Я дал в них три выстрела из винтовки по корпусам, так как повторить трюк с попаданием в голову по движущейся цели был вряд ли способен. Три шарика погрузились в чужую плоть и не возымели никакого действия. Но я остался хладнокровен и выпустив из рук винтовку рванул и кобуры пистолет…
ШТОКК!!!
Пуля вошла в левую сторону лица толстяка и дёрнула его голову так сильно, что он на ходу развернулся ко мне боком…
ШТОКК!!!
Вторая пуля вошла в висок и вырвалась с другой стороны черепа кровавым туманом. Времени оставалось всё меньше…
ШТОКК!!!
Удерживая пистолет обоими руками, чуть развернув корпус, в классической пистолетной стойке, известной мне ещё по виртуальным игрищам с детьми и внуками, я нажал на скобу в третий, последний раз.
Последний, потому что в следующую секунду пистолет полетел в одну сторону, а я в другую. Убитый мной мужик врезался в меня подобно пушечному ядру и сбил с ног.
В закутке под лестницей мгновенно стало тесно.
Одуряющая вонь тухлятины, пота и чего-то химического ударила в мои ноздри. Отпихнув от себя труп, я оказался в водовороте теней и визгов. Сбитый в сторону прибор ночного виденья лишил меня всяких преимуществ.
Нож будто сам прыгнул в мою руку, но в ребристых лучах, что просачивались сквозь лестницу и освещали часть закутка, я увидел второе тело.
Последний выстрел оказался точным. Изменённая лежала здесь же, её вывалившийся изо рта язык блестел слоем белёсой, слизистой массы.
Я попытался найти пистолет, но лишь безо всякого толку потратил несколько секунд в бестолковых метаниях и был вынужден встретить следующего врага с ножом в руке.
Худощавый ублюдок вывалился на меня из темноты и слава богу «предупредил» о своём нападении заблаговременно. Где-то рядом частыми одиночными захлопали автоматные выстрелы, размазанные по пространству банкой глушителя, они словно удары плети стегали воздух. Автомат с кустарным глушителем был только у Бороды и судя по этим выстрелам, я понял, что не я один вступил в бой.
Вся группа сражалась тихо, но ожесточённо.
Мой нож отсёк тонкую руку и впился в рёбра. Выродок, навалившись на меня сверху, с ужасной, маниакальной ритмичностью клацал зубами у моей щеки и таскал меня по полу уцелевшей лапой.
Плазменная дуга, без труда один за другим прожгла чужие рёбра и насытила воздух дымом, с запахом палёной зубной эмали.
Вцепившаяся в меня лапа ослабла. Спихнув с себя очередной агонизирующий, хрипящий труп, я наконец-то улучил секунду и поправил ПНВ чтобы увидеть, как прямо передо мной, десяток существ пытаются найти приманивший их сюда источник шума.
Как оказалось — далеко не все изменённые адаптировались к темноте. Но всем им без исключения, была видна плазменная дуга на моём ноже.
Я понял в чём дело, когда выродки на перроне полезли ко мне под лестницу, пуча свои белёсые буркала прямо на нож. Так и не сумев подняться я швырнул оружие в толпу, чем устроил настоящую неразбериху буквально в двух метрах от себя.
Под лестницей было тесно от трупов, последний придавил мне ноги и пока я как уж изворачивался чтобы переползти к пистолету, который валялся где-то за телом застреленной изменённой, устроившие настоящую драку друг с другом ублюдки наткнулись на одного из своих и моментально вытащив его из общей кучи, начали рвать на запчасти.
Мои пальцы сомкнулись на пистолете тогда, когда новые чудища уже вовсю лезли под лестницу.
Пистолет выплюнул четыре пули и благополучно замер, лишённый боеприпаса. В этот момент мне захотелось чтобы у меня была граната. Чужие руки ухватили за берцы потащили из-под лестницы и трупов, а я и не думал сопротивляться.
Все мои действия сейчас были сосредоточенны на том, чтобы перезарядить пистолет. Но помощь пришла раньше.
Волк упал на толпу чёрным вороном. Плазменная дуга на его тесаке мелькнула так быстро, что напомнила мне разряд молнии. В следующий миг в ПНВ брызнула кипящая кровь и заляпала его окуляры. Ещё один мёртвый упал на меня окончательно придавив ноги и живот.
