— Спасибо, — на автомате ответила я, сжав двумя руками холодное стекло и сделав маленький глоток.
— Давай проясним наше текущее положение, — начал он, а я чуть не поперхнулась водой от этих сухих казённых слов.
— Ты считаешь, что здесь нужно что-то прояснять? Мне кажется в нашем положении всё предельно ясно, — выпалила я, смотря на него в упор и ожидая ответного выпада.
— Если ты имеешь в виду то, что ты увидела сегодня во дворе на Чайковского, то да, здесь я спорить не буду, никакие мои объяснения не заставят тебя развидеть то, что было. Но я сейчас не об этом, — он поднёс чашку с кофе ко рту и, сделав маленький глоток, поставил её на стол.
— А о чём? О чём ещё ты собираешься со мной говорить после того, что произошло? О птичках? — я нервно хохотнула и заметила глубокую складку меж бровей мужа, он всегда так хмурился, когда пытался держать себя под контролем.
— Ярослава, я предполагал, что ты не захочешь со мной разговаривать, да ещё и этот срочный звонок из офиса. Я запер тебя, чтобы точно быть уверенным, что ты не сбежишь и немного остынешь к моему появлению дома. Но ты меня удивила.
Он поставил локти на стол, сложил пальцы в замок и поставил на них подбородок, уставившись на меня немигающим взглядом.
— Не надо меня гипнотизировать, — я как можно дальше отодвинулась от стола и упёрлась стулом в стену.
— Скажи, ты действительно хочешь от меня уйти? — в его тоне сквозила усмешка.
— Да, хочу, а почему тебя это так удивляет? — с агрессией в голосе ответила я.
— Потому что тогда всё, что ты за сегодня натворила, совершенно не логично. Я плохо разбираюсь в вашей женской психологии, порой эти закидоны мне кажутся бессмысленным сотрясанием воздуха, но если вам так надо, то пусть. Я понимаю законы бизнеса, соблюдение данных обязательств и продумывание запасного плана. У тебя есть запасной план?
— Я тебя не понимаю, ты так сейчас разговариваешь, будто не ты, а я тебе изменила. Ты хочешь сделать меня крайней? Сбросить всё в мою сторону и снова выйти чистым. Да я всем расскажу, что ты связался с какой-то шалавой! Я поставлю жирное пятно на твоей безупречной репутации, и в этом будет твоя вина, только твоя!
Я в ярости вскочила со стула и упёрлась руками в стол, угрожая мужу.
— Хорошо, представим себе то, что ты от меня уходишь. Кем ты становишься после развода? Славой Савельевой из Горловки? Брошенной женой Абрамова? Кем?
— Ты считаешь, что без тебя я ничего не добьюсь в этой жизни, — прошипела с вызовом я. — Я не какая-то дура надутая силиконом, у меня есть мозги, и работать они ещё не разучились. Я вполне смогу начать свою жизнь с нового листа.
Я с вызовом смотрела в его самодовольное лицо. Он решил затоптать меня своим авторитетом? Думает, что пуп земли, и я всячески буду за него держаться. Нет уж, со мной такое не прокатит. Я не согласна терпеть эти походы налево, ради материального благополучия, как-нибудь справлюсь сама.
— Нет, дорогая, я никогда не считал тебя дурой. Я вообще не люблю дур, они такие примитивные, аж тоска берёт. Ты мне всегда нравилась за умение рассуждать, делать правильные выводы, поступать в соответствии с ситуацией. Слава, я очень ценю наши отношения, если ты забыла, то я много вложил в тебя, чтобы вывести на этот уровень. Ты не сможешь вернуться обратно, там слишком тесно для тебя, грязно и больно.
— Тогда я снова тебя удивлю, потому что я уважаю себя и считаю, что грязь, которую ты притащил в нашу семью, отмыть невозможно, а жить с ней я не собираюсь. Так что, Сергей Эдуардович, я пакую чемоданы и подаю на развод.
— Сколько раз просил не называть меня так, — мощный удар по столу кулаком заставил меня вздрогнуть и замереть от страха, мгновенно сбив весь решительный настрой. — Ты должна называть меня Сержем, только так, неужели трудно запомнить?
— Значит, какая-то шалава зовёт тебя Серёжей, и ты не бесишься, а я назвала по имени отчеству и ты взорвался? Что за странный фетиш? Ненавижу тебя!
