посмотрел на небо.
Минутку, куда подевалась голубизна?! Небо заволокли тёмные тучи, порывистый ветер трепал листья пальм, начинался дождь. Разумеется, зонты никто не доставал – некоторые даже подставляли каплям лицо.
Мы с Джаспером обнялись.
– Надеюсь, вы не застрянете в пробке, – сказал я ему. – Вот увидишь – скоро мы снова сюда вернёмся и будем корпеть над уравнениями, сочинениями и какими-нибудь заданиями по п ев ащениям.
Джаспер слабо улыбнулся:
– Ты правда в это веришь? Ладно, тогда я тоже поверю.
Рядом со мной появилась Финни:
– Эй, тигровая акула, что там с барахлом, которое ты хотел отдать мне на хранение, пока будешь бултыхаться в море?
Я сбегал за рисовальными принадлежностями, сунул их в непромокаемый пакет и запихал в рюкзак вместе с телефоном, ракушкой-талисманом и парой вещей, которые ни в коем случае не должны пострадать от стихийного бедствия.
– Я буду защищать его своей жизнью, – торжественно пообещала Финни, забрав у меня рюкзак, и отдала честь.
– Лучше не надо! – Я обнял и её тоже, удивившись тому, что она никак не желала меня отпускать. Неужели она боится – крутая, уверенная в себе Финни? Я осторожно высвободился из её объятий. – Удачи, увидимся.
– До встречи. Смотри не пересохни. – Она по-собачьи стряхнула воду с синих волос, рассмешив меня, направилась к парковке и вскоре скрылась из виду.
К тому времени многие ученики уже разъехались. Те, что ещё остались здесь – дельфины, Крис и кое-кто ещё, – вместе с учителями готовили школу к натиску урагана. Мистер Гарсия с двумя учениками сняли с крыши коллектор для дождевой воды и закрепили солнечные батареи. Кармен, рыба-молот второго года обучения, была ещё здесь и вместе с Ральфом и Крисом прикручивала аккумуляторным шуруповёртом перед панорамными окнами столовой листы фанеры. Я открыл было рот, чтобы её подбодрить, но Кармен грозно зыркнула на меня:
– Только попробуй пошутить насчёт инструментов и акул-молотов – ты об этом пожалеешь, поверь мне!
– Нет-нет, я ничего такого говорить не собирался, – заверил я её и помог поднять тяжёлый лист фанеры на нужное место. Я промок до нитки, но не обращал на это внимания.
Мы с Шари помогли пересадить морскую анемону мисс Монк и морских коньков в дорожный аквариум и погрузить его в машину. При этом я споткнулся об одного из питонов, отставших от остальных, и чуть не упал. К счастью, через край выплеснулось лишь немного воды, но у меня в голове раздался тихий плач – наверное, кто-то испугался.
– Осторожнее с малышами, недотёпа криворукий! – прикрикнул на меня Нокс из другого аквариума. Наверное, он всё же привязался к ребятишкам.
– Да-да, не кипятись, клювосплетник, – ответил я. – Я их несу аккуратно, как на мягкой облачной перине, – не видишь, что ли?
– Очень мило с твоей стороны, Нокс, что ты так трогательно за ними присматриваешь. – Линус плавал среди своего потомства, выгнув жёлтую шею. – Пожалуй, назову их в твою честь – Локс, Мокс, Токс и Йокс.
– Хм, бывают имена и покрасивее, – сказала Шари и отправила всех оборотней с оканчивающимися на «с» именами в багажник.
Однако Нокс явно был тронут:
– Ой, правда назовёшь?
– Ну, лучше, пожалуй, не торопиться с именами – посмотрим, сколько из них переживут поездку в этом импровизированном аквариуме и ураган, – сказал Линус. – Тогда, может, имя Йокс не пригодится – тем более что мне оно не очень нравится.
Мы с Шари и Ноксом застонали.
– Пошевеливайтесь, у нас мало времени! – поторопил нас мистер Кристалл, глядя в небо. Мы тоже невольно задрали головы. – Надо вытащить на сушу моторку и шлюпки, отнести их в ангар и как следует закрепить. Джошуа, можешь снять телевизор?
Мы вкалывали, пока дождевые капли на наших лицах не смешались с потом. Между делом мы проглотили холодный суп из лапши и выпили по большой бутылке воды – поесть теперь удастся нескоро.
– Сколько ещё? – спросила Шари, наблюдая за волнами, взрывающими лагуну. Вода была уже не прозрачной, а серо-зелёной и мутной.
– Вроде бы ещё час-два до начала, – крикнул я ей, но ветер унёс мои слова за море. Наверное, на спутниковом снимке было видно, что вихреобразные белые щупальца «Аделины» уже почти дотянулись до нас.
– Поплыли, – сказал Ной и взглядом знатока посмотрел на тучи. – Чем выше волны, тем труднее плыть. В Новой Зеландии у нас часто свирепствует стихия – я знаком с этим не понаслышке.
– Да, let’s go[2], – поддержал его Крис, и Блю кивнула. Она была очень бледна:
– Где мисс Уайт? Она же собиралась нас сопровождать.
– Прощается с Джеком, который пытается затолкать Ноэми в свою машину. Мисс Уайт доверила ему свои любимые кольца с полудрагоценными камнями, – рассказал Крис. – Может, после урагана ему наконец повезёт и она согласится пойти с ним на свидание?
А вот и она. Мисс Уайт большими шагами шла к пляжу:
– Все готовы? Тогда вперёд! Для меня это тоже дебют, если вас это интересует. – Она выплыла в лагуну и ненадолго нырнула. Там, где она только что была, появилась огромная чёрно-белая косатка и выпустила в воздух струю воды. – Держимся вместе, чтобы не потеряться, каждый следит за своим соседом, – внушала нам она. – Если у кого-то возникнут проблемы, немедленно мне сообщите.
– Разумеется. – Шари нашла в себе силы мне улыбнуться. Я улыбнулся в ответ. То, что я ляпнул тогда на вечеринке, уже не играло никакой роли. Хоть какая-то польза от урагана!
– Да пребудет с вами Тангароа, бог моря, – торжественно проговорил Ной, и мы прижались друг к другу лбами и носами, как принято у маори.
Мы с Крисом тоже участвовали в ритуале. Я запоздало подумал, что надо было предложить и мисс Уайт к нам присоединиться.
Шари вместе со мной зашла в воду и превратилась в светло-серого дельфина-афалину. Блю взбежала на балкон столовой и, элегантно прыгнув головой вперёд, ещё в воздухе обернулась полосатым дельфином. Ной присоединился к ним в обличье тёмного дельфина поменьше. Я вдруг снова подумал о своём незнакомом брате. Вот будет забавно, если он не такое животное, как я, – возможно, даже дельфин? Или кошка, которая боится воды!
Крис, скользящий по волнам со своей обычной элегантностью калифорнийского морского льва, ловко повернулся, описал круг возле моих ног и потыкался мне в пальцы, зарывшиеся в песок.
– Ты что, передумал, Тьяго? – спросил он. – Плохие новости: рейсов больше нет, аэропорт закрыт.
– Да что ты! – отозвался я, пытаясь представить своё акулье «я». Получилось: я нырнул головой вперёд, изучая окрестности акульими органами чувств. На этот раз вода имела вкус страха…
Буйные волны
Когда мы выплыли из лагуны, я поначалу держался у поверхности. Вода была такой мутной, что иначе я рисковал застрять между стержневыми корнями мангров. Рядом со мной на воде плясали спинные плавники – это дельфины выныривали, чтобы вдохнуть. Крису тоже каждые пару
