Читаем без скачивания Война ведьмы - Джеймс Клеменс

Элену поразило, как высоко расположена средняя палуба над уровнем воды. Она не могла представить волны, способной залить такую палубу. С отчаянно бьющимся сердцем девушка нырнула в дверь.

В нос ей тут же ударил резкий запах керосина и дубовой смолы. Когда она оказалась в тускло освещенном раскачивающимся фонарем пространстве, где пол то и дело норовил выскользнуть из-под ног, у нее еще сильнее закружилась голова. Цепляясь за стену, чтобы не упасть, Элена прошла за Эр’рилом к маленькой двери в конце коридора.

– Вот твоя каюта, – сказал Эр’рил и распахнул дверь, которая ударила в крошечную койку, прикрепленную болтами к дальней стене.

У Элены сжалось сердце. Каюта была не больше шкафа среднего размера. Несмотря на то что здесь находились лишь койка, маленький сундук и висячий фонарь, казалось, будто в каюте совсем нет места.

– Днем мы перенесем из дома твои вещи.

– И куда я их положу? – пробурчала Элена.

Эр’рил кивком показал на постель.

– Сядь. Я хочу с тобой поговорить.

Элена опустилась на скрипучую койку. У нее над головой медленно раскачивался фонарь, по стенам метались тени. И хотя Элена сидела, ее затошнило. Она заставила себя сосредоточиться, разглядывая носки своих сандалий.

Эр’рил стоял перед ней, чуть сгорбившись и наклонив голову, чтобы не касаться низкого потолка. Он слегка расставил ноги и, пружиня коленями, сохранял равновесие в раскачивающейся каюте.

– Это касается Джоака, – начал он. – Вчера вечером он снова просил Флинта разрешить ему плыть с нами.

Слова Эр’рила заставили Элену оторваться от созерцания сандалий. Несмотря на то что она поговорила с Джоаком и попыталась убедить брата, что его сон не может быть правдой, юноша, очевидно, продолжал настаивать на своем и не желал отступать.

Эр’рил обвел рукой маленькую каюту.

– Ты же видишь, места на «Морском стриже» немного. Флинт нанял несколько моряков, верных нашему делу, они будут управлять кораблем, но здесь негде поместить мальчика, который беспокоится о своей сестре.

– Дело не только в этом, – тихо проговорила Элена, сомневаясь, может ли она нарушить слово, данное Джоаку, и рассказать Эр’рилу о странном сне брата.

Воин присел на корточки и положил руку ей на колено.

– Тогда в чем дело? Ты боишься его оставить? Ты с ним заодно?

– Нет! – возмутилась Элена. – Я бы хотела, чтобы он остался здесь – подальше от меня. – Она грустно улыбнулась. – Членам моей семьи небезопасно находиться рядом со мной.

Эр’рил сжал ее колено.

– Ну, значит, решено. Может быть, ты с ним поговоришь?

Элена посмотрела Эр’рилу в глаза. И хотя она твердо знала, что сон Джоака о предательстве воина равнин не может быть истинным, ее брат в него верил. Сердце не позволяло ему остаться, и никакие слова не смогут переубедить Джоака и развеять его страхи.

– Я уже пыталась отговорить его плыть с нами, – устало сказала она. – Он не желает меня слушать, и я не думаю…

Корабль неожиданно резко подпрыгнул на особенно высокой волне, в желудке у Элены забурлило, и она едва успела добежать до ведра, прежде чем ее вырвало. Продолжая стоять над ведром, она тяжело дышала, дожидаясь, когда тошнота хотя бы немного отступит. Потом вернулась на место, отчаянно покраснев и не глядя на Эр’рила.

Воин сделал шаг назад и сказал в качестве утешения:

– Тебе потребуется время, чтобы привыкнуть к качке.

– Мне плевать на качку. Я лишь надеюсь, что Матушка, присматривающая за нами, поможет моему желудку привыкнуть к этому ужасу.

– Я принесу тебе воды и сухарей. Это помогает. Про Джоака поговорим позже.

Эр’рил собрался выйти из каюты, но Элена его остановила.

– Нет, Джоак уже довольно давно переживает…

Неожиданно девушка поняла, что она устала от тайн. Кому доверять? Все это чушь, и, прежде чем они отправятся в путь, надо положить конец сомнениям Джоака. Ее желудок временно успокоился, она собралась с силами и быстро проговорила:

– Эр’рил, Джоак тебе не доверяет. Ему приснился сон, в котором ты меня предал.

Эр’рил резко обернулся, и в его глазах появилась смесь обиды и ярости.

– Что?! Что за глупости?

– Он считает, что его сон был провидческим и он увидел будущее.

Элена рассказала Эр’рилу все, что поведал ей Джоак накануне утром.

– Он вызвал черную магию при помощи посоха? – спросил воин, нахмурив брови.

– Джоак использовал слова заклинания из своего сна, – подтвердила Элена. – Теперь ты знаешь, почему он так уверен, что его сон был провидческим.

