— Тарелки на раздачу, пожалуйста! — крик блондинистого крепыша. — Алё, офики?! Я уже три раза просил! Следующие нисуас и тыквенный суп будет вам в ладошки!
— Я Рустаму говорила, — ныла сопливая официантка. — У него холера за шестым столом сидит.
— Я бы на его месте давно бы ей рульку на башке скрутил, — хихикнул блондин.
— Он умней тебя и просто непрестанно чихает ей в кофе и гратен.
— Рустику медаль за терпение и предприимчивость, — гоготал парень у хоспера. Приличные свежие ожоги на его руках говорили о зелёности повара.
Невольно попытался найти кондитерский цех, но в такой дурдоме им и не пахло.
— Сейчас у них запара пройдёт, и я представлю тебя, — шепнул Павел Леонидович.
Ох, это слово "запара". Когда в ресторан приходит "электричка" и повара с дымящимся задом носятся по кухне, выполняя хлынувшие из аппарата чеки с заказами, запара приобретает каторжный смысл. На каждое блюдо отводится определенное время, в которое повар обязан уложится. В противном случае, включается режим задержки и старший наравне с ним несёт убытки. Грязная и несправедливая система ресторанного сервиса. Слово "запара" на кухне было святым и нерушимым и любые действия принижающие его значимость регулярно карались.
Пока повара носилась, как взмыленные кони, Павел Леонидович отвёл меня в закуток под названием "Шеф". Комнатка со столом, в которую зашёл и замер. Более двух человек это подобие кабинета вместить в себя не могло. Компьютер, ящик для бумаг и полка для папок с документами. В такой тесноте развитие клаустрофобии мне обеспеченно.
Дядя Паша углубился в ознакомление с технологическими картами и планами работы.
— Технолог был у нас безответственный. Все выходы сырья и процент себестоимости подстраивал. Кухня чуть ли не на лям ушла в минус по ревизии, когда он ушёл. Пограммовки давно неверны, часть ингредиентов убрали, часть добавили и всё в таком хаотичном состоянии. Не мне тебя учить, Гера, что нужно делать.
— Я понял. Отработаем заново. Не переживайте. Всю документацию приведу в порядок. Вплоть до температурных листов.
— Давай, Герман. Я давно отчаялся найти хорошего шефа. Как проклятие какое-то. Ты — парень матёрый с задатками лидера. Все карты тебе.
Я утешительно потрепал друга семьи за плечо.
— Павел Леонидович?
В каморку заглянула пышногрудая молодая женщина в дресс-коде больше офисного плана. Увидев меня, тут же слегка ретировала, но потом гордо вскинула голову, выставив груди вперёд. Из её декольте они так и стремились выскочить, а я обрабатывал глазами ложбинку между ними. Туда бы я нырнул. Ля! Не сегодня, Герыч… Никогда! Принцип не спать с теми с кем работаешь, я соблюдал на "ура". Проблемы мне не нужны.
— Это Ирина Анатольевна — наш арт-директор, — представил красотку управляющий. — Герман Юрьевич — наш новый шеф.
— Очень приятно, — любезно кивнула девушка. — Добро пожаловать в наш зверинец.
Данное определение в адрес поваров слышал не раз.
— Наплыв гостей пока стих. Весь персонал уже на кухне, Павел Леонидович.
— Отлично. Спасибо, Ирочка. Идём, Гер, познакомишься со своими подчиненными.
Кухня уже в свободном и расслабленном состоянии собралась у раздачи. Там же стояли сотрудники сервиса и клининга. Мда, этим разношёрстным стадом мне нужно управлять и сделать его единым. Капец.
— … бисквиты ставит, — шипит в ухо дяде Паше молоденькая девушка. Судя по кителю, выпачканному разноцветными кремами, это местный кондитер. На вышивке прочёл имя "Татьяна".
Мысль о моей позавчерашней кондитерше тут же связала яйца в узел.
— Кухня и зал, минуточку внимания, — хлопнул пару раз в ладоши Павел Леонидович. — У нас новый шеф-повар. Герман Юрьевич Беспалов. Лауреат премии "Золотой Бокюз" — 2016. Прошу жаловать, а любить необязательно…
— Только лауреат? — прыснул всё тот же блондинистый повар, и часть его коллег тоже тихонько поддержала его.
