Ее внимание привлекло какое-то движение на пляже, и она повернула голову в ту сторону. Вспомнишь черта… Гидеон Рейнтри вышел на берег после плавания, слишком длинные волосы гладко откинуты назад, вода стекает по груди. Он ступил с песка на свой собственный частный дощатый настил в более освещенное пространство. Когда на него упал свет с балкона его дома, Хоуп на мгновение затаила дыхание. Он был в старых, дырявых джинсах, отрезанных над коленями, и из-за веса воды слишком низко висевших на талии. Больше на нем ничего не было, за исключением маленького серебряного амулета, висевшего на черном шнурке вокруг шеи.
— Гидеон, — протяжно окликнул голос из соседнего желтого здания. Он остановился и поднял голову, затем улыбнулся свесившейся с балкона блондинке. Хоуп, наконец, за весь этот день увидела у него на лице хоть какое-то подобие улыбки. Да, парень определенно представлял собой проблему.
— Привет, Ханни. — Рейнтри прислонился к перилам и посмотрел наверх.
— У нас будет вечеринка в субботу, — сообщила Ханни. — Придешь?
— Спасибо, но думаю, нет. Я работаю над одним делом.
— Та девочка, которую я видела в новостях? — спросила Ханни, ее улыбка увяла.
— Да.
К Ханни присоединилась еще одна девушка, на сей раз брюнетка.
— Ты распутаешь его к субботе, — уверенно подхватила она.
— Если распутаю, тогда зайду.
Обе женщины перегнулись через поручни. Как любая уважающая себя пляжная бездельница в теплую июньскую ночь, они были одеты в малюсенькие купальные костюмы. В сущности, они заигрывали со своим соседом.
Хоуп предположила, что Рейнтри относился к тому типу мужчин, которых могла привлечь любая пустышка. Он хорошо выглядел, имел счет в банке и обладал тем очевидным обаянием, которое приходит вместе с самоуверенностью. С такими глазами и скулами и тем, как он выглядел в этих «шортах», он заставлял глупые женские сердца биться в бешеном ритме.
Хоуп никогда не была глупой.
— Почему бы тебе не зайти сейчас и не выпить с нами? — спросила Ханни так, будто эта идея только что посетила ее голову, хотя, скорее всего, она планировала спросить об этом своего статного соседа с того момента, как увидела его на берегу.
— Сожалею, но не могу. — Рейнтри повернулся к своему дому — и к Хоуп — и ей показалось, что он посмотрел прямо на нее. — У меня уже есть компания.
Хоуп затаила дыхание. Ведь он не мог ее заметить. К нему пришел кто-то еще, либо он просто оправдывался из вежливости. Как и любой нормальный мужчина, отказывающийся «выпить» с Ханни или брюнеточкой.
— Компания? — заныла Ханни.
— Ага. — Рейнтри снова прислонился к поручням на настиле и посмотрел в темноту между двумя зданиями. — Мой новый напарник.
Хоуп пробормотала несколько тихих проклятий, которые почти никогда не использовала, и Рейнтри улыбнулся, словно услышал ее. Разумеется, это было невозможно. Так же невозможно, как и заметить ее в этом мраке.
— Приводи его с собой, — предложила брюнетка. — Будет еще веселее.
— Ее, — ответил Рейнтри, не глядя на соседок. — Мой новый напарник — девочка.
Хоуп знала, он сказал «девочка», только чтобы позлить ее, поэтому приложила все усилия, чтобы не отреагировать на насмешку.
— О, — вздохнула Ханни. — Ну тогда приводи ее, что ли. — Голос блондинки сразу зазвучал куда менее восторженно.
— Спасибо, но мы обойдемся. Нам нужно обсудить кое-какие вопросы. Не так ли, детектив Мэлори?
Полный провал. Хоуп сделала несколько шагов, выступая под мягкий свет, отбрасываемый обоими балконами. Прятаться определенно было слишком поздно. А если Рейнтри действительно опасен? Такое возможно. Он выглядел достаточно опасным. С другой стороны, она вооружена и знает, как защитить себя, если понадобится. В любом случае, она не думала, что дойдет до этого.
— Так, — ответила она, направляясь к дощатому настилу по песку и высокой прибрежной траве.
— Как долго вы там стояли? — спросила Ханни.
— Всего несколько минут.
— Вас было совсем не слышно.
— Я просто восхищалась видом.
Брюнетка вздохнула.
— Поверьте, мы вас понимаем.
Хоуп почувствовала, как заливается румянцем. Она, конечно, подразумевала берег, но из-за интонации брюнетки все подумали, что она имела в виду… О, нет. Она не хотела, чтобы Рейнтри подумал, что она наслаждалась его видом. Даже если так оно и было.
— Я люблю воду.
— Я тоже, — ответил Гидеон.
Хоуп легко перебралась через ограждение, присоединяясь к нему.
— Заходи внутрь, — сказал он, отвернувшись и шествуя вперед. — Думаю, ты зашла поговорить о деле Бишоп.
— Да, — обрадовавшись, ответила она. — Надеюсь, ты не возражаешь, что я так врываюсь.
Он посмотрел через плечо и ухмыльнулся.
— Ничуть, детектив Мэлори. Ничуть.
***
Ей было что-то нужно. Хорошенькая детектив Хоуп Мэлори была столь раздосадована, столь переполнена энергией, что прикоснись он к ней, и они, вероятно, оба взорвутся. Не такая уж плохая идея.
— Я пойду, переоденусь. — Гидеон жестом указал на кухню. — Налей себе что-нибудь выпить, а я быстро вернусь.
Экей проспала здесь несколько часов, после чего отправилась в Шарлотт. Перед тем как пойти плавать, он разговаривал с ней по телефону. Она все еще была расстроена, но паника несколько поутихла. Рад он этому или нет, но Дейви действительно помог в этой тяжелой ситуации.
Гидеону не потребовалось и пяти минут, чтобы надеть сухую одежду и высушить полотенцем волосы, и все это время он продолжал спрашивать себя, почему Мэлори здесь? Чего она хочет? Если бы уже были готовы предварительные результаты по экспертизе с места преступления, то позвонили бы ему, а не ей. Если у нее появилась теория, а это все, что у нее могло появиться на данный момент, то можно было сообщить об этом по телефону. Владелец клуба, в котором часто выступала группа Экей, совсем им не помог. Итак, почему Мэлори здесь?
Он получил ответ на свой вопрос довольно быстро, сразу, как только прошел в гостиную и нашел новую напарницу сидящей в кожаном кресле со стаканом холодной содовой в руке.
— Милое местечко, Рейнтри, — сказала она, пока ее глаза почти небрежно осматривали стены. — Как ты содержишь все это на зарплату полицейского?
Так вот оно что! Она думает, что он нечист на руку, и вынюхивает, насколько он нечист. Она хочет войти в долю или упрятать его задницу в тюрьму? Гидеон предположил, что последнее, но прежде он уже ошибался в женщинах.
— Моя семья богата. — Он повернулся в сторону кухни. — Пойду, налью себе что-нибудь выпить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
