— Он меня оглушил. Его голос грохотал у меня в голове, как гром, — начал рассказывать Хирад. — Он говорил об измерениях и порталах и хотел узнать, что я делаю в его зале. Гм-м-м. Забавно… Такой огромный монстр, а волновался, что я там делаю. Он назвал меня… Я ведь такой крошечный по сравнению с ним, а он назвал меня сильным… — Варвар снова пожал плечами. — Он сказал, что запомнил меня. И теперь моя жизнь принадлежит ему. Он может найти и раздавить меня когда угодно — хоть прямо сейчас. Почему он этого не сделал там? Жаль, что я не могу вспомнить всего.
— Хирад, ты еле говоришь, — сказал Сайрендор. — Пожалуй, лучше отложить этот разговор до следующего раза.
— Прости, может, мне и впрямь пойти прилечь — только если ты мне поможешь.
— Конечно, дружище, — улыбнулся Сайрендор. Он отодвинул скамейку и помог Хираду подняться.
— О боги. Я чувствую себя так, словно болел неделю.
— Ты болеешь всю жизнь.
— Иди к дьяволу, Лан.
— Я пошел бы, но ты упадешь.
— Пусть выпьет побольше чего-нибудь горячего и сладкого, — сказал Безымянный. — И ни капли спиртного.
— Маг из Зитеска все еще здесь? — спросил Хирад. Безымянный кивнул.
— Он в покоях Сирана, — сказал Илкар. — Спит. Способности, которые он сегодня продемонстрировал, явились для меня большим сюрпризом. Не отпущу его, пока не поговорю с ним.
— Дал бы ты мне его прикончить.
Безымянный улыбнулся:
— Ты же знаешь, что я не могу.
— Да. Пошли, Лан, а то я упаду прямо здесь.
Двое мужчин сидели в низких креслах напротив друг друга у давно погасшего камина. Ночь спешила поглотить университетский городок Зитеска, но лампы в ответ разгорались ярче, освещая многочисленные полки с книгами, стоящие вдоль стен небольшого кабинета. На идеально чистом письменном столе над пачками перевязанных ленточками листов бумаги горела свеча.
Университет внизу был погружен в тишину. Поздние лекции читались в закрытых аудиториях. Мастерство владения заклинаниями оттачивалось и совершенствовалось в подвальных помещениях, оборудованных специальной защитой, чтобы не нарушать спокойствия университетского городка.
За стенами университета на улицах Зитеска еще наблюдалось движение, но и оно замирало в преддверии ночи. Своим существованием город был обязан университету, но университет в прошлом взыскал с него за это высокую цену. В результате таверны запирались с наступлением темноты, и постоянные клиенты оставались внутри до рассвета; магазины и кухни, снабжавшие продуктами университет, наглухо закрывали ставнями окна, а у горожан вошло в привычку не зажигать света и никому не открывать по ночам.
Правда, теперь Протекторы уже не отдавали приказов о доставке объектов для экспериментов и маги Зитеска не приносили в жертву горожан в процессе своих обрядов. Но старые страхи живут долго, и слухи постоянно витали на рынках, шумных днем и замирающих ночью.
С наступлением темноты злобная тишина, словно накатывающийся с моря туман, сочилась из стен университета надоевшей тучей дурных предчувствий и тревоги. Годы кровавых ритуалов никогда не забудутся, и еще долгое время сердца людей будут сбиваться с ритма при звуках раскалывающейся древесины в отдаленной темноте и тихих шагов на улице за запертыми дверьми. Струящийся по венам Зитеска ужас и предчувствие беды отступали, только когда небо озарял первый луч нового утра.
Все это значительно упрощало работу городской стражи — в сумерках они закрывали ворота единственного обнесенного стенами города в Балии и патрулировали пустые улицы. По переулкам, как столетия назад, выслеживал свою добычу страх. Правда, теперь это было всего лишь наследство далекого прошлого.
Однако изменения происходят очень медленно, и город по-прежнему задыхался от страха. Из коренных жителей Зитеска лишь немногие остались в живых и могли насладиться свободой, дарованной им последним указом лорда Горы по случаю вручения ему мантии правящего мага. За минувшие Двенадцать лет Стилиан не сталкивался с особыми трудностями, за исключением упорного нежелания избавиться от старых порядков. Горожане упрямо не хотели менять жизнь в постоянном страхе на покой и удобство. Тем не менее попытки изменить коллективную волю и сознание своих подданных, пусть неудачные, поднимали авторитет лорда Горы среди жителей города.
Стилиан был высок ростом и в свои пятьдесят лет выглядел на сорок. Свои длинные темные волосы он зачесывал назад и стягивал в плотный «конский хвост», свисающий ниже плеч. Обычно Стилиан одевался в темные брюки и темно-синего цвета рубашку, а на плечи накидывал соответствующую своей должности черную мантию с золотым шитьем. У лорда был тонкий аристократический нос, суровое лицо и холодные зеленые глаза, взгляд которых мог ввергнуть в трепет любого.
— Полагаю, ей удалось выбраться из Теренетсы невредимой? — спросил Стилиана его собеседник.
Вопрос вывел лорда из задумчивости. Припомнив старое правило о том, с какой стороны следует помещать друзей и врагов, он несколько мгновений рассматривал Ньера, старшего советника и архимага, и в конце концов решил, что такого хитрого политика и проницательного ученого, как его советник, он поместил бы справа.
— Да, удалось. Хотя и с трудом. Но теперь все хорошо. — Лорд невольно вздрогнул, вспомнив о своем последнем контакте с Селин. Даже несмотря на заклинание невидимости, ей все равно грозила опасность со стороны тех, за кем она наблюдала. А узнав, какой способ она выбрала, чтобы бежать из Теренетсы, небольшой земледельческой общины Висмина, обосновавшейся западнее Терновых гор, Стилиан понял, что сегодня ночью не сможет уснуть. Он протянул слегка дрожащую руку к низенькому столику и взял бокал с вином. Но качество крепкого темно-красного напитка разочаровало его. Внезапно на Стилиана навалилась усталость. Общение на таком расстоянии отнимает очень много сил, и он подумал, что позже ему нужно спуститься в подземелья и помолиться.
— Но что-то вас беспокоит, милорд.
— Гм-м-м. — Стилиан понимал, что его нежелание разговаривать будет истолковано Ньером как личное оскорбление. А он не мог себе этого позволить — пока не мог. — Она подтвердила все наши опасения. Висмин покоряет селения у подножия Терновых гор. Она слышала, как шаман призывал людей жить в послушании и получать хорошие урожаи. Доказательств уже достаточно. У них многочисленные армии, они объединяются, и кроме того, у шаманов сильная магия.
Ньер кивнул и провел рукой по своим длинным седеющим волосам.
— А Парве? — спросил он.
— Я попросил ее побывать там.
— Селин?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