Происходящее — утонуло в хаосе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я барахтался на спине как жук, пока вокруг меня кипела битва. Задыхался от навалившихся тел и знатно трусил. Паника давила на рассудок монолитным катком, лишая возможности к сопротивлению и ломая логичность мыслей.
«Задавят суки и сожрут! Сожрут бл*ди! Соберись ля, возьми себя в руки!»
Панику удалось побороть лишь частично, а моего самообладания хватило, чтобы перестать метаться и дёргаться под завалившими меня трупами. На частоте связи группы царил бардак — хрипы, маты и невнятные возгласы долбили в уши смешиваясь с трескучими помехами.
Кое-как пропихнув под мертвеца руку, я выудил из разгрузки последний, полный патронов магазин и сумел его вставить на замену пустому. Пистолет был перезаряжен, но толку от этого было мало.
Протерев ПНВ, я застонал, упираясь руками в навалившуюся на меня массу. Но несмотря на приложенные усилия — сдвинуть выродков не смог.
В ушах во всю тарабанил пульс, отдаваясь пульсацией в шее. Было тяжко дышать, но я старался больше не проваливаться в панику и постепенно выкручивал своё тело из-под заваливших меня останков.
Автоматная стрельба заглохла. А в наушниках, Голли неожиданно громко и чисто выдал:
— Кажись всё мужики!
Судя по ответным матам, прозвучавшим в гарнитуре, группа на болте вертела такое «кажись всё». Но меня обрадовала не перебранка на рабочей частоте, а пришедшее в групповой интерфейс сообщение:
Ничего ещё не закончилось. Помогите откопать Деда, он под лестницей завален мёртвыми. Нужно срочно менять позицию.
Нам повезло, что орда изменённых наполнявшая эти тоннели раньше, куда-то сместилась, скорее всего в поисках пищи.
Мы столкнулись лишь с теми монстрами, кто набив брюхо дремал в темноте, постепенно трансформируясь и обрастая всё более и более ужасными формами.
Информационный отчёт ИскИна, основанный на сведеньях полученных из группового интерфейса, позволил понять, что в этой жестокой стычке мы уничтожили свыше сорока тварей, львиная доля которых — погибла от стрелкового оружия, и лишь примерно четверть от холодного.
Когда куча трупов зашевелилась, на секунду во мне проснулось эхо былого страха. А вдруг кто-то из них не сдох? Но затем руки в штурмовых перчатках спихнули с меня одно из тел и раздался голос Гаспара:
— Нашёл! Ты как там Дед, не расплющился к чертям?
Хватаясь за чужую руку и с сопением выбираясь из-под убитых, я проворчал:
— Чтобы расплющить Деда, нужен кто-то покрепче стаи визжащих бомжей.
Помогал Гаспару — Волк. Они вместе, хватая меня за одежду и руки, помогли мне выбраться из-под завала. К нам подскочил хромающий Голливуд и хлопнув меня по плечу хорошенько выругался:
— Я когда сверху увидел сколько образин на тебя полезло, думал всё, звиздец Деду. А потом Волк как сиганёт вниз! В-общем я рад, что ты жив старатель!
Гаспар уже отходящий по перрону вместе с волком нас поторопил:
— Хорош базарить! Ходу! Ходу!
Мимо протопали бодрой рысью бойцы из группы «живца» волокущие с собой связанного пленного. У одного из мужиков плечо было густо залито медицинским гелем — без ранений всё же не обошлось. У меня и самого во рту поселился металлический привкус крови. Возня с одним из изменённых оставила на память россыпь синяков и ссадин, но в остальном я родился в рубашке.
Последующие минут семь-десять мы улепётывали, растянувшись по перрону и прижимаясь к стене. За спиной до трупов уже добрался кто-то алчущий плоти. Возбуждённый клёкот раздавшийся прямо перед нами прервался едва начавшись. Двух встречных изменённых выскочивших из внутренних помещений — сходу зарубил Борз.
Всё, здесь уйдём в шахту. Контролируйте периметр!
Сообщение Волка заставило нас разойтись кругