— Как вы посмели прервать заседание? — набросился на нее Ангелос. — Что за сцены во время деловой встречи?
Макси сжалась. Никогда раньше она не видела, чтобы мужчина был так разъярен. Ни разу в жизни ей не приходилось видеть, чтобы такой смуглый человек так сильно бледнел. Его глаза метали молнии.
— Сами виноваты, — парировала она. — Вчера вечером вы поставили меня в неловкое положение. Вы меня унизили. Я чувствовала себя беспомощной, но теперь настал час расплаты. Не на ту напали!
— Неужели я и вправду разговариваю со Снежной Королевой? — Слова прозвучал необычайно сухо.
— Вы способны растопить лед и на Северном полюсе! — прошипела она в ответ, недоумевая, почему он вдруг сделался так спокоен, а его столь чувствительная кожа приобрела обычный оттенок. В самом деле, он уже как будто и не злился больше.
— Вы страдаете раздвоением личности?
— Неужели и вправду вообразили, будто хорошо меня знаете, только потому, что были со мной пару раз в одной комнате? — Макси откинула голову, была поражена его восхищенным взглядом, прикованным к каскаду ее волос. Ангелос Петронидес был явно убежден в своем врожденном превосходстве над всеми окружающими, а уж тем более над женщинами, с которыми просто не мог говорить серьезно и пяти минут.
Блестящие черные глаза снова смотрели ей в лицо.
— Вы никогда так не вели себя с Лиландом.
— Наши с ним отношения вас совершенно не касаются, — с чувством заверила его Макси. — Но, поверьте, никто еще не оскорблял меня так, как вы вчера.
— Верится с трудом.
Неожиданно для себя Макси вздрогнула. Высокий и властный в своем великолепно скроенном серебристо-сером костюме, Ангелос наблюдал за ней. Его лицо вновь приняло обычное бесстрастное выражение.
— С каких это пор влечение мужчины к женщине для нее оскорбление? — насмешливо осведомился он.
— Вы меня до смерти перепугали, когда сказали, что выплатили эту ссуду… Вы загнал меня в угол, а затем выдвинули свои требования, как холодный, расчетливый делец, каким и являетесь! — Развернувшись на каблуках, Макси направилась к дверям.
— Все замки заперты, сейчас вам не выйти отсюда, — негромко проговорил Ангелос. Макси тут же убедилась в этом, тщетно дернув за ручку двери.
— Откройте! — злобно прошипела она.
— С какой стати? — осведомился Ангелос, лениво облокотившись на край стола с таким невозмутимым спокойствием, что Макси захотелось разорвать его на части.
— Предположим, вы пришли сюда развлечь меня… и хотя я не терплю сцен, вы просто великолепны в этом платье. Естественно, мне хотелось бы знать, чем я заслужил столь мелодраматический ответ на свое предложение.
Макси вернулась к столу.
— Значит, вы признаете, что сделали мне предложение?
— Я хочу вас. И рано или поздно все равно своего добьюсь, — тихо проговорил он в наступившей мертвой тишине.
— Когда не помогают уговоры, вы прибегаете к угрозам…
— Это не угроза. Я не угрожаю женщинам, — прорычал Ангелос.
Макси с ненавистью взглянула на него.
— Считаете себя особенным, да? Думали, я буду польщена, с радостью ухвачусь за ваше предложение… Но вы ничем не отличаетесь от любого из тех мужчин, которые добивались меня, — отчетливо проговорила она. — А у меня огромный опыт общения с такого рода людьми. Я выгляжу так с четырнадцати лет.
— Рад, что вы успели повзрослеть, прежде чем наши пути пересеклись, — насмешливо проговорил Ангелос.
— Думаете, не понимаю, что для человека вроде вас я не более ем кукла? — нескрываемым презрением произнесла она. — Так вот мистер Петронидес, хочу вам кое-что сказать. Я не намерена становиться чьей-то игрушкой. Вам нужна игрушка ступайте в магазин и купите себе паровозик!
— Мне казалось, вы сумеете оценить мою прямоту, — задумчиво признался Ангелос. — Но откуда мне было знать, что за вашей неприступной внешностью кроется комплекс неполноценности.
Потрясенная его ответом и с ужасом сознавая, что силы в споре явно неравны, Макси неожиданно почувствовала себя полной дурой.
— Не говорите глупостей… Разумеется, это не так, — запротестовала она. — Но сколько б ни наделала ошибок, я не намерена их повторять. Теперь вы знаете, что я об этом думаю, так что открывайте эту чертову дверь и выпустите меня отсюда!
Ангелос окинул ее пронизывающим взглядом.
— Если бы это было так просто…
На этот раз, когда ее пальцы вцепились в ручку, дверь распахнулась, и Макси бросилась к выходу. Она была совсем не похожа на величественную королеву, она просто-напросто бежала, и каждый нерв в ее разгоряченном теле звенел от напряжения.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Во имя всего святого, что на нее нашло? — лихорадочно спрашивала себя Макси снова и снова. Пошел проливной дождь, промочивший ее насквозь в одно мгновение.
Почему-то все произошло совсем не так, как она рассчитывала. Ангелос не позволил ей сразу выйти из кабинета. Он вынес все ее нападки с вызывающим спокойствием. По сути дела, все получилось так же, как и вчера: чем больше она выходила из себя, тем более спокойным и сосредоточенным становился он. Его жгучая ярость пугающе быстро уступала место холодной уравновешенности.
Макси опять сорвалась, обрушив на него поток обвинений, которые вовсе не намеревалась произносить вслух. А этот умный делец наблюдал, как она безрассудно выплескивала накопившиеся в душе горечь и боль. Это все из-за пережитых потрясений: сердечный приступ Лиланда, неожиданно круто изменивший ее жизнь, газетные сплетни, смерть крестной… Она была доведена до отчаяния и открылась перед человеком, который, словно хищник, ловил малейшее проявление слабости. Комплекс неполноценности… Никогда в жизни она не чувствовала себя неполноценной!
Лимузин затормозил в нескольких ярдах от нее. Легко выпрыгнув из машины, Ангелос возмущенно оглядел промокшую девушку.
— Садитесь в машину, глупая вы женщина … Неужели вы неспособны даже укрыться от дождя? — раздраженно бросил он.
Макси сглотнула, откинула дрожащей рукой мокрую прядь со лба, в глазах ее блеснул дерзкий огонь.
— Чтоб вам провалиться в сточную канаву.
— Мне что, просто швырнуть вас в машину?
Макси вся кипела от возмущения. Приблизившись к нему, она окинула его высокомерным, вызывающим взглядом. Алое платье облипало ее фантастическое тело. Ангелос сжал кулаки, сдерживаясь. Он был слишком умен, чтобы предпринять столь рискованный шаг.
— Почему вы меня преследуете? — выдохнула она.
— Мне не нравятся паровозики… слишком медленно и скучно, — произнес он. — А мне не нравятся эгоистичные мужчины, которые любят командовать и думают, что знают все лучше меня! — выпалила Макси в ответ.
