Комиссия Гор — Черномырдин, пожалуй, оставалась единственным механизмом в российско-американских отношениях 90-х, позволявший вести business as usual и вынести экономические контакты за пределы зоны политических бурь. При этом ключевую роль в работе комиссии играли вопросы, связанные с развитием сотрудничества в топливно-энергетической сфере.
В 1993 году комиссия вела переговоры и готовила соглашения по таким темам, как сотрудничество России и США в космосе, в конверсии российского ВПК, в энергетике и экологии. Ядерная тема стала одной из центральных и на встрече Альберта Гора с Борисом Ельциным в декабре того же года. Именно в ходе этой встречи российский президент сделал свой первый публичный выпад в адрес Леонида Кравчука. Давая оценку позиции Киева по ядерному разоружению (Украина, напуганная поствыборными заявлениями Владимира Жириновского, в одностороннем порядке усилила охрану стратегических объектов), Ельцин заявил: «Украина обманывает США, Россию, Европу и весь мир, а мы кажемся беспомощными и неспособными справиться с этим!» Ответ Гора был более дипломатичным и менее определенным. Он сообщил, что в Вашингтоне работают над приемлемой формулой решения этой проблемы.
Одним из первых достижений комиссии был меморандум о договоренности между правительством России и США относительно мер гласности и дополнительных мероприятий в связи с двусторонним соглашением об использовании высокообогащенного урана, извлеченного из ядерного оружия. Так была заложена основа договора ВОУ-НОУ (высокообогащенный уран — низкообогащенный уран).
В августе, перед отлетом в США на первую встречу комиссии, Виктор Черномырдин сделал сенсационное заявление о подписанном им постановлении об освоении компаниями США нефтяного шельфа на Сахалине. А уже в первом интервью на американской земле премьер-министр подтвердил намерение сотрудничать с США не только в освоении природных ресурсов, но и в сфере космоса и ядерной энергетики.
При этом России пришлось отказаться от сделки с Индией, в соответствии с которой Москва должна была поставить Дели криогенные двигатели и технологию их производства. Как известно, США сочли этот контракт идущим вразрез с режимом контроля за ракетными технология (РКРТ) и настояли на его замораживании. На этом, впрочем, претензии Вашингтона не исчерпывались. США считали, что Россия отклоняется от РКРТ в целом по двенадцати позициям. Вдобавок США потребовали безусловного выполнения Москвой обязательств по выводу войск из Литвы.
Космическое сотрудничество свелось к обсуждению двух вопросов: допуска России к коммерческим космическим запускам (их планировалось 12 — по два в год, начиная с 1995), а также участия российских космических фирм в сооружении станции Freedom (будущей МКС).
Один из дней визита Виктора Черномырдина в США был посвящен переговорам с директором-распорядителем МВФ Мишелем Камдессю и руководством Всемирного банка по вопросам финансовой поддержки российских реформ. В ходе переговоров обсуждался ход подготовки соглашения о выделении России резервного кредита в размере $3 млрд. Были затронуты и вопросы сроков предоставления второй части системного кредита ($1,5 млрд). Тема развития российского энергетического комплекса стала ключевой и на переговорах Черномырдина с представителями Всемирного банка. Отметив важность помощи банка программам модернизации энергетического комплекса России, премьер подчеркнул, что решающее значение все же будут иметь частные инвестиции.
Кроме того, Виктор Черномырдин и вице-президент США Альберт Гор подписали меморандум об использовании российского высокообогащенного урана в качестве топлива для американских АЭС. «Договор ВОУ-НОУ» стал реальностью. Это автоматически увеличило долю России на мировом рынке уранового сырья.
Вице-президент также заверил российского премьера, что администрация США намерена добиваться отмены конгрессом всех ограничений на торговлю с Россией, включая печально известную поправку Джексона — Вэника. (Англ. Jackson — Vanik amendment — поправка 1974 года конгрессменов Генри Джексона и Чарльза Вэника к Закону о торговле США, ограничивающая торговлю со странами социалистического блока, препятствующими эмиграции своих граждан. Поправкой запрещалось предоставлять режим наибольшего благоприятствования в торговле, предоставлять государственные кредиты и кредитные гарантии странам, которые нарушают или серьезно ограничивают права своих граждан на эмиграцию. Поправкой также предусматривалось применение в отношении товаров, импортируемых в США из стран с нерыночной экономикой, дискриминационных тарифов и сборов. Формально эта норма была введена из-за ограничений на эмиграцию советских граждан, однако действовала она и в отношении других стран — КНР, Вьетнама, Албании. — Ред.)
После второй — московской — встречи в декабре 1993 года Виктор Черномырдин назвал историческим заключенное соглашение о космическом сотрудничестве: только на первом этапе оно приносило России около $400 млн (при этом США экономили $2 млрд и 2 года работы). Однако, как высказался Черномырдин, этим соглашением был вскрыт лишь один из «поверхностных слоев» двустороннего сотрудничества.
Альберт Гор вновь заявил, что Запад должен проснуться и помочь России. При этом он посетовал, что и Всемирный банк слишком медлил с предоставлением России кредитов на развитие нефтегазовой отрасли, и МВФ долго раздумывал о специфике российских реформ. Но вообще, по мнению Гора, последние данные об итогах российских выборов выглядели более оптимистично, чем первоначальные.
Был поднят и вопрос о ядерном оружии, расположенном на Украине. Альберт Гор отметил, что трехсторонний диалог России, Украины и Соединенных Штатов Америки идет продуктивно. В Киеве уже работали эксперты России и США, которым предстояло согласовать с Украиной подготовленный Россией и США проект соглашения об украинской квоте в экспорте урана и ее ядерном разоружении.
И в последующем 1994 году ядерные и космические темы по-прежнему фигурировали на заседаниях комиссии Гор — Черномырдин, однако постепенно внимание стало смещаться к новым формам сотрудничества. На смену соглашениям, в которых США фигурировали в качестве крупного потребителя российских стратегических товаров (низкообогащенный уран) и услуг (строительство космической станции), стали приходить инвестиционные проекты, в первую очередь по привлечению американских капиталовложений в российский топливноэнергетический комплекс.
В ходе визита Черномырдина в США был подписан контракт с американским консорциумом во главе с Marathon Oil Co. о совместной разработке Сахалинского шельфа («Сахалин-2»). Был также решен и вопрос об участии американской Chevron в строительстве нефтепровода от Тенгизского месторождения в Казахстане в Новороссийский порт (Каспийский трубопроводный консорциум).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
