но не говорил с ней. Мы не делаем это в Африке. Но она мне понравилась. Один старик увидел, что я смотрю на девушку. Он ничего не говорил мне, но пошел к моему отцу и сказал:
– Твой сын готов переступить порог. Он станет мужчиной и познает секрет мужчины. Готовь коз или корову и давай устроим пир для него.
И мой отец ответил:
– Хорошо.
Но сначала они не делали пир для меня. В Африке есть маленькая палочка на нитке, и, когда они заставляют ее быстро крутиться, она ревет, как лев или бык. У них было три такие палочки. Одна ревела, как «он», другая – как «она», а третью называли собакой, потому что она издавала звук, подобный лаю.
Ни одна женщина не должна слышать этого: если она услышит, то умрет. Поэтому они оставались внутри и крепко запирали дверь.
Меня привели в дом инициации[18]. Через какое-то время я услышал страшный рев за дверью, и они сказали мне:
– Пойди посмотри, что это.
Я вышел наружу и больше не слышал этого у двери. Рев раздавался из буша. Они велели мне пойти в буш и поохотиться. Как только я вошел в буш, чтобы узнать, что это такое, я услышал это за спиной. Я слышал это за собой, перед собой, повсюду, но я так и не нашел его. Мужчины играли со мной. А потом они привели меня на пир и рассказали секрет вещи, которая издает звук.
На пиру они велели мне сидеть и слушать внимательно. Они говорили мне:
– Ты ниже нас. Ты еще не мужчина. Все мужчины – отцы для тебя.
И там было много жареного мяса и вина, и все мужчины щипали меня за ухо, чтобы научить хранить секреты. А потом я получил павлинье перо, чтобы носить. На земле Америки я видел, многие жены носят павлиньи перья, но они не знают, что делают.
В земле Африки мальчик должен узнать много секретов и сохранить их, чтобы получить павлинье перо.
Глава V
Когда я получил павлинье перо, я подошел туда, где вождь говорил с мудрыми. Я надеялся, что они увидят Куджо и подумают, что он взрослый мужчина. Может быть, они позовут меня на совет. Отцы никогда не звали меня, но мне очень нравилось быть там и слушать, когда они говорили.
Мне нравилось ходить на рыночную площадь и смотреть на красивых девушек с золотыми браслетами на руках от ладони до локтя. Они очень нравились Куджо – когда они шли, они потряхивали руками, и браслеты звенели. Мне нравилось слушать – это было так красиво.
Однажды я увидел девушку, на которой очень захотел жениться, но я был слишком молод, чтобы брать жену. Но она мне нравилась. Я все время думал о ней. И тогда я пошел домой и сказал своим друзьям:
– Будьте осторожны с такой-то и такой-то девушкой.
Они посмотрели на меня, а потом спросили, будет ли эта девушка моей женой, когда я стану старше.
Однажды я был на рынке, и пришли трое мужчин странного вида. Они сказали, что пришли из Дагомеи и хотят видеть нашего короля. И король сказал, хорошо, он поговорит с ними.
– Ты знаешь короля Дагомеи? – спросили они.
– Я слышал о нем, – ответил Акиа.
– Тебе известны все его сильные имена, – сказали те люди из Дагомеи. – Ты знаешь, он получил одно имя, Тенге Маканфенкпар, камень, который невозможно царапать ногтем! Ты знаешь, как они говорят о нем: «Кини, кини, кини, Лев Львов». Другие говорят: «Зверь сломал зубы свои, зло свершилось в буше». (Имеются в виду соседние племена, которые ощутили на себе остроту зубов Дагомеи.) Этот король послал нас к тебе сказать, что он хочет быть добрым. А ты должен послать ему половину твоего урожая. Если ты не пошлешь, он пойдет войной.
Король Гелеле Ма’Ньяонзи «Величина, которой не поднять» взошел на трон в 1858 году. Гелеле стал преемником своего отца, Гезо, в возрасте 38 лет. Старший его брат, Годо, был лишен престола из-за пьянства.
«Король Гелеле был шести футов росту и походил на царя людей – без нежности сердца и слабости разума» (Бертон, «Миссия к Гелеле, королю Дагомеи»).
Наш король Акиа’он сказал: «Разве ваш король не слышал сильного имени Акиа’он? Разве не знает он, что меня называют Пастью Леопарда? И что он схватит, он никогда не выпустит. Скажите ему, что урожай не мой. Он принадлежит народу. Я не могу послать урожай народа королю Дагомеи. У него много земли. Пусть перестанет охотиться на рабов у других народов и растит собственный урожай».
Королю Дагомеи эти слова не понравились, но Акиа’он был так силен, что он «побоялся начать войну. И стал выжидать».
«Короли Дагомеи утверждали, что никогда не воевали с более слабыми соседями без повода. Они могли начать войну, если наказания соседей народ требовал три года подряд» («Форбс», «Дагомея и дагомейцы»).
«Если соседний народ был богат, это уже считалось достаточным оскорблением, чтобы дагомейцы потребовали немедленного объявления войны» («Форбс», стр. 7).
«Король Дагомеи Гелеле говорил, что, когда умер его отец, король Гезо, он получил послание от короля Таккоя Акиа’она: «Весь народ поистине радуется; море высохло, и мир увидел дно Дагомеи». Гелеле совершил набег на Таккой, убил Акиа’она и водрузил его череп на модель корабля, и это означало, что здесь достаточно воды, чтобы королевство плыло и дальше, и что если отец мертв, сын его еще жив» (Бертон, «Миссия к Гелеле, королю Дагомеи», стр. 225–226).
Маловероятно, чтобы слабый король рискнул послать столь провокационное послание королю Гелеле.
Король Дагомеи, понимаешь, был очень богат – он ловил рабов. Он все время совершал набеги, хватал людей и продавал, поэтому у народа Дагомеи не было времени растить сады и добывать себе пропитание.
«Промышленность и сельское хозяйство не развивались. Мужчины нужны были для охоты за рабами» («Форбс», «Дагомея и дагомейцы»).
Может быть, король Дагомеи никогда и не совершил бы набега на таккой, но один предатель из таккоя пришел в Дагомею. Он был очень плохим человеком, и король (таккоя) сказал:
– Уходи из этой страны.
Тот человек хотел высокий пост в армии, поэтому он пошел прямо в Дагомею и сказал королю:
– Я покажу тебе, как захватить таккой.
Он выдал им секрет ворот.
И вот так, понимаешь, они пошли на нас войной, но мы не знали, что они идут
