— Буду, Вить, даже не сомневайся. А что если они заодно? Ты не думал об этом?
— Ну тогда Ричарду «труба», — хмыкнул брат.
— Во-первых, братец, это не смешно. Во-вторых, противостояние истинных — это верная смерть одного из них, и в данном случае явно моя, а я не тороплюсь на тот свет! Ты вообще слушал, когда нам с тобой старший брат все это рассказывал???
Виктор виновато покосился на меня, пожимая плечами.
— Ричард сильнее меня. И если я правильно поняла Ольгу, сильнее своего отца.
— Ну я не уверен, говорят, что Тарас сильнее сыновей, — протянул брат.
— Вить, говорят и кур доят! Зачем-то они это скрывают.
— Зачем? — наклонившись ко мне через стол, зашептал Виктор.
— Знать бы, — я вздохнула. — Шубинские очень сильные, их бы в союзники, но я не могу им доверять. Слишком много тайн.
— Согласен, — он помолчал и добавил. — Значит так, машину тебе найду. Приеду, пойдем в автосалон. У меня в одном друг работает, сделает хорошую скидку.
— Где я тебе денег возьму на новую? — Не, такой простой!
— Я тебе помогу. У тебя же есть накопления? — я кивнула. — Остальное добавлю.
Я возмущенно покачала головой. Мои сбережения мне нужны для осуществления своей мести: работать и мстить одновременно вряд ли получится.
— За этот месяц, что меня не будет здесь, вы с Ричи уже будете ближе. В конце концов, — воскликнул брат, — пусть сам тебе тачку покупает!
Я рассмеялась. Как бы меня под замок не посадили, кто их знает, этих Шубинских.
— Ой, Вить! Буду намекать ему изо всех сил. Порше Кайен как минимум, — смеялась я.
— А что, тема! — засмеялся Виктор. — Невеста богатого наследника абы на чем ездить не может!
Глава 11
Пока мы сидели в кафе, Виктор позвонил своему другу, который сейчас находился в длительной командировке. Тот неохотно, но все же разрешил взять его машину.
— Он мне немного задолжал, вот услуга за услугу, — хмыкнул брат. — Не весь что, но главное колеса есть.
— Да мне хоть «запорожец», — благодарно улыбнулась я. — Неуютно, когда за тобой следят. Мерзкое чувство.
— Ну не «запорожец» — это уж слишком, — рассмеялся Виктор. — Вполне себе машинка, — он приободряюще накрыл мою ладонь своей. — Лис, все будет хорошо. Мы же с тобой. Может довериться Ричи?
— Я не знаю, Вить, — с сомнение покосилась на брата.
— Почему ты в нем сомневаешься? Волчица же выбрала его.
— Скорей всего дело не в нем, а в его семье. — Я задумалась. — Хотя я кроме Романа и Ричарда больше никого не видела.
— Надо пообщаться с ними. Я видел Тараса, когда мне лет пять было, он приходил к нам, ругался с отцом, о чем именно не помню. И после этого мы ушли из стаи, — грустно добавил брат.
— У матери не спрашивал?
— Спрашивал, — усмехнулся брат. — Но она отмахнулась только. — Он замолчал, задумавшись. — Знаешь, Лис, почему мы не можем жить дружно: вечно что-то делим, территорию, влияние, деньги. Вот скажи зачем оборотням деньги? Мы можем сами добывать себе пищу. Ну если только одежду покупать? Машины нам на фига?
— Ну братец ты загнул конечно, — усмехнулась я и покачала головой. — Как ты себе представляешь мы будем себе добывать пищу? Это получается, должны раскрыться и показать себя людям! Волки тоже воюют, — опередив возмущение брата, которое он готов уже был высказать, я продолжила. — И не спорь! За территории воюют еще как! Про людей я вообще молчу, а мы в себе носим и людскую и волчью сущность. Да на машинах….
Я не успела закончить свою мысль, так как почувствовала Ричарда. Ага, появился, гад такой! Натянула сексуальную улыбку, сверкнула глазками, пальчиком стала поглаживать ладонь Виктора.
— Может уже к тебе? — хитро глядя на брата, томно протянула я.
— Поехали, красивая, — подыграл братец, поняв, что происходит, подозвал официанта и попросил счет.
В ожидании расчета, я с облегчением почувствовала, что этот гад исчез из моей головы.