Я сорвалась с места в комнату и раскрыла дверцы шкафа, уставившись на полки невидящим взглядом. Тело трясло, слёзы застилали глаза, хотелось рухнуть на пол и разреветься в голос, но я не буду доставлять ему такого удовольствия. За спиной я услышала приближающиеся шаги мужа.
— Знаешь, Слава, я не просто так спросил тебя про запасной план, я знал, что ты не позаботилась об этом ходе. А я его продумал. И раз ты не придумала свой, то тебе придётся следовать моему, — он отодвинул меня от шкафа и аккуратно закрыл его дверцы. — Ты не уйдёшь от меня, и тем более не подашь на развод, а всё знаешь почему?
— Почему?
— Потому что ты очень добрая и не оставишь в беде маленькую девочку, которой помогла только благодаря моему статусу.
— Она тут не причём, ты не сможешь отменить принятое решение! — это был удар под дых, такой подлости я от него не ожидала.
— Поверь, смогу. А вот сделаю я это или нет, полностью зависит только от тебя. Решай, я в душ, когда вернусь, скажешь мне свой ответ.
Серж невозмутимо направился в ванную, а я так и осталась стоять в комнате с перекошенным от возмущения лицом.
Глава 12
(от лица Сержа)
Я стоял под душем, включая то горячую, то холодную воду и пытаясь расслабиться. Всё моё естество рвалось к ней, хотелось сгрести её в охапку, прижать к себе так крепко, чтобы она застонала от нехватки воздуха. Я её любил, очень любил, но сейчас не тот случай, чтобы давать ход эмоциям. Слава видела мой коронный выход из квартиры Подбельского с его глупой женой.
Что за чёртовы гормоны заставили меня мацнуть эту оттопыренную попу, я не знаю. Ещё и неожиданный ответный поцелуй. Совсем заскучала молодая девка в жёнах этого седого борова, не по себе кобылку выбрал. Но ничего, мы его на место поставим, сначала разведём, потом наклоним, а следом научим, как нужно жить. Сам нам всё на блюдечке выкатит, даже не придётся напрягаться.
Мысли о том, как я наконец-то отплачу своему давнему врагу его же монетой, грели мне душу. По лицу расплылась довольная улыбка, и я взял в руки жёсткую мочалку, натирая тело гелем с запахом сандала.
За дверью меня ждала разъярённая жена. Пытаться ей сейчас доказать то, что я не виновен, не имело никакого смысла. Не поверит и ещё глубже уйдёт в обиду. Моя задача сейчас удержать её любым способом, она сама поймёт, что не права, позже. А сейчас Слава должна остаться моей женой, рядом со мной и желательно с такими же преданными глазами, как и раньше. Хотя, о чём я, какая преданность, сейчас в её глазах будет только ненависть, но ничего, ради того, что мы с Персом задумали, перетерплю. Главное не дать ей натворить глупостей.
Эх, Славка, она всегда была очень доброй, это излишнее чувство погубило бы её, если б не взял под своё крыло. Не то время, чтобы уходить в добродетель, растащат по кускам, подотрутся и не вспомнят. Сейчас мир жёстких планов и продуманных ходов, по-другому ничего не построишь, по-другому выгоришь и будешь сидеть курить на балконе, как этот козёл сосед.
Макс меня выбешивал с первой секунды, как я его увидел. Я никак не мог вспомнить его, хотя лицо явно было знакомым. Я даже навёл про него справки, но он будто замёл все хвосты и был совершенно чист: без прошлого, без ошибок. Он был меня выше, но рост и самодовольное лицо ничего в нашем мире не весят, походит недельку с фингалом за свою излишнюю любовь к спасательству, нечего было Славку трогать, она моя.
Мысли снова вернулись к моей нежной белоснежке, её природный платиновый цвет волос и пухлые губы заворожили меня с первого взгляда, я, когда увидел её, то сразу понял — такую жемчужину нельзя оставлять без присмотра. Чистая, небалованная, умная не по годам. Решение сделать её своей было мгновенным, она не сопротивлялась, пару месяцев ухаживаний и девочка у меня в руках. Только моя.
Я уже так привык, что она рядом, что даже не представляю, как может быть по-другому. Хотя нет, представляю, эти два часа поисков дали мне понять то, как сильно я к ней привязан. Я перевернул всех, пока жена Кирюхи не обмолвилась, что видела Ярославу в администрации. Хорошо что и там есть знакомые, готовые помочь. Подсказали, нашёл.
