Тайга, конечно, чувствовала, что это её отец был смешон…
– Этот чёртов старик…
Пробормотала она почти неслышно…
– Я действительно хочу убить тебя… действительно…
Она едва не сломала свою кредитку. Рюдзи яростно выхватил её и сунул обратно в кошачий кошелёк.
– Как ты можешь так говорить о родном отце?!
Моральные критерии Рюдзи в этот момент казались ему необычно бесполезными и сложными для понимания. Возможно, уже догадываясь, что он думает, Тайга посмотрела на него холодно и презрительно. Он мог лишь молчать и беспомощно наблюдать.
Как будто по команде в кармане Тайги завибрировал телефон. Тайга схватила его за украшения и грубо выдернула из кармана, прежде чем щелчком открыть его.
– Должно быть, он звонит, чтобы угрожать мне…
Она криво ухмыльнулась, её глаза расфокусировались. Глядя на её лицо, Рюдзи догадался, кто это звонит.
– Ответь, тебе всё еще надо сказать то, что ты должна сказать. Иначе как ты собираешься выживать без его содержания?
Рюдзи сказал только это и оставил Тайгу одну, снова зайдя в магазин. Полистал журналы на полках. Сходил посмотреть на любимый молочный десерт Тайги. Затем на некоторые напитки. Прогулялся по рядам закусок, проверяя, не появилось ли чего новенького. Наконец бросил взгляд на одэн рядом с кассиром, но не смог точно определить его ингредиенты.
Машинально прикидывая прошедшее время, он поглядывал в окно, как там Тайга. Увидев, что она закрыла крышку телефона, он понял, что разговор окончен. Со встревоженным лицом она положила телефон обратно в карман.
Рюдзи с серьёзным видом двинулся к Тайге.
– Что сказал твой отец?
Спросил он небрежным голосом и затаил дыхание, стараясь не слишком сильно затрагивать весьма натянутые отношения между отцом и дочерью в семье Айсака.
– Рюдзи, ты потом свободен?
Холодно спросила Тайга, повернув лицо.
– Не-а, мне всё ещё надо в супермаркет.
– Давай мне деньги, оставь покупки на меня. Если не хватает, иди сними ещё. Тебе не надо за покупками. Тебе надо в кафе на втором этаже вокзального комплекса. Запомнил? Кафе для некурящих, рядом с тем местом, где я купила свою сумочку.
– Что?
– Ты уже забыл? В тот день шёл дождь, а мы не взяли зонтики. В результате мы убивали там время вместе с Минорин и Тупой Чи, вспомнил? Ты заказал кофе, а я бублик с лососем…
– Да я не про то… Почему мне не надо за покупками?
– …Минорин и Тупая Чи заказали тосты с сыром. А потом Тупая Чи сказала, что у неё какие-то манипуляции с повреждённым виски или что-то вроде, и что она не может широко открывать рот…
– Ты имеешь в виду повреждение височно-мандибулярного сустава? Я не о том спрашиваю. Я не спрашиваю об этом кафе. Я совершенно не понимаю, к чему ты это всё говоришь.
– Ты знаешь.
– Нет, не знаю.
– Не знаешь?
Тайга проглотила слова, которые хотела произнести, и помотала головой, словно думая, как бы это сказать…
– Ты должен пойти в это кафе и встретиться с ним вместо меня. И забрать у него деньги. Вопросы?
Рюдзи наконец понял, что происходит…
– …НЕТ!
– Почему нет?!
Вскрикнула Тайга и сказала…
– Просто сходи! Не волнуйся! Ты точно сможешь это сделать! Иди и возьми деньги! ИДИ!
Не желая уступать, Рюдзи крикнул ещё громче…
– Я сказал нет! Если тут не о чем волноваться, почему бы тебе не сделать это самой? Почему я должен встревать в ваши семейные дела?
– Я не приказываю тебе идти, я надеюсь, что ты пойдёшь! Пожалуйста, сходи!
– Невозможно! Кроме того, твой отец меня не знает! Не покажется ли ему странным, если он вдруг увидит парня, которого никогда не видел, и который подойдёт и скажет «Я здесь, чтобы забрать деньги вашей дочери»? Да ещё и с таким лицом? Будь я на его месте, я бы такого сразу послал!
– Ты что, не можешь просто объяснить ему? Для чего у тебя рот? Или твои собачьи мозги уже забыли, как произносятся человеческие слова?
– Что за отношение? Ты вот так просишь других людей?
– Кончай уже дурачиться! Послушай!…
– Не будь смешной!
Не ограничиваясь одним лишь криком, они начали толкать друг друга. Никто не хотел уступать.
– Пожалуйста! Я прошу тебя! Я ведь до сих пор ни о чём тебя не просила, так ведь?
