холодный. А картинок здесь нет.
– Совсем нет? – удивился Артур.
– Совсем, это книга для старших детей.
– А посмотреть ее можно? – спросила Лиина, самая старшая из девочек.
Спок задумался.
– Я могу дать посмотреть кому-то, – наконец сказал он, и закашлялся, – но не всем. А если я не дам кому-то, то остальным станет обидно. Лучше уж я никому ее не дам.
– А почему нельзя всем? – тихо поинтересовался Кленка.
– Потому что тогда от книги может ничего не остаться, она и так ветхая.
– Не рвать же мы ее будем, – фыркнул мальчишка.
Но тут села та длинноногая девочка с хвостом, Спок уже знал, что у нее красивое имя – Альтира, – и возмущенно сказала, что это правильно, что некоторым людям ничего давать в руки нельзя, разве что бревно или молоток. Что они берут чужие игрушки, а потом их ломают, да, ломают! Кленка побледнел, потом покраснел, но сказал, что некоторые люди жутко злопамятны, но он, Кленка… что именно хотел сказать мальчишка, никто не узнал, потому что Спок остановил спор и сказал, что время спать, иначе он прекратит дальнейшие чтения. Что же касается книги, то лучше никому ее не давать, потому что книга у них всего одна, и вдруг с ней что-то случится. Он даже будет прятать ее в шкафчик и запирать на ключ. Все согласились, что так будет лучше.
– А про Гаруду еще есть сказки? – зевая, спросила Рина.
– Не знаю, – признался Спок.
– А вы оглавленье посмотрите, – посоветовал Артур.
– А оглавленья-то у нее как раз и нет, – признался Спок. – Потерялось.
Это еще больше убедило детей в том, что нужно беречь книгу.
Так у них сложился режим. Днем они убирали комнату, чинили площадку, играли, а вечером читали. Долго не было сказок про Гаруду, а были про гномов Вика и Труся. Правда те, кто читал эти сказки раньше, говорили, что они помнили их немного не такими, но Спок говорил, что так бывает, что разные народы сохранили одни и те же сказки, внося свои изменения. Потом наступила осень, пошли дожди, и во дворе уже не работали. Тут уж приходилось читать по три, четыре сказки в день. К большой радости ребят, снова появились сказки про их долгожданного Гаруду. Могучий орел так полюбился всем, что они даже стали играть в Гаруду, проигрывая сказки и добавляя от себя. Лучше всех Гаруда получался у Кленки, было в мальчишке что-то задорное, боевое, как в знаменитом орле.
А потом Спок заболел. Это случилось в первый день зимы, хотя зимой еще и не пахло, и хорошо, что не пахло, дров было мало. Дети утром встали, а Спока нигде не было. Они пошли его искать, а Рогедда, утирая слезы, сказала, что у него зашевелился осколок, и ночью его забрали в госпиталь.
Вечером к ним пришел директор, так как замены воспитателю не нашли.
– А Спок выживет? – стали спрашивать директора дети.
– Надеюсь, – ответил он.
– А какая обстановка на фронте?
Директор понял, что нужно возвращать группу в прежнее русло.
– А чем вы занимались здесь со Споком? – спросил он.
Галдеж прекратился.
– В последнее время мы больше читали, – сообщила Рина. – Почитайте нам про Гаруду, книжка в ящике.
Директор полез в ящик за книжкой, а дети с готовностью улеглись в койки. Директор достал книгу, раскрыл ее, да так и застыл. «Контийско-Аквианийский словарь» было написано на обложке.
– Эта книга? – недоверчиво спросил мужчина.
– Эта, эта, – подтвердили ему, – другой у нас нет. – Читайте.
– Видите ли, – замялся директор, находясь в сильном затруднении.
– Оглавления нет, мы знаем, – сообщил ему Кленка, – но первые две истории про Гаруду, потом про гномов, а потом снова про Гаруду.
– А других книг у вас нет? – попытался выкрутиться директор.
– Нет, все увезли.
Директор понял, в каком положении очутился Спок, не имея ни единой детской книги.
– Что же вы не читаете? – обеспокоенно спросила Альтира.
– Видите ли, – смущенно сказал директор, лихорадочно ища путь к спасению. – Видите ли, книжка на староконтийском, я не могу ее прочесть.
– Вот чего Спок ее так берег, – понимающе сказал Кленка. – Ей тыщу лет, наверное.
– Что же делать? – плаксиво спросила Рина, – я хочу про Гаруду.
И тихонько стала всхлипывать, утирая глаза ладошками.
Влип, понял директор.
– Да не хнычь ты, – строго сказал Кленка, – я расскажу тебе про Гаруду.
– А откуда ты знаешь, ты что, дальше читал? – удивились ребята.
– Нет, но то, что Спок читал, я помню.
И всю зиму каждый вечер в палате звучала сказка о могучем орле. Директор сначала слушал вместе со всеми, а потом стал потихоньку переписывать себе в тетрадь, на всякий случай. Всего получилось тридцать две истории (ужас, подумал директор и, главное, когда он успел столько придумать!) Цепка детская память, ничего не упустили ребята, хотя нельзя было не заметить, что в изложении Кленки Гаруда получается немного другой, чем в изложении Артура, или Альтиры. У Кленки он был, в первую очередь, храбрый, у Артура умный, у Альтиры добрый. Каждый хотел добавить любимому орлу что-то свое, главное. Но ведь Спок говорил, что так и должно быть. Что народы сохранили сказки, внося свои изменения…
Передача
В семье Смирновых имел место небольшой скандал.
– Такая удача раз в год выпадает, – всхлипывала Даша.
– Да помоги ты ребенку, – в десятый раз повторяла Вера.
– Что я вам, Господь Бог? – удивлялся Дмитрий Сергеевич.
– А я не верю, что у тебя нет знакомых в этой среде, – многозначительно сказала жена, и Дмитрий Сергеевич понял, что она уже вспомнила. Тогда он вздохнул, почесал затылок и сказал:
– Можно, конечно, Борю попросить.
– Вспомнил! Конечно, Борю, – фыркнула Вера.
– Ой, папочка, – захлопала руками Даша, – а кто он?
– Администратор или… нет, кажется, администратор в Русском театре. Русский и Оперный – не одно и то же, но они там все друг друга знают. Но поймите, – простонал он секунду спустя, – мне обращаться к Боре – это ножом по сердцу!
– Почему? – удивилась дочь.
– Потому что когда-то мы дружили, а теперь почти не общаемся. Причем это я прервал отношения! У него в мае был день Рожденья, я даже не поздравил.
– Поздравь сейчас, – хладнокровно сказала Вера.
– В августе!?
– Папа, но в нашем театре такой скудный репертуар, я четыре раза на «Жизель» ходила. А тут питерская труппа, «Щелкунчик»…
Даша шмыгнула носом, жена сдвинула брови, и Дмитрий Сергеевич понял, что разговор может уйти в опасное русло.
– Хорошо, – вздохнул он, – я позвоню Боре, но ничего не обещаю.
Но все получилось легко и просто. Одноклассник узнал его и обрадовался,
