и набор лего «Звезда смерти». Давай сбежим на необитаемый остров? Только ты и я.
- Можешь привыкать звать меня Пятницей, - разрешила я. - Но в ближайшее время я хотела бы посетить не остров, а офис мясокомбината «Барановский». Мне тут одна знающая птичка напела, что у тамошнего директора, а это, напомню, владелец единственного в городе авто с железным котом, с год назад уже была одна печальная лав стори.
- Насколько печальная? - уточнила Ирка. - Как у Ромео и Джульетты?
- Нет, все остались живы.
- Но были ранены?
- Вроде бы только душевно. Но я все равно хочу побеседовать с брошенной любовницей, может, она скажет, что Баранов склонен к садизму, тогда можно будет напустить на него Лазарчука со товарищи, - объяснила я свои резоны.
- И когда ты собираешься в этот офис?
Я прикинула: к обеду меня дома не ждут, до ужина я совершенно свободна…
- Да прямо сейчас, пожалуй! Вот только из солнечной ванны вынырну. И посмотрю на картах, где тот мясокомбинат.
- Не смотри, я и так знаю, - сказала Ирка. - Ты где сейчас?
Я назвала координаты.
- У меня в час встреча с заказчиком, а до того я свободна, башибузуков из школы Моржик заберет, - скороговоркой проинформировала меня подруга. - Жди, буду через пятнадцать минут!
Дирекция мясокомбината «Барановский» помещалась в отдалении от производственных помещений, в новеньком двухэтажном здании. У входа высилось необычное произведение искусства - бронзовый баран с рогами, закрученными в нетипично тугие кольца, как украинская колбаса.
Ирка не удержалась и обошла скульптурное копытное по кругу, рассматривая его со всех сторон, а потом резюмировала:
- Директор сможет сэкономить на собственном надгробном памятнике, достаточно будет перевезти эту статую на кладбище.
Чувствовалось, что Егор Баранов, которого она еще в глаза не видела, ей заранее сильно не нравится. Неудивительно: моя подруга дама чувствительная и с большим добрым сердцем. Подлым соблазнителям прекрасных дев она не симпатизирует.
Собственно, встретиться я хотела именно с прекрасной брошенной девой, но Ирка настояла на визите к ее обидчику. Очень уж ей хотелось его увидеть.
- И плюнуть в наглую рожу? - опасливо предположила я.
Скандал в мои планы не входил.
- Нет, просто посмотреть, - успокоила меня подруга. - Психологи говорят, что первое впечатление - самое верное. Значит, мы сразу поймем, негодяй он или просто дурак.
- Почему дурак-то? - не поняла я.
Почему негодяй, и так ясно: обижает юных дев.
- Не ценит, что имеет, - объяснила Ирка. - Я посмотрела в Интернете: у него жена красавица, между прочим, бывшая звезда волейбола.
- Высока, стройна, бела? - уточнила я. - Хм… А в любовницы Ягуар Иванович хрупких куколок выбирает.
- Ну и дурак, - буркнула подруга, сама красотка рослая и фигуристая.
Она загодя взяла двумя руками толстый том, который прежде несла под мышкой, словно вознамерившись стукнуть им при встрече пресловутого Баранова.
Повод для нашего внезапного визита к директору мясокомбината нашла Ирка.
Она недавно открыла небольшое частное издательство и придумала предложить Баранову выпустить книгу к предстоящему юбилею предприятия. Это оправдывало и мое присутствие: я позиционировалась как известный автор, который напишет текст. Идея была хороша со всех сторон, поскольку позволяла ударить дуплетом по двум зайцам: и с ролью Баранова в истории с нападением на Дашу разобраться, и получить денежный заказ.
Увы, попасть к директору не получилось. Дверь его кабинета стерегла секретарша в приемной.
- Совсем не тот тип, - шепнула мне на ухо Ирка, исподтишка рассмотрев строгую даму лет сорока, похожую на Маргарет Тэтчер в ее лучшие годы.
Я поняла, на что она намекает: с этой секретаршей у Баранова вряд ли есть неуставные отношения.
Тэтчер с непроницаемым лицом выслушала наши объяснения и выразила сожаление по поводу того, что мы не записались на прием заранее. Она предложила нам подождать, пока ее начальник закончит проводить небольшое рабочее совещание, но не обещала, что и после этого он нас примет:
- В двенадцать у Егора Ивановича встреча на выезде, но, может быть, он уделит вам несколько минут.
- Царь, просто царь! - шепнула мне недовольная Ирка, когда секретарша отвела от нас холодный взор.
Мы сели на стулья у стены и приготовились терпеливо ждать, но царь Баранов неожиданно завершил собрание бояр мясокомбинатских досрочно.
Дверь начальственного кабинета распахнулась, выпуская, как я поняла, самого директора.
- Что-то нужно, Егор Иванович? - Тэтчер встала из-за стола.
Не отвечая ей, Баранов распорядился через плечо:
- Игорь, заканчивай тут! - И, хлопнув дверью, шагнул в приемную.
Яркий свет из незашторенного окна выбил из его обуви пару крупных солнечных зайчиков.
Туфли-броги ручной работы из лакированной кожи, отметила я и проехалась оценивающим взглядом по мужской фигуре снизу вверх: дизайнерским джинсам и твидовому пиджаку поверх тонкой кашемировой водолазки, а затем по загорелой ухоженной физиономии.
Ну, что сказать? Егор Баранов очень старался выглядеть стильно, модно, молодежно.
Вещи на нем были дорогие, прекрасного качества, но джинсы выглядели коротковатыми и слишком узкими, а тонкая водолазка предательски обтягивала животик. Модная стрижка, белоснежные ровные зубы и слишком густой загар, явно приобретенный не путем погружения в бесплатные солнечные ванны, усиливали впечатление искусственности гламурной мужской красоты.
- Вера, я уехал! - на ходу оповестил шеф секретаршу, пробегая через приемную.
По Ирке он скользнул незаинтересованным взглядом, а за мое лицо неожиданно зацепился - видать, оно показалось ему знакомым. Не зря я годами в телеящике сидела.
Баранов остановился, присматриваясь ко мне и хмурясь в попытке вспомнить, уже и рот открыл для вопроса, но тут в кулаке у него заквакал женским голосом мобильный, и Егор Иванович, ограничившись нейтральным «Здрасьте», спешно выскочил из приемной.
Ну, натурально ягуар в прыжке!
- Даже не знаю, когда он теперь вернется, - сказала секретарша, и ее ровный голос дрогнул, выдавая растерянность.
Видимо, обычно Егор Иванович был не столь порывист и непредсказуем.
Мы с Иркой не сговариваясь встали и проследовали на выход. Вдогонку за директором не кинулись, просто быстро пошли в том же направлении и, уже выйдя на лестницу, услышали, как Баранов раздраженно произнес этажом ниже:
- И не звони мне больше, Дарья! Я же сказал - между нами все кончено.
- Интересно, а эта куколка пойдет на телевидение? - пробормотала я, уяснив, что в донжуанском списке Егора Ивановича стало на одну брошенку больше.
- Эта не пойдет, - с сожалением сказала Ирка.
