Читаем без скачивания Праздничный коридор. Книга 2 - Валентина Ильянкова

– Я не хотела тебе рассказывать про «зелененького» и была права. Ты сразу заговорил об охране. Поверь, мне она не нужна. Я сама сумею позаботиться о своей безопасности. Тем более, сейчас, когда серьезно вооружена, как ты говоришь, даже куском металла. Но завтра я попробую стрелять, и, думаю, у меня все получится. Охрана мне не нужна и по другой причине. Завтра к нам в гости напросился Авдей. Совершенно определенно, он будет настаивать, чтобы я вышла на работу. В банке сейчас наступила тяжелая пора выживания, а грамотные специалисты ушли из банка пробовать свои силы в бизнесе. Я сама не хочу работать на «дядю», свой бизнес гораздо привлекательнее. Но на работу я все-таки выйду. Мне просто необходимо поддержать оставшийся в банке коллектив, и попробовать уговорить клиентов подписаться на акции банка. Иначе банк не успеет перерегистрироваться, и эту нишу немедленно займут частные банки. Я выйду на работу, если смогу, то проведу одну подписку. После чего, я с чистой совестью уволюсь, чтобы, наконец, всерьез заняться своим предприятием.

– По большому счету, работа по контракту, как и любая другая, тебе вообще не нужна. Но раз ты так решила… В любом случае, оставляй за собой недели две – нужно устроить Санечку в Москве. Подберем водителя, няню, ты их протестируешь. Я тебе покажу детский сад и познакомлю с персоналом, который будет заниматься Санечкой. Людмила, я думаю, уже привыкла к своему новому положению предпринимателя, справится без твоей постоянной опеки, а ты побудешь со мной. Кроме всего, ребенку тоже нужен какой-то период для адаптации на новом месте. Можешь для начала сама возить его в сад, а потом к обеду забирать. Тогда период привыкания пройдет для него безболезненно.

– Для меня тоже наступят тяжелые времена – Санечка и ты далеко, а я буду связана обязательствами перед банком и своим бизнесом.

– Санечка уезжает ко мне, своему отцу. Ты же согласна, что отец, так же, как и мать обязан заботиться о своих детях? Ты Санечку выносила, подрастила. Сейчас наступила моя очередь заняться воспитанием сына. Ты же не хочешь, чтобы он вырос плаксой и нытиком? Забалованный домашним воспитанием ребенок привыкнет к мысли, что он избранный и ему все позволено. А такие люди от первой неудачи обычно ломаются, а затем, если и поднимаются, то восстанавливаются очень тяжело и сложно. Не волнуйся, родная, с Санечкой все будет хорошо! Это я тебе обещаю. Каждая рабочая неделя заканчивается двумя выходными, и они будут нашими, мы снова будем вместе.

– Саша, – потянулась Зося губами к Анцеву, – Саша.

– Понял, – улыбнулся Анцев, – наш душевный разговор окончен. Рядом с тобой, Зосенька, я стал совершенно беспечным юнцом. В голове постоянно звучит твое «Саша» и ничего более. Скажи, солнышко, а что же будет, когда я состарюсь?

– Мы с тобой вместе будем стареть. Когда это произойдет, тогда и появится у нас желание и, кстати, возможность до утра вести душевные разговоры.

Авдей появился в доме Чарышева в воскресенье. К его приезду в гостиной был накрыт стол. Чарышев и Анцев молча слушали монолог Авдея о трудностях, с которыми столкнулся банк после развала СССР. И клиенты не понимают проблемы банка, и ведущие специалисты ушли в бизнес, и эмиссия акций неудачная, экономически невыгодная. Наконец, Авдей замолчал – он понял, что все присутствующие за обеденным столом знают цель его визита и ждут от него простые и всем понятные слова. Эдвард Станиславович посмотрел на Зосю и сказал:

– Жду понимания и поддержки от Вас, Зоя Николаевна. Может, Вы сможете прервать декретный отпуск и выйти на работу?

– Да, могу, – ответила Зося, – мы с мужем уже обсудили эту тему. Через две недели я возвращаюсь в банк. Но я обещаю попытаться реализовать только одну подписку. Не более. Тем более что я не могу гарантировать положительный результат своего труда.

– Послушайте, Эдвард Станиславович, – не выдержал Чарышев, – возможно, мы с Вами обсудим другую тему. Мы все понимаем, что Зосина учеба оплачена банком и готовы компенсировать материальный ущерб. Правда, Проминвестбанк, как субъект хозяйствования не существует, но деньги я перечислю на любой указанный Вами счет или передам наличными.

– Спасибо, Николай Васильевич. Вы меня неправильно поняли – банку не нужны деньги. Мы заинтересованы в специалисте Чарышевой. Я принимаю условие Зои Николаевны – одна подписка и мы выдаем ей трудовую книжку.