Эр’рил покачал головой.

– Этот посох – средоточие зла. И я бы не счел черную магию доказательством чего-либо. Она может обмануть даже самый острый ум.

– Но как нам убедить в этом Джоака?

– Я не знаю. Мне мало известно про пророческие сновидения, но Флинт и Морис в них прекрасно разбираются. Надо все рассказать им.

Элена поморщилась. Она уже обманула доверие брата, поделившись его опасениями с Эр’рилом, и не хотела говорить еще с кем бы то ни было, но истинность сна следовало проверить не только заклинанием черной магии. Девушка кивнула, соглашаясь с воином.

– Я попрошу Мориса привести Джоака на корабль сегодня же вечером. Тогда во всем и разберемся, – сказал воин и повернулся к двери. Выходя из каюты, он добавил: – Ты правильно сделала, что рассказала мне.

Когда дверь за ним закрылась, Элена принялась разглядывать неровную поверхность деревянной обшивки. Прав ли Эр’рил? И не ошиблась ли она, передав ему слова Джоака? Девушка прикусила губу и почувствовала, как внутри у нее все сжалось, но на сей раз не только от бесконечного движения корабля. В какой момент вера в Эр’рила победила доверие к собственному брату? Она вспомнила лицо Джоака в момент, когда тот впервые заговорил о своих подозрениях и попросил ее никому ничего не рассказывать: беспокойство и любовь в его глазах, уважение брата к сестре, не требующее объяснений…

Элена снова бросилась к ведру.

– Стой! – крикнул стражник у ворот.

Он стоял на стене, частично скрытый каменным парапетом.

Мисилл слегка отъехала назад, чтобы рассмотреть стражника, Фардейл замер около лошади. Он был напряжен, видимо почувствовав беспокойство Мисилл.

Воительница провела ночь на постоялом дворе в Греймарше, а с первыми лучами солнца снова отправилась в путь, зная, что лучше въехать в Порт-Роул при свете дня. Теперь же она с удивлением смотрела на закрытые и запертые южные ворота. На западе солнце стояло еще высоко, а в городе, известном своей ночной жизнью, южные и северные ворота редко закрывали до того, как взойдет луна. Если вообще закрывали. Двухэтажная каменная баррикада, прозванная местными жителями Болотная стена, окружала весь город, за исключением его прибрежной части. Эту стену построили не затем, чтобы защитить горожан от разбойников; она служила каменной преградой между Порт-Роулом и ядовитыми обитателями близлежащих болот. Ворота вообще редко закрывали и почти никогда не выставляли около них стражу. В Порт-Роуле не любили запертых дверей, мешавших в случае необходимости быстро сбежать из города.

Мисилл немного откинулась в седле.

– Мне необходимо въехать в город, потому что у меня здесь дело! – крикнула она, задрав голову. – Почему ворота закрыты?

– Какое у тебя дело в Порт-Роуле? – прокричал в ответ стражник, тучный мужчина, который явно тратил все заработанные тяжким трудом медяки на эль и хорошую еду. Уродливый шрам – скорее всего, заработанный в какой-нибудь пивной – шел от правого уха к самому носу. – И какая каста может за тебя поручиться?

Его вопрос удивил Мисилл. В Порт-Роуле никто никого не спрашивал, какое дело привело тебя в город, если, конечно, рассчитывал дожить до конца дня. Любопытство здесь не приветствовалось и считалось занятием нездоровым.

– С каких это пор мои дела интересуют городской гарнизон? – спросила она, придав своему голосу подходящий к случаю оттенок угрозы.

– С тех пор, как два дня назад на доки напали, – ответил стражник. – И теперь каждому, кто хочет войти в город, необходимо зарегистрироваться. А еще за него должна поручиться одна из шестнадцати каст города.

– Я этого не знала, – сказала Мисилл. – Меня наняли проводником для группы путешественников, которые скоро прибудут в город, и мне надо с ними здесь встретиться.

– Наемный проводник? – Мисилл показалось, что стражник заглянул в бумажку, лежавшую около его локтя. – Значит, ты относишься к касте наемников. Как только войдешь в город, тебе надо явиться к главе касты и дать слово, что будешь выполнять его требования.

– Я не принадлежу ни к какой касте. Мне нужно только…

– Тебя посадят в тюрьму, если поймают на улицах города без надлежащих бумаг, указывающих, что ты член определенной касты.

Мисилл нахмурилась. Такое постановление шло против всех законов, которых прежде придерживался Порт-Роул. Анонимность всегда была одним из неписаных правил, которым подчинялась торговля в этом портовом городе. Нападение одержимых демонами рыбаков потрясло Порт-Роул сильнее, чем подозревали Флинт и Эр’рил. Мисилл прищурилась, обдумывая услышанное. Она не сомневалась, что целью новых законов была вовсе не защита горожан, и они являются еще одним способом получать с путников взятки и пошлины. Понимая, что у нее нет выбора, воительница выпрямилась в седле.