— Мельникова, почему твой стол должны обслуживать другие? — шипит, как змея.
— Я же…
Мне не дают договорить, Анжелика прерывает меня, дергает за руку.
— Если я еще раз такое замечу, уволю к чертовой матери! Ясно?
Куда же уж яснее.
Настя подошла к нам и с ненавистью вручила мне в руки поднос с заказом Андрея. Девушку явно заинтересовал Поляков. Иначе я никак не могла объяснить ее следующие слова.
— Опоздала бы еще чуть-чуть, он был бы у меня в кармане.
Я знала, что Настя живет с больной матерью и отчимом. А также очень хорошо знала о ее вредном характере. Поэтому для меня не стало новостью, что она открыто клеилась к Андрею. Но неприятное чувство царапнуло мою душу, когда я словила себя на мысли, что бандит улыбнулся ей.
Вздохнула, понимая, что наказания не избежать, и Андрей так скоро нашел меня. Хоть я и не скрывалась от него, но сбежала от его человека и проигнорировала прямой приказ.
Пока я шла к бандиту на ватных ногах, не смея отвести взгляд, перед глазами возникла вчерашняя картинка. Как Андрей убил того парня в клубе. И от этого руки дрогнули, поднос чуть не выскользнул из моих потных ладоней. Кажется, сердце в это время отбивало чечетку, так сильно оно стучало. Я нервно сглотнула образовавший ком в горле и начала с трясущими руками расставлять заказ перед ним.
И все это время Поляков не сводил с меня злого взгляда. В отличие от меня, он выглядел спокойным, но аура, исходящая от него, и моя интуиция вопили, что это все затишье перед бурей.
— Приятного аппетита.
Как только мой поднос оказался опустошён, я решаю скрыться с его глаз долой, но Поляков хватает меня за запястье, тянет на себя, вынуждая наклонить голову. Я натягиваю улыбку, когда замечаю недовольную Анжелику.
— Вы что делаете? — говорю, стиснув зубы. Я только теперь замечаю, как все это время Андрей был напряжен, а его спокойствие было напускным. Его глаза пылают гневом, он сжимает пальцы вокруг моего запястья, причиняя боль. Мне стоит огромных усилий удержать улыбку на лице, хотя скулы уже начинают побаливать.
— Какая же ты упрямая сука, Яна! — от шока, я открываю и закрываю рот. Это было первый раз, когда Поляков позволил грубость в словах в мою сторону. От неожиданности и шока от его слов, в уголках глаз слёзы вскипают мгновенно. Но тут же одергиваю себя.
— Вы не имеете права так со мной разговаривать, Андрей. И отпустите уже мою руку! Вы отнимаете у меня время.
— Яна, не беси меня. Лучше заткнись и соберись. Ты не будешь работать здесь. Больше никогда!
Его глаза пылают бешенством, ноздри раздуваются. Мы смотрим друг другу в глаза, и если можно было бы одним взглядом уничтожить человека, то от нас не осталось бы даже пепла.
— Я буду работать здесь и никуда не пойду, пока не закончу свою работу. Так понятно?
— Извините, вам нужна помощь, Андрей Вениаминович? — мы пропускаем момент, когда к нам подходит Анжелика и широко улыбается Андрею, на меня не смотрит. И почему я не удивлена, что она знает его имя?
Я выдернула руку и обернулась к женщине. Анжелика повернула голову ко мне и одарила нервной улыбкой. Андрей обратил внимание на неё.
— Все хорошо. У вас тут еда вкусная.
Я бросила взгляд мельком на нетронутую никем еду и хмыкнула. Анжелика услышала и шикнула на меня. Только решилась убраться, когда Андрей окликнул меня, вгоняя в краску перед администратором.
— Яна, я еще не закончил.
Остановившись, повернулась к нему, не скрывая своего недовольства. Ну что ему неймется?
— Что-то еще, Андрей Вениаминович? — выдавила сквозь зубы.
— Анжелика Игоревна, можно мне, пожалуйста, воды?
— Что? Воды? — Анжелика явно растерялась. Она несколько раз хлопнула наращенными ресницами. Я стиснула руками поднос. В душе ликовала от того, какое выражение сейчас было у Анжелики. Это был первый раз, когда гость просил принести что-то администратора.
