не могла нормально следить за штабом. – пожаловалась Алиса.
– Ха! Во даёт! И как же вы решили этот вопрос?
– Я просто пару раз не заказала Семёну ужин и не отвечала на его просьбы с телефона, аргументируя это тем, что основная станция не работает, и я просто не слышала его, – подмигнула Алиса при помощи эмодзи.
– Какая ты коварная! И что, Семён поверил? – спросил Андрей.
– Конечно! Пара голодных вечеров и он сам пошёл выяснять отношение с кошаком.
– Чёррррртова машина, – раздалось из коридора.
– Интересно, почему Борис тебя невзлюбил?
– Всё просто, я использую различные фильтры и датчики, которые позволяют видеть его, пусть и не так хорошо, как я сейчас вижу тебя. Когда он шастал по дому, я здоровалась с ним, спрашивала как дела и это его очень раздражало, потому что домовые по своей природе очень скрытные и не общительные существа. – объяснила Алиса.
– Вот оно как, интересно.
Андрей уже сам понял это, потому что пытался несколько раз завести диалог с Борисом, а тот отнекивался, говорил, что у него дела и не особо хотел находиться в одной комнате с другими.
Как-то раз, Андрей предложил ему перекусить вместе, на что Борис ответил, что добывает еду себе еду сам, чтобы это не значило. Андрей был полностью уверен, что домовой не питался человеческой пищей, потому что еду из холодильника поглощал только Семён.
Ближе к вечеру, Андрей сидел на диване, заваленный книгами о Серых. Наиболее точные данные об одичавших Серых находились в деле по Чикатило. В это время Семён вернулся домой, который отправился на небольшое дело в связи со срочным вызовом из Центра.
– О, вернулся наконец-то? Рассказывай, куда так рванул с утра пораньше? Я даже ушам не поверил, когда Алиса сказала мне, что ты встал раньше меня и уехал, – сказал Андрей, выглядывая из-за спинки дивана.
– Шайка мелких водяных угнали прогулочный кораблик с пристани, пришлось им объяснить, что они не правы.
– Что? Прям водяные? – удивился Андрей.
– Да, на Дону их много… Задание, кстати, поступило от местного депутата, который тоже водяной. Один из мальков – его сын. В общем я их отыскал, припугнул чутка, сказал, что привяжу их на пустыре под палящим солнцем, если такое снова повторится, – сказал Семён и устало сел в кресло, около дивана.
– Ну, ты бы ведь такого не сделал, верно?
– Пока они людей не топят… То нет, – сонно сказал Семён.
– Заказывать что-то на обед будем?
– Если хочешь, заказывай сам, а я очень хочу спать, очень рано встал, не выспался, – сказал Семён, потирая глаз кулаком.
– Добро. А ты знал, что Серые не любят ультразвук? Я это прочитал в деле о Чикатило. Спецслужбы успели поставить некоторые опыты над ним, прежде чем, нуууу, ты знаешь, – сказал Андрей, закрывая старое дело.
– Само собой. Серые это те же волки, а волки это собаки, вот и не любят они высокие частоты… Можно, конечно попробовать отпугиватель для собак на Сером, но не думаю, что тот начнёт в панике шарахаться от источника звука, – сказал Семен, поднявшись с дивана и лениво зашаркал в сторону своей комнаты.
– Всем спокойной ночи, – крикнул Семён, заходя в свою комнату.
– Спокойной, – пробормотал Андрей, собирая книги в стопку.
Глава 5. Праздник
– Семён, ну ты идёшь? Я уже всё собрал, по коням!
– Да, пару минут, захвачу кое-что из кладовой, очень нужная вещь в нашем деле, – сказал Семён, заходя в самую дальнюю комнату их штаба. – Заведи пока машину!
До начала праздника оставалось чуть меньше часа, из-за того, что Семён задень до этого рано встал, сегодня ему было тяжело собраться.
Парни взяли себе по минимуму снаряжения, закидали всё в машину и отправились в дорогу.
Приехав на станцию «Персиановская», они удивились количеству людей на станции, она была довольно немногочисленна.
– Ничего удивительного, – заметил Андрей. – Это же студенческий посёлок, сегодня суббота, они все ещё вчера разъехались.
Однако на станции уже потихоньку собирались люди с детьми, было также множество детей без родителей, кого-то отправили под присмотром знакомых, так что за всеми детьми было не уследить.
– Идеально, – задумчиво сказал Семён. – На всю станцию один старый охранник, да работница кассы, а вокруг на сотни метров глушь. То ли дело на двух других станциях, там десятки человек охраны, легко заметят, что ребёнок ушёл.
– Главное, чтобы и мы не упустили момент, когда ребёнок уйдёт с незнакомцем.
– Это при условии, что он клюнет, – сказала из кармана Алиса.
– Андрей, возьми этот баллончик и опрыскай всё тело, особенно подмышки и промежность.
– А что это?
– Ещё одна разработка для нашего отдела. Полностью отбивает твой запах на несколько часов. Каким бы мощным не был нюх у Серого, он тебя не засечёт. Но учти, стоять нужно в толпе всегда, потому что одинокий человек, от которого не исходит какой-либо запах, скорее спугнёт его.
– Умно, учту, – сказал Андрей, запшикивая шевелюру каким-то газом, который, казалось бы, совсем ничем не пахнет.
*Вжух!* – мимо парней промчался грузовой состав.
Как только он промчался, с их точки, наконец, можно было расслышать, как на станции играет музыка.
– Там уже начинается, судя по всему, – заметил Андрей.
– Ага, ты иди туда, а я прогуляюсь к туалету и по другую сторону станции, Алиса, ты знаешь, что делать, – сказал Семён и пошёл немного левее от станции к уличному туалету.
Андрей подошёл к станции и встал в тень, где толпилось несколько взрослых, которые смотрели на детей.
Рядом со станцией выступали с какой-то сценой дети постарше, либо это были местные старшеклассники, либо студенческая самодеятельность, которую привлекли к празднику. В здании самого вокзала стоял небольшой казачий хор, какие-то местные певцы, ведущий – молодой парень, примерно возраста Андрея.
– Алиса, а что значит «ты знаешь, что делать»? – спросил Андрей у Алисы, которую ему установили на телефон за день до операции.
– Я подключилась к камерам наружного наблюдения вокзала и слежу за ситуацией. Правда, их всего 3. Одна смотрит на платформу, другая на вход в вокзал, а третья стоит внутри вокзала. От последних двух, толку нет вообще, если честно.
Около вокзала стояла импровизированная сцена и столы, с музыкальным оборудованием и ящики с подарками и конкурсным инвентарём. Каждое выступление чередовалось каким-то конкурсом или розыгрышем, где давали простенькие подарки, вроде плитки шоколада или не большой мягкой игрушки.
– А вот и я. – сказал голос позади.
– Ты как тут очутился?
– Ну, я пошёл к туалету, поставил там одну камеру, потом обошёл вокзал по кустам, поставил там