– Просила, просила, просила! Ты каждый день просишь меня что-то сделать! Вот прошлым вечером в твоей квартире, разве не ты не просила меня поискать пульт от телевизора, что сама не могла найти? Я целых два часа ковырялся!
– Ты действительно любишь пререкаться по мелочам, да? Неудивительно, что никто тебя не любит! Теперь иди! Давай! Просто иди! Я приготовлю ужин! И вымою всю посуду! И завтра тоже вымою! И послезавтра! Ну, пожалуйста… иди!
– Ай!
Бац! Тайга неожиданно изменила тактику, и Рюдзи шлёпнулся на задницу на глазах у прохожих. Может, мне пора драпать? Не желая сдаваться, Рюдзи уже почти поднялся, когда…
– Пожалуйста…
Вместо того чтобы сказать «Сам виноват!» или «Надо было слушать меня раньше!», она теперь тихо просила. Её брови поднялись, она тихо и мягко потянула Рюдзи за рукав.
– Хорошо? Рюдзи…
– Ох… действительно… Почему я должен идти…
– Пожалуйста…
Тайга жалобно склонила голову и тянула Рюдзи за рукав своей маленькой белой рукой, пока он не кивнул.
* * *
Когда Тайга увидела ту фотографию, источник депрессии Рюдзи, она захихикала.
Единственным словом, которым можно описать человека с таким грозным лицом, с такими пугающими глазами, было слово «гангстер». От человека на фото исходила неприятная, пугающая аура, и все эти качества передались Рюдзи. Местонахождение источника его генов, человека на фото – его отца – оставалось неизвестным. Увидев это фото в семейном ресторане, вечером, Тайга затряслась всем телом, хохоча до слёз, и сказала «Ч-что это? Ты так похож на него! Как ты ухитрился заполучить такие гены?!».
И сейчас Рюдзи думал то же самое. Значит ли это, что мне тоже можно смеяться?
– О… это так? Теперь понимаю. Иначе говоря, моя дочь не придёт, верно?
– Да… извините.
Перед ним сидел человек сорока с лишним лет, читающий записку Тайги, утирая слёзы огорчения. Отбросив в сторону его манеры, трудно было подобрать для его описания слово лучше, чем «маленький». Лишь один взгляд на него, и кто угодно поверит, что это отец Тайги.
«Этот парень – Рюдзи Такасу, мой друг. Передай ему деньги. Тайга». Записка с корявым почерком Тайги была тщательно сложена мистером Айсака и аккуратно упрятана в карман его явно дорогого пиджака. У Рюдзи никогда не было привычки наблюдать за манерами других людей, но он не мог не заметить, как двигается человек перед ним. Увидеть человека с такими манерами, действительно, большая редкость. Рюдзи чувствовал, что, пожалуй, впервые видит такого, как он.
Интересно, чем же он занимается, если может позволить себе такие дорогие костюмы и при этом имеет столько свободного времени вечером? Под его ветровкой без складок была видна ярко блестящая рубашка с высоким воротничком. Рюдзи сразу мог сказать, что сделана она из отличной ткани. Он не носил галстук, вместо него шею обвивал элегантный шёлковый шарф. Он определённо не похож на обычного служащего. Впрочем, я и так знаю, что он весьма богат.
Просто… вряд ли он несимпатичен.
Рюдзи, хоть он и неважно разбирался в людях, уже решил, что отец Тайги очень неплохо прошёл тест на первое впечатление. Он не так уж и плох. Он опрятно выглядел и в самом деле не возбуждал неприязни к себе. Один взгляд, и Рюдзи уже мог сказать, что у него есть вкус. Его слегка загорелая кожа хорошо гармонировала с его бежевой курткой. По возрасту его уже можно было назвать «старик», поэтому то, что он ещё мог так одеваться, производило хорошее впечатление. Хотя, по правде говоря, он точно не был красавцем. Сравнивая с кукольной красотой Тайги, Рюдзи вряд ли назвал бы этого модного старика красавцем, хотя вид у него был вполне ничего.
– Извини, что тебе пришлось поработать посланцем Тайги. Э… Такасу-кун… Я действительно хочу увидеть Тайгу, вот почему мне пришлось поступить так радикально… Она в результате возненавидела меня, не так ли?
– Ну да…
– Такасу-кун, ты злишься?
– Нет, просто у меня глаза такие… выглядят свирепо…
– П-понимаю, извини.
Точнее говоря, это лицо Рюдзи выглядело свирепо, а не глаза. Когда Рюдзи объяснил, что к чему, отец Тайги, похоже, успокоился, расслабил напряжённые плечи и впервые улыбнулся. На его руке с сигаретой ярко блеснули отлично отполированные золотые часы на изящном ремешке из крокодиловой кожи. Не менее ярко блестели тонко вырезанные цифры из прозрачного материала, открывая внутренности механизма.