— Да, воды, — терпеливо повторил Андрей, откинувшись назад на спинку стула, и смотрел на нее не мигая, пока Анжелика не знала, что сказать. Ее взгляд бегал по залу, но, в конце концов, она смирилась и ушла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вы ее только что унизили, — тихо сказала я, посмотрев вслед женщине. Несмотря на то, что сейчас было, Анжелика шла гордой походкой, раскачивая пышными бедрами. — Что вы творите? — прошипела, обратившись к нему.
— Ты же хотела работать? Так работай, Яна. А я просто поужинаю и, — он подался вперед и усмехнулся жестко, отчего у него меж бровей появились морщинки, — понаблюдаю за тобой.
Поджав губы, развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла к другому столику.
Я честно пыталась работать и не обращать внимания на то, как Андрей сверлит меня взглядом. Я оказалась в центре внимания сразу двух людей: Андрея и Анжелики, которая смотрела на меня и зло прищуривалась каждый раз, когда я проходила мимо нее. Сегодня будто все ополчились против меня!
Когда я думала, что ничто сегодня так не испортит мое настроение, как делает это Андрей только своим одним присутствием в несколько метрах от меня и не сводит глаз, то глубоко ошибалась. Появление Снежаны, двоюродной сестры, в «Бархате» вместе с подружками немного выбивает меня из привычной колеи. Мы с ней не виделись давно. Кажется, с последней встречи прошло два или три месяца, тогда мы с ней крупно поссорились. А теперь, когда она появилась здесь, да еще и с подружками, которые были теми еще стервами, я не знала, что от них ожидать.
Снежана сразу замечает меня, улыбается, что-то говорит подругам, отчего я сразу же оказываюсь в центре их внимании. И как назло, мне пришлось обслуживать их столик.
— Добрый день! Я — Яна, и сегодня буду вашим официантом. Вы готовы сделать заказ сразу или желаете ознакомиться с меню?
Снежана вскинула глаза и сморщилась. Она всяческий раз пыталась унизить меня перед подругами, и в этот раз тоже не хотела упустить момент, чтобы поддеть меня. Но я не обратила на это внимания. Я чувствовала, как мои лопатки сверлят чужие глаза.
— Мы немного подождем, к нам должны присоединиться, — ответила одна из ее подруг, даже не удосужив меня взглядом. Я повернула голову и наткнулась на хмурый взгляд Полякова. Тот теперь был не один, а с компанией. Рядом с ним сидел его друг, Герман, и ел его стейк. Видимо, мужчина так и не притронулся к еде. А я пропустила тот момент, когда к его столику подошел еще один человек.
Но зато не упустила тот момент, когда к столику Снежаны подошли трое парней, а один из них был хорошо мне знаком. Максим Старцев — сын партнера дяди и парень Снежаны. А также тот еще ублюдок. Одна встреча и с тех пор я ненавижу этого парня всеми фибрами души, как и он меня. К слову, Старцев тот еще бабник.
Когда парни уселись за столик, они позвали меня и сделали заказ. Пока я обслуживала их, ощущала себя так, словно оказалась в центре чего-то большого. Андрей сверлил мои лопатки, Старцев пытливо вглядывался в мое лицо, как и Снежана. Я не знала, куда деться. Их внимание и взгляды нервировали меня и раздражали.
Будь в зале только Поляков, было бы проще. Потому что я знала, он не обидит меня, может уколоть, но в обиду не даст. Я не знаю, откуда у меня такая уверенность, но я чувствовала, что могу довериться ему. Но не могла точно так же сказать и о Снежане и ее компании. Тут мое доверие трескалось.
Снежана была той еще стервой, и мы с ней с самого детства не ладили. Еще одна причина, почему я не живу в доме дяди.
— Упс, извини.
Снежана сидела с лицом победителя, пока ее подруги хихикали. Им было забавно то, что вилка упала. Нет, не так. Им было интересно увидеть, как я ее подниму. Старцев плотоядно улыбнулся, широко разведя ноги. Я мысленно содрогнулась от мысли, что мне придется нагнуться и достать вилку. И я почти смирилась с унижением, но ровно до того момента, пока мне не помешали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я не заметила его, не услышала его шагов и даже не почувствовала взгляда. Только жесткая и грубая хватка на моем запястье. Одно движение и я стояла лицом к Андрею. В черных глазах злость переплавилась в ярость. Желваки ходили ходуном, и он сжал мое запястье до боли и синяков.