— Игитов, — совестливо отдёрнул его управляющий.
Вот и дедовщина. Я открыл рот, чтобы поставить козла на место, но так и застыл. В кухню тихой мышкой просочилась уже до боли знакомая фигурка. Тёмные длинные волосы, собранные в хвост, из которого уже выбилось пара прядей. Китель, выпачканный цветными мазками и кляксами, и на лице что-то смахивающее на муку или крахмал. Как следует опоздавшему, девушка осторожно прокралась к своей коллеге и только тогда подняла глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А вот и наш шеф-кондитер — Виктория Андреевна, — дядя Паша ей мило улыбнулся.
В эти пять секунд всё окружающее нас исчезло. Мы уставились друг на друга, а весь мир погасил свои лампочки, кроме одного прожектора направленного на нас. И это не кадр из романтичного фильма, где влюбленные обретают друг друга, это сцена попавшего в клетку птенца и злорадная морда огромного кота.
Выражения наших лиц трансформировались с точностью наоборот. Если с её лица схлынула вся краска, а губами и руками овладел тремор, то у меня возрождался звериный победный оскал и руки сжались в кулаки.
"Вот ты мне где попался, рыбий глаз".
Шестая секунда — и Кексик со всех ног срывается с места наутёк.
— А ну, стоять! — громыхнул я, как заправский опер и ломанулся за ней. Не уйдёшь теперь, паршивка!
6. Покушение
ВИКА
История с мажорчиком не давала покоя вторые сутки. Тело до сих пор хранило его похабные прикосновения, которые были одновременно и противны, и приятны.
Хотела ли я с ним переспать? На девяносто процентов — да, но женская гордость и обида оказались в разы сильней. Я не из тех, которые раздвигают ноги перед кобелём за испорченное имущество или в качестве оплаты за услугу.
Проснувшись на утро нового рабочего дня, вновь прокручивала в голове тот спектакль. Улыбка скользнула по лицу при мысли о питомце, что подарила жеребчику. Ничего, переживёт.
Безусловно, радует тот факт, что снотворное мамы оказалось в сумке. Родительница часто мучилась бессоницей, поэтому данный препарат всегда заполнял семейную аптечку. Спасибо дорогим врачам!
Смущал только факт моего бесстрашия и безалаберности. А если поварёшка реально оказался бы маньяком? Если бы увёз не в клуб, а куда-нибудь в гаражи? Тогда бы чудо-флакончик точно не помог. От этого стало жутко. Вика, времена нынче не те. Нужна защита понадёжней.
Открыла нижний ящик тумбочки, ища знакомый предмет. Где же он? Порывшись пару секунд, выудила баллончик с перцовым аэрозолем. Я купила его год назад после того, когда меня по дороге домой сильно напугал местный алкаш. Безопасность — наше всё. Посмотрев нерешительно на перцовку, бросила его в сумочку. Всё бывает, а после жеребчика нужно быть ещё более внимательной.
На рабочем месте пыхтела и крутилась, подобно юле, Таня. Эффектная девушка со светлыми волосами и чувственными пухлыми губами. Она являлась местной красоткой с шикарными формами "плюс сайз", которые делали её желанной для любого мужского глаза. С ней мы были не только коллегами, но и подругами. Часто могли отдохнуть где-нибудь вместе и повозмущаться, обсуждая мужиков.
Вот и сегодня поведала ей о приключении с мажорчиком. Минут пять Коновалова не могла успокоить свой смех.
— Ой, сейчас умру или рожу чего-нибудь, — держась за живот в полуприседе охала девушка. — Ты беспощадна к мужским пенисам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Сам виноват. Хотел секса — получил воздержание на пару недель.
— Надеюсь, после такого он станет чуть умнее. Но, всё равно, ты разбила ему тачку — он может заявить на тебя.
— А я могу написать заявление о сексуальном домогательстве, — парировала, гордо вскинув голову. — Хотя с его деньжищами добьюсь только грыжи.
Рабочий день всегда начинался после плотного завтрака, который мы готовили по утрам сами. Дожидаться, когда повара удосужатся нас покормить — бессмысленно. Эти лентяи телились обычно часов до одиннадцати, а к этому времени желудок бы сам себя переварил.
