Но жертвы стоили того: в тайных отделениях я нашла то, ради чего сюда и полезла. Внутри были утрамбованы мешочки с каким-то песком и кожаные бурдюки со святой водой.
Недолго я думала, что со всем этим сделать.
Песок в мешочках это наверняка тот самый черный порошок, который лишает магии, даже проверять не надо. Его я до последней песчинки осторожно высыпала в окно, сняв с того плащ. Вместо черного порошка я насыпала в мешочек золу, которая случайно образовалась в комнате Арланда, когда я совершенно случайно испепелила пустую полку на стене. Золы этой, кстати, хватило на все мешочки, которые я нашла.
Святую воду постигла та же участь, что и порошок, — окно. Вместо нее я налила в бурдюки воду из кувшина, которая предназначалась для умывания.
Абсолютно довольная своей работой, я запрятала все бурдюки и мешочки обратно в том же порядке и положении, в каком они были. Затем я уложила обратно в сумку и одежду Арланда.
Убрав эту махину под кровать, поправив покрывало, завесив окно плащом, я еще раз осмотрела всю комнату.
Никаких следов, кроме кучки золы под плохеньким ковриком, я не оставила. Можно уходить.
Спустившись в общий зал, я сразу отметила, что народу гораздо меньше, чем было вчера. Интересно, давно все разъехались?…
— Бэйр! — крикнул мне Арланд, сидящий ровно на том месте, где вчера сидела я.
Оставив свои вопросы о количестве народа в зале, я направилась к инквизитору.
Приблизившись, я заметила, что сейчас он выглядит не совсем так, как обычно. Но что изменилось, понять было тяжело.
Толи что-то во взгляде, толи Арланд стал еще бледнее, толи выражение лица у него сейчас какое-то необычное…
Только через пару секунд пристального разглядывания я поняла, что инквизитор просто-напросто убрал доселе всегда распущенные волосы в высокий хвост, впервые открыв уши… с серебряными серьгами-колечками.
— Я попросил завтрак на двоих, так что скоро должны принести, — заметил инквизитор, как-то по-особенному на меня посмотрев. Видимо, я слишком уж пялюсь на его уши, и он этим взглядом просит мне быть чуть-чуть поскромней…
— Эммм… А ты знал, что я встала? — спрашиваю, усаживаясь напротив него.
— Догадался по ругани, доносящейся с чердака, что ты проснулась и скоро спустишься, — объяснил он. — Итак, теперь о главном. Какого черта ты вчера не пришла? Я ждал тебя целых два часа!
— Мне стало плохо, я завалилась спать, — пожимаю плечами. — Знаешь, когда тебя пытаются убить, это так утомляет…
— Ты меня могла предупредить? Я тоже хотел спать, между прочим, а вместо этого сидел здесь и ждал, как идиот! Только к часу ночи плюнул и ушел к себе, — он недовольно смотрел на меня.
— Ну и дурак, надо было сразу уйти… лучше всего к себе в поместье, — морщусь. — Но это, как я поняла, исключено. Если ты не собираешься возвращаться в семью, то что же ты тогда планируешь делать?
— Конечно же пытать тебя, если ты вдруг опять откажешься говорить, что ты здесь забыла и с какой целью уехала из поместья.
— А почему бы тебе не пойти со своими угрозами в?… — инквизитор смирил меня таким страшным взглядом, что продолжать сразу расхотелось. — Ладно, боюсь-боюсь. Я еду в некое место, чтобы забрать одну ценную вещь.
— Видишь, это было совсем несложно, — злорадно улыбнулся Арланд. — Так куда мы едем?
— Мы?…
— Да, мы. И давай без лишних возражений, ведьма. Уламывать тебя я не собираюсь, скручу, закую в серебро, и дело с концом. Мне оно даже проще.
— Чем же ты меня, интересно знать, скрутишь? Уж не своим ли длинным языком? Не забывай, что я тебе не кто-то там, а ведьма с Великих Равнин, убившая не один десяток подобных тебе инквизиторов! Если бы не порошок, ты был бы уже мертв.
— Очень в этом сомневаюсь, — он едва сдержал смешок. — Итак, ты будешь говорить, или мне начать практиковаться в своем ремесле?
— Мы едем в «Лошадиную Косынку», — покорно отвечаю, посмотрев в сторону, чтобы инквизитор не заметил моей злости.
Почему-то его угрозы меня раздражали… то ли от того, что непонятно, сможет ли он их исполнить… то ли от того, что очень даже понятно, если сейчас заглянуть в черные глаза полунечисти.
Факт, что вне поместья Арланд меняется, причем пугающе быстро и ровно в противоположную сторону от достаточно безобидного и даже милого образа. С чем связано это раздвоение личности, интересно знать?
— В «Лошадиную Косынку»? — непонимающе переспросил инквизитор. — Пф, единственное, что там может быть ценного, — старейшие вина Рашемии! Уж не собираешься ли ты похитить парочку бутылок? — насмешливо фыркнул он, как-то злорадно усмехнувшись. — Тогда я точно с тобой.
— Нет, я не за вином туда еду, — качаю головой. — Мне нужно отыскать там кое-что по просьбе твоего дяди. Что именно, я сама пока точно не знаю.
На этом месте разговора нам принесли завтрак.
Свежеиспеченный хлеб, омлет со вчерашним мясом и повсеместный в этом мире напиток, делающийся из каких-то неизвестных мне зерен и заменяющий чай. На вкус сносно и для завтрака, когда эль пить еще рано, самое то, но никаких особых ароматов или букетов у напитка нет.
— А зачем тебе это надо? — вдруг спросил у меня Арланд, параллельно с тем жуя. Гхм. Видимо, этикет за столом он соблюдает только в поместье и только из-за родственников, от которых прячет не только свои манеры, но и проколотые уши. Орден явно испортил мальчика. И Сеймуры тоже хороши, отпустили дитятко на волю без мамки: вон, что теперь выросло…
— А, что? — переспрашиваю, так как из-за мыслей не расслышала вопроса. — Ты что-то спросил?
— Да. Зачем тебе это? В смысле, ехать куда-то? Как я понял, ты ни на шаг не отходишь от своего мужа…
От такого я не то что подавилась, я от неожиданности выплюнула все, что успела выпить, прямо в лицо инквизитору!…
— Эм… прости… — извиняюсь, протягивая ему свой платок.
— Это что за реакция!? — возмутился Арланд.
— Что за реакция!? Мужа!? Ты сказал «мужа»!?
— Ну да, что в этом такого? — раздраженно спросил он. — Или Бэйр, Ведьма с Великих Равнин, не женщина и не может полюбить мужчину? Вроде, ты потому и скрываешься, что тебе надоели эти бега и ты нашла свое место в жизни. Разве нет? — на последней фразе инквизитор насторожился.
— Да как тебе сказать?… — задумчиво тереблю свой хвост, стараясь не смотреть в глаза собеседнику. Я же говорила ему, что у нас с Дейком ничего нет! Он что, не поверил мне? Или Дейк ему потом все «объяснил»? — Дейк мне не муж, слава всем богам, и даже не любовник. Он мне очень должен, вот и отрабатывает свой долг.
— И потому вы спите вместе, едите вместе, ходите всегда вместе и ото всех постоянно что-то скрываете, перешептываетесь и перемигиваетесь? Не похоже, что у вас чисто деловые отношения, — заметил Арланд, отпив из своей кружки. — Слушай, Бэйр, мне-то ты можешь сказать. Мне, как инквизитору, будет даже легче, если выяснится, что ты собираешься замуж, ждешь ребенка и готова забросить свою карьеру отпетой грешницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
