моим семь на девять будет… кузен Жерар!
— Твой кузен Жерар?
— Ну да! Ты же знаешь это чудо природы! Я запущу его в «Старую усадьбу», как козла в огород, как слона в посудную лавку, как гориллу в операционную… От него можно ждать чего угодно. Ты только представь, мама!
— Да уж, представляю… — протянула мадам Путифар, плотоядно жмурясь. — И Буран с ним будет, разумеется?
— Ну конечно! — завопил Путифар. — Конечно, тут нужен Буран! Мама, ты гений!
И, перегнувшись через поднос, так пылко расцеловал мать, что опрокинул миску с фруктовым пюре.
— Ничего страшного, — сказала она. — Принеси мне еще, пожалуйста. И, знаешь, печенье тоже принеси. Что-то у меня, кажется, проснулся аппетит!
Полночи они разрабатывали свой план. Буран в обеденном зале «Старой усадьбы» — одна только мысль об этом приводила их в восторг. Путифар в упоении топал ногами, а его мама так закатывалась, что чуть не задохнулась от смеха.
— О! Представляю эту картину! Так и вижу! — повторяла она, держась за живот и вытирая выступившие слезы.
Однако одна загвоздка омрачала их восторг: как провести собаку в ресторан? Они крутили и вертели эту задачку и так и сяк сто раз со всех сторон и в конце концов придумали, как им показалось, вполне осуществимый план.
Два дня спустя зазвонил телефон, и в трубке грянул оглушительный голос Жерара:
— Ну, починил я твою тачку. Там в кардане было дело. Если тебе еще нужна эта старая жестянка, приходи и забирай!
Путифар бегом помчался в мастерскую, так не терпелось ему начать кампанию против Лелюка. Оплачивая счет в почерневшей от вековой грязи конторе, стены которой украшали календари пятнадцатилетней давности, он с невинным видом заметил:
— А кстати, Жерар, ты уже сколько лет чинишь мою машину. Мне хочется тебя как-то отблагодарить. Как насчет обеда в «Старой усадьбе»? Приглашаю тебя и Монику. А?
— «Старая усадьба»? Которую держит этот, как его… Люлёк?
— Не совсем, — уточнил Путифар, — его зовут Пьер-Ив Лелюк.
— Ну, Лелюк, без разницы. И ты готов раскошелиться на жрачку у этого Люлька? В лотерею, что ли, выиграл?
— Ничего я не выиграл. Просто я думаю, вы заслужили праздник. Ну как, согласен? Мне это будет очень приятно, правда…
— Ну, если так… ладно, уговорил. Домой приду, скажу Монике. Она с ума сойдет! Мы же, сам понимаешь, в ресторанах не бываем… Да и нигде, вообще-то, не бываем…
Упомянув об этом, он сразу же вспомнил и о главном препятствии:
— А собака-то? Куда мы Бурана денем? Он у нас знаешь какой трепетный — больше чем на четверть часа одного не оставишь. Без общества не может… тоскует….
— Мы с мамой за ним присмотрим.
Жерар с изумлением воззрился на кузена. Чтобы кто-то по своей воле вызвался присмотреть за Бураном — такого еще не бывало.
— Правда? А ты что, с нами не пойдешь?
— Нет, — сказал Путифар. — Не люблю оставлять маму одну, и потом, пусть у вас с Моникой будет такой, знаешь, романтический ужин…
Тут в мастерской что-то с грохотом обрушилось. Оба кузена бросились туда: Буран развалил штабель пятидесятилитровых металлических канистр, которые раскатились по мастерской, сшибая все на своем пути. Добрых полчаса они трудились, пока не восстановили хотя бы видимость порядка, потом вернулись в контору.
— Так что ты говорил-то? — вернулся к теме Жерар.
— Я сказал, что мы с мамой присмотрим за Бураном.
Жерар в раздумье почесал в затылке черными ногтями.
— А ты… э… ты не боишься, что он у вас что-нибудь разобьет? Мало ли… махнет хвостом…
Путифар в тот же вечер забронировал в «Старой усадьбе» столик на две персоны на имя месье и мадам Самбардье. Ближайшей свободной датой оказалось 27 августа — как раз поужинать в день святой Моники, удачное совпадение. Вот только ожидание затягивалось…
5. Первая месть
Лето подходило к концу. Между тем как все учителя и все учительницы Франции уже морально готовились к новому учебному году, Робер Путифар был бесконечно далек от этих забот. Он посвятил последние недели августа тщательной подготовке к долгожданному романтическому ужину. Издевательская ухмылка Лелюка-школьника, чью фотографию он вырезал и наклеил в «тетрадь мщения», действовала на него как стимулятор. «Подожди, мой мальчик, подожди… Может, я и не умею умножать на семь, зато уж, будь уверен, сумею умножить твои проблемы на двенадцать!» На следующих страницах он расписал по пунктам план и день за днем вносил пометки по мере продвижения к цели.
1. Разведка на местности: исполнено.
2. Приглашение Жерара и Моники: исполнено.
3. Заказ столика в «Старой усадьбе»: исполнено.
4. Предложение присмотреть за Бураном: исполнено.
5. Установка решетки в машине: исполнено.
Инвентарь:
1. Лесенка: есть.
2. Бинокль: есть.
3. Дождевик (на всякий случай): есть.
4. Бутылка шампанского (на случай успеха): есть.
Путифару уже невмоготу становилось ждать, когда наконец в 19.30 27
