– Пойдете вдоль реки, вверх по течению. Все. Кушайте, не обляпайтесь.
Иванушка удивленно захлопал глазами и повернулся к Агафону.
– Чего это он?
– Не знаю, – уткнулся в свою тарелку волшебник.
Царевич подумал, стоит ли делать вид, что поверил, и не стал утруждать себя.
К концу трапезы взгляд Агафона маленько повеселел, и он уже начинал выглядеть как человек, который вот-вот, с минуты на минуту скажет что-нибудь, кроме «угу» и «не знаю», как вдруг это все и мгновенно прошло.
Взгляд его остекленел и зафиксировался за спиной Ивана.
– Что? Что случилось, Агафон? – встревожился царевич. Он опасался, что может не получить ответа, но побелевшие губы волшебника зашевелились беззвучно, и Иван прочитал по ним «умруны».
– Что?!..
– Не поворачивайся, – прошевелились дальше губы. – Может, они нас не заме… Кабуча. Заметили.
Иван не обернулся, но все равно спиной почувствовал, как зловещие посетители тихо двинулись по направлению к ним, огибая притихшие столики.
Слишком увлеченный своими попытками выглянуть из-за плеча, не поворачивая головы, Иванушка пропустил момент, когда Агафон быстро-быстро зашевелил пальцами, сплетая и расплетая их, как подгулявший осьминог – щупальца, и только услышал скороговорку:
– Приготовься бежать. Сейчас я потушу все свечки, и мы выпрыгиваем в окно. Приготовились… Раз.. Два… ТРИ!!!
Полумрак трактира озарился ослепительной вспышкой света.
Раскалывающий череп грохот сотряс все вокруг, роняя на пол и мешая в кучу посуду, мебель, посетителей и непрошеных гостей.
Иван, настроенный на бегство, торопливо отодрал себя от пола, поднял голову и открыл глаза сразу, как только все стихло.
В лицо ему пахнула ночь.
– Вот… Выход… – услышал он откуда-то слева и сверху пристыженный голос Агафона.
Путь к бегству перед ними лежал открытым.
Задней стены в трактире больше не было.
Иванушка ни за что в жизни бы не стал разводить костер в ЭТОМ лесу в ЭТУ ночь, если бы не холод. Погода ненавязчиво, но вполне конкретно давала знать, что на улице, вообще-то, уже октябрь, что верхняя одежда осталась у кого во дворце, у кого в домике ведьмы и, что заснув при такой температуре, очень даже можно и не проснуться.
Больших трудов стоило убедить в необходимости разжигания огня Агафона. Только через час, когда тот продрог настолько, что перестал чувствовать даже собственный нос, он согласился. И согласился с жаром.
Не менее замерзший царевич, тем не менее, не поддался на провокации и не позволили Агафону принять участие в этом важном деле даже в виде собирания хвороста и тот, то ли с обидой, то ли с облегчением, кинув свой мешок рядом с Иванушкой, побрел куда-то во тьму.
Когда он минут через тридцать вернулся, маленький, но веселый и полностью жизнеспособный костерок потрескивал вовсю, с аппетитом уписывая тонкие сухие веточки, меланхолично скармливаемые ему лукоморцем. Долгое летнее путешествие в компании царевны Серафимы не прошло даром. В числе прочих полезных вещей она научила будущего супруга – сугубо городского жителя – разжигать огонь при любых обстоятельствах.
Иванушка оглянулся на шаги – довольно ухмыляясь и демонстрируя мокрые сапоги, маг приближался к нему с задранным подолом балахона, полным чего-то неприветливого и шевелящегося.
– Что это у тебя? – подозрительно покосился Иван на содержимое ноши.
– Во, – гордо улыбнувшись, волшебник вывалил под ноги Иванушки свой груз.
Тот резво отскочил.
– Да кто это?!..
– Смотри, – Агафон из общей темной кучи, так и норовящей теперь расползтись, извлек одного представителя и покрутил у царевича перед носом. – Раки. Большие. Только что наловил.
– Да как же! – Иванушка недоверчиво потыкал маленькое мокрое холодное чудовище пальцем. – Я тебя серьезно спрашиваю! Думаешь, я полный ноль в зоологии? Даже я знаю, что раки живут в ракушках!
– А утки – в утятницах, – издевательски фыркнул Агафон. – Думаю, ты полный ноль в зоологии, царевич.
Иванушка смутился и пожал плечами.
– И что мы с ними будем делать, если это действительно они, как ты утверждаешь?
– Конечно, варить! Буквально в нескольких десятках метров отсюда есть ручей – они же в ручьях живут, ты это знал? Ну, так я сейчас наберу воды, там, в моем
мешке, должна быть коробочка с солью, и у нас будет знатная трапеза! Ох, и люблю я свеженьких раков! Гор-ряченьких! Самое главное.
Выудив из мешка котелок, маг в три прыжка скрылся в темноте, а Иван, решив проявить инициативу, подтащил мешок поближе к огню и пошарил в нем в поисках чего-нибудь, способного содержать соль.
На пути его пальцев сразу возникла круглая желтая деревянная коробочка с потертыми красными ягодами неизвестной породы на боках.
«О, как с первого раза повезло!» – удивленно покачал головой Иванушка и стал откручивать крышку.
Та не поддавалась.
Недоуменно хмыкнув, Иванушка нажал на красную шишечку в центре крышки в поисках скрытой пружинки.
Пружинка не нашлась, но зато крышка теперь стала прокручиваться, хоть и по-прежнему не открывалась. Раз, два, три, четыре…
Да что ты будешь делать!..Может, пружинка на дне?Царевич, не долго думая, перевернул коробочку.Ко дну, оказалось, была приклеена бумажка.«Поздравляем. Заклинание «Большого Полосатого Бума» Хонка действительноактивируется нажатием шишечки и четырехкратным поворотом крышки вокруг своей оси. У вас есть пятнадцать секунд, чтобы быстро покинуть опасную зону».Иванушка не считал, сколько секунд прошло с тех пор, как он нажал шишечку накрышечке и повернул крышечку под шишечкой, но что-то истерично подсказывало ему, что даже очень быстро покинуть он опасную зону уже не успеет.И тогда он, не думая дальше, размахнулся как можно скорее и, что было сил, запулил ставшей вдруг резко разогреваться коробочкой в кусты, в стороне от тех, из которых вот-вот должен был появиться Агафон с котелком.И бросился на землю.Неизвестно, как насчет полосатости, но насчет размеров сомнений не возникло.Бум, как и обещала наклейка, был действительно большим.Ярчайшая вспышка ослепила глаза даже сквозь веки. Земля взревела, задрожала и заскакала под царевичем, а потом встала вертикально и отшвырнула его на мягко спружинившие лапы елей и совсем не спружинившие их стволы метрах в десяти оттого места, где несколько мгновений назад мерцал костерок. С неба на оглушенного, ошеломленного Иванушку посыпались комья земли, ветки, раки и куски чего-то увесистого, влажного и холодного.Спустя мгновения все смолкло.Воцарилась недовольная тишина и темнота.Впрочем, и той, и другой поцарствовать пришлось недолго.
– Царевич Иван, эй, ты где?.. – голос чародея раздался где-то метрах в двадцати слева от Ивана. Там же вспыхнул крошечный голубоватый огонек, робко помигал и вдруг, зафырчав и зашипев, искрой кинулся на ближайшее дерево, от чего то вспыхнуло и загорелось призрачным бело-голубым заревом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