— Слушай, — рассмеялся Виктор, — так интересно наблюдать, как ты меняешься, когда маскируешься. Ты даже пахнешь по-другому.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Маскировка заставляет меня думать, как человек. Не знаю, как это объяснить. Меняюсь внутри, волк покорно лежит, не поднимая головы, запахи притупляются, слух, зрение тоже. Но окончательно запах зверя не уходит, его можно почуять, создается впечатление, что я очень слабенькая, скорей всего даже не оборачивающаяся ни разу. Одним словом, девочка-припевочка, — рассмеялась я. — Мимикрия она многим живым существам свойственна. Я подстраиваюсь под ситуацию. Но как оно устроено, сама не знаю.
— Ясно, что ничего не ясно, — хмыкнул Виктор, расплачиваясь за ужин. — Тебе бы с кем-нибудь из своих пообщаться, чтобы понять, как оно все.
— Ну судя по тому, что меня так и не обнаружили, я и сама неплохо разобралась.
Виктор поднялся с места, качая головой, подал мне руку, и мы вышли из ресторана.
У брата была двушка недалеко от метро. Сам заработал и купил, тетя очень этим гордилась. Сыновья сами всего добились, родители особо ничем не могли помочь.
— Чувствуй себя как дома, — смеясь, предложил братец, когда мы вошли к нему в квартиру.
— Ты уверен? — рассмеялась я.
— Тебе можно, — улыбнулся он. — Надо было в магазин заехать, — почесывая затылок, «вовремя» спохватился Витя. — У меня все мужское.
— Ну буду пахнуть мужиком завтра, не страшно, — весело рассмеялась я.
— И то верное. Лис, ты спишь в зале и не спорь! — Я закатила глаза.
У брата в зале стоял диван, который не раскладывался — большой черный кожаный «монстр» — спать на нем одно мучение. Очень неудобная штука, после которой спину ломило нещадно.
— Я диван новый купил, — небрежно бросил Виктор, заходя к себе в спальню.
Разувшись, ринулась в зал. Ого, классный, большой угловой диван.
— Наконец-то, — громко, чтобы брат слышал, произнесла я. — Господи! — подняла глаза в потолок, как будто молюсь. — Ты услышал мои молитвы!
Оставаясь иногда у Виктора ночевать, мне приходилось не сладко. Спать на том кожаном «монстре» та еще пытка. Прокрустово ложе!
Последний раз, проворочавшись полночи, я просто пришла к брату в кровать, захватив его оделяло в плен, не отдавая его ни при каком предлоге. В итоге, повоевав за одеяло, Виктор психанул и ушел на диван, утром оценив полностью всю его «прелесть».
— Это проведенная ночка на диване так благоприятно подействовала? — засмеялась я.
Брат вышел из спальни, испепелил меня взглядом, хмыкнул, задрал нос и гордо прошел на кухню.
Вид этого «обиженки» меня развеселил еще больше, и, передразнивая его, пошла следом.
— Хочешь вина! — стоя посреди своей немаленькой кухни, задрав нос и смотря сверху вниз на меня, спросил брат.
— Будешь зазнаваться, поколочу! — шутливо шикнула я.
— Попробуй, — равнодушно парировал Виктор. — Как человек я гораздо сильнее.
— Но как волк — полный ноль, — выпалила я, не подумав. — Блин! Вить, прости, а! Я не подумавши.
— Да брось, Лис. Что теперь сделаешь, если я таким уродился, — горько улыбнулся кузен. — Но мне оно и не надо, все равно среди людей обосновался.
Я все же подошла к нему и обняла. Средний брат оказался очень слабым волком. Охотясь, единственный, кого он мог загнать — это белка. И то, мне кажется, они в обморок падали, наблюдая, как огромный черный волк неуклюже карабкается за ними по дереву. Его человеческая сторона была сильнее звериной. Виктор был больше человеком, чем волком, хоть и оборачивался.
— Прости, — я по-щенячьи заглянула ему в глаза.
— Я не сержусь, правда, — улыбнулся кузен. — Давай лучше вина тяпнем!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я достала из холодильника сыр, подрезала немного на тарелку, пока Виктор откупоривал вино и разливал его по бокалам.
— Я тебе завтра с утра отвезу, — сказал брат. — И не спорь! — остановил он мой возглас недовольства. — Не хватало еще, чтобы тебя и здесь «спалили». — А ведь прав! Как я об этом сама не подумала, голова дырявая. — Вещи твои попрошу Тошу забрать.