Авдей уехал. Зося обняла помрачневшего отца:

– Не расстраивайся, папочка! Все будет хорошо. Я действительно задолжала банковскому коллективу. Но у меня есть более печальная новость. В связи с моим выходом на работу, наш Санечка уезжает в Москву. Пока вместе со мной, потом останется там со своим папочкой. Это тоже надо пережить. Мне во всяком случае. Я уже чувствую себя виноватой перед своими Александрами за то, что не могу быть вместе с ними. Они у меня, как две сиротки, при здоровой и благополучной маме.

– Придумала, Зосенька! Они у меня не будут сиротками, – сказала Роза Самуиловна, – я приняла решение, и вместе с Сашами еду в Москву. Я подумала и пришла к выводу, что в Москве наш Санечка действительно может получить воспитание на несколько порядков качественнее, чем в нашем родном Горевске. Но не могу же я оставить ребенка, который называет меня бабушкой, одного в детском саду. Ты, Саша, устроишь меня на работу в садик, который выбрал для Санечки. Буду учить малышей иностранным языкам. Но, в первую очередь, мне это нужно для того, чтобы быть вместе с Санечкой целый день. Так, что ты, Зосенька, не волнуйся – я за ними обоими присмотрю.

– Роза Самуиловна, – Анцев сиял, – умеете Вы устраивать праздники для души и сердца. Одно Ваше решение, и сняты все проблемы. На работу в садик я, безусловно, Вас устрою. И буду исполнять все Ваши желания. Спасибо Вам огромное.

– Не за что благодарить меня, Саша. Если быть совершенно честной, то мне надоела благополучная и бесцельная пенсионная жизнь. Без Санечки я останусь круглой сиротой. Утром все уедут по своим делам, а я буду сидеть дома, совершенно одна, до позднего вечера. Разве можно одиночество называть жизнью? Человек счастлив только когда живет среди близких людей, и в его помощи постоянно кто-то нуждается. В Москве, надеюсь, мне скучать и ждать вечера не придется. Моя жизнь обещает быть насыщенной и полноценной. Зосенька и Саша могут спокойно работать и не беспокоиться о ребенке. Ну, что, Санечка, пойдем собирать свои вещи? Твои родители хотят, чтобы ты стал по-настоящему образованным человеком – наша задача им помогать.

На следующий день Анцев разыскал Грина и встретился с ним. Результат встречи действительно был предсказуемым – Михаил Ефимович немедленно дал задний ход и раскаялся. Да, действительно, он, как последний разгильдяй и повеса навязывался на знакомство с дочерью Чарышева. Правда, способ знакомства выбрал не совсем традиционный, но это означает только то, что в тот день ему понравилась красивая девушка, а ее фамилию он узнал гораздо позже. Тем более, он сожалеет о своем поступке, потому что сейчас выяснилось, что девушка еще и замужем.

На прощание Анцев пожал протянутую руку Грина и получил от него заверение, что в его лице Зоя Чарышева обретает не просто знакомого, а защитника и покровителя от будущих «наездов» местной братвы. В возникающем конфликте было достигнуто мировое соглашение. Только, вот как долго оно продлится, Анцев не знал, поэтому в Зосиной сумочке для маленького женского пистолета было отведено постоянное место.

К Зосиному удивлению Санечка очень быстро освоился в детском коллективе. Утром Санечка и Роза Самуиловна уезжали и возвращались домой поздно вечером. Водителя для их машины Зося подобрала сама – Федор Степанович, серьезный, лет сорока мужчина, ранее работал в научно-исследовательском институте. Во времена своей работы серьезно увлекался рыбалкой и охотой, откуда практика вождения машины. Помощница по хозяйству, Наталья, несколько лет назад потеряла работу и сейчас была рада любым заработкам. Интеллигентная, образованная женщина была одинока. Чтобы прокормить себя, работала дворником, а затем на стройке подсобной рабочей. Наилучшим вариантом трудоустройства для себя она считала работу с проживанием, чтобы можно было сдавать свою квартиру в аренду и иметь дополнительный источник дохода. Зосю вариант проживания Натальи в их доме тоже устраивал – человек всегда на месте, а это значит, что еда всегда будет приготовлена прямо к столу.

Зарплату она назначила обоим достойную и надеялась на добросовестное исполнение своих обязанностей. Кроме всего, здесь оставалась Роза Самуиловна, а она любила во всем порядок и вникала во все подробности ведения домашнего хозяйства.

Роза Самуиловна первые дни своей работы испытывала смущение от необычной любезности, даже можно сказать некоторого заискивания, администрации детского учреждения. А потом с присущей ей прямотой спросила у Анцева, что все это значит. И оказалось, что Анцев является одним из главных учредителей частного детского сада, а заработная плата педагогическому коллективу выплачивается из средств учредителей.