— Триста пятьдесят пять способов, если брать модифицируемые варианты, которые скорей всего будут в реальности и пока что девятнадцать решений на чистой версии, которая если и корректируется хотя бы в отношении наиболее атуальных моделей звезделотов и в отношении текущей растановки сил в галактике, то с запозданием в галактический год(1)… — зевнул Брайан, лениво просматривая что-то на паде. — А ещё если хоть кто-нибудь из вас копался в коде программы, то там прямо указано, что проигрыш не логично исходит из обстоятельтв и действий участников симуляции, а просто грубо записан как единственный вариант. В дилемме с монорельсом(2) и то больше вариативность.
— Как бы то ни было, но с практичесими занятиями придется обождать. — Прервал его Оливер, зная, что если не заткнуть конмандира отряда, то тот одну мысль растянет надолго, перебивая её множеством странноватых историй. А ожидать, пока парень перечислит каждый из способов да ещё в подробностях… Тогда бы кадеты запросто сдали бы какой-нибудь тест по терпению или выжиданию в засаде.
Впрочем, тест на терпение ещё даже по сути и не начинался. И, похоже, это только дочь самого Оливера и понимает, судя по её выражению лица и тому, как та явно пытается найти в происходящем логику, и эти размышления ей совсем не нравятся. У Весты были неплохие результаты в академии, но Оливер надеялся, что она решит после учебы отправить почти куда угодно, но не сюда. И не на Фронтир. И не в отделы космопола, занимающиеся полевыми операциями, сложнее пьяной потасовки в перелетных барах на поясе астероидов. Впрочем, и тогда может произойти всякое…
Но Оливер прекрасно понимал, что переубедить дочь не сможет. Что-то запретить произволом — тут тоже есть определенные препоны. И Веста это знает, и постарается оспорить решение отца. Остается только понадеяться, что она не выдержит того цирка, на который уже настроился отряд, изрядно заскучавший с последнего дела.
* * *
Пока директор космопола размышлял о своём, кадеты медленно обтекали от вроде бы приличных, без единого ругательного слова комментариев личным делам. Те, кто пытались возмутиться или даже задать вопрос, лишь больше закапывали себя.
Остальные лишь могли сочувствовать пилотам, у которых занудным тоном перечислялась каждая зафиксированная в академии тренировка и её результаты. И это было ещё наименьшим злом. Комментарии к отдельным строкам переворачивали даже официально отличные результаты.
— Восемьдесять пять процентов удачных сдач тестов на базовое отлично, остальное хорошо. Вне академии ни одного нарушения. Даже неправильной парковки самоката на воздушной подушке. Замечательно… для пилота орбитального школьного шаттла. — Брайан зевнул.
— Н-но… — растерялся пилот-блазар(4).
— В чём проблема? Результаты хороши. Но недостаточны. И совершенно никаких данных о реакции в экстремальных ситуациях. А у нас норма скорее уж они, чем вальяжный туристический круиз по системе.
Блазар уступил, надеясь показать свои умения, когда будет возможность воспользоваться хоть каким-то кораблём или хотя бы симулятором.
— А тут у нас семьдесят процентов просто хороших результатов, тридцатка незачтённых повторов, несколько ерундовых нарушений, одно серьёзное за угон челнока, с целью оказания медицинской помощи, участие в космических легальных и нелегальных гонках на примерно двадцатых-тридцатых местах, а также милейший факт про «нырки» в черные дыры с чётко выверенными расстояниями до горизонта событий… И всё бы хорошо, но слишком уж всё точно выверено. И заваленные тесты, и конкретные нарушения, и заныры в бублики(4)… Малыш, ты серьёзно думал, что так можно подмазаться?
Гориллоид лишь злобно запыхтел. Эта был довольно пылкий на эмоции вид, но кадет всё же сдержался, зная, что только посмеет без разрешения замахнуться на человека в полтора раза меньше себя, как для него закроются многие из отделов космопола.
— От настоящих результатов, какими бы они скромными не были б, было бы больше толку. Но так можно считать, что ещё один кандидат на самый-самый базовый курс утяток-камикадзе есть. Придётся близнецов(5) просить, чтобы подкинули детских радиоуправляемых флаеров.
* * *
Айне тоже досталось. Её личное дело словно припасли напоследок. И Веста с Фениксом были вынуждены удерживать подругу, чтобы та в отличие от более сдержанных товарищей, даже гориилоида, не бросилась на обидчика.
— Сорок два экстренных приземления, классифицируемых как падение, и дальнейшее неподлежание используемых летательных трнспортных средств к ремонту и эксплуатации… — зачитывал дело девушки Брайан. — Интересно даже, как были получены права на пилотирование, при таких результатах. Наверное, экзаменатору угрожали, что сорок третьей звездочкой на фюзеляже окажется его любимый аэрокар, что ли?
— Успокойся, ты же видела, что всем досталось. — Веста пыталась воззвать к разуму сокурсницы.
— Впрочем, интересно что не смотря на то, что корабли были как правило всмятку и походили на выставочные образцы современного искусства, экипаж ни разу не получил даже травм средней тяжести, отделываясь лишь синяками, царапин и лёгким испугом. Удача, наверное… — изучающе уставился на девушку парень, а Айна обмякла в руках своих друзей.
— Уж лучше Феникс подтасовал бы данные, чем… — страдальчески протянула она. Одно дело наивно считать, что её посчитали достаточно хорошим пилотом, для того, чтобы хотя бы пригласить. Но вот то, что она настолько дряной пилот, что кому-то даже стало интересно, как такое может быть… это обидно. Очень.
— Угон полицейского флаера? Не спрашиваю как, но зачем на нём надо было участвовать в орбитальных гонках? Эти колымаги мало того, что заметны, и все остальные участники от испуга сразу со старта чуть ли не в гипер уйдут, хотя у орбиталок его нет в принципе, даже в модифицируемых, или гонку отменят, так ещё пока тот автопилот уговоришь выдать хотя бы половину для стандартной модели флаера масимальной скорости, то можно благополучно свихнуться. Слишком уж там тупой и благонадежный ИИ.
Тут Айна встрепенулась:
— А
