкозернистом песке. А заодно, впервые за истекшие сутки, умыться и ополоснуть гудящие ступни. Хотелось, конечно, искупаться, но мелькающие под поверхностью воды неясные тени внушали опасение.

— Ну вот, выяснилась ещё одна особенность: похоже наш биосканер, — Славик выразительно постучал себя по лбу, — в воде работает не слишком хорошо.

— Знаешь, то что есть, и так — сказка. Я не представляю, как бы мы шли без новообретённых способностей.

— Да я разве спорю, — Славик пожал плечами и засунул в рот галету. — Но всё же интересно, почему так происходит. До сих пор, никаких сбоев не было.

— У меня есть теория, — Елена помедлила. — Ничем не подтверждённая, основывающаяся только на моих внутренних ощущениях…

— Ну, давай, не томи.

— Мне кажется, всю информацию мы получаем непосредственно от Леса, а озеро не является его частью.

— Значит всё, что касается местной водной флоры-фауны придётся узнавать опытным путём, — ничуть не расстроился Славик.

— Как думаешь, скоро мы дойдём?

— Наверное, ещё до заката будем на месте. Разве ты не чувствуешь?

— Не в этом дело. У меня есть предложение. Точнее желание, — и она в нерешительности замолчала.

— Что за желание, что ты его никак озвучить не можешь? Надеюсь неприличное?

— Можно сказать и неприличное. Давай ещё раз в лесу заночуем.

— Хочешь проверить, что даст ещё одна ночь наедине с Лесом?

— Хочу. И ещё мне кажется, что изменения всё равно произойдут, но здесь они будут полнее и как-то естественнее, что ли.

— Можно я не буду давать ответ сразу?

— Разумеется. Кто же тебя заставит? Но мне хочется побыстрее узнать тайны этого мира и не очень хочется возвращаться к людям. По крайней мере, здесь никто не пристаёт с расспросами и не мешает обдумывать происходящие с нами изменения.

— И до чего ты уже додумалась? Ну, кроме того, о чём мы уже говорили?

— Ты заметил, как легко нам было сегодня идти? Сколько раз мы сегодня слазили-залазили на деревья? И это при повышенной плотности воздуха, минимальном рационе, четырёхчасовом сне на дереве не в самой удобной позе!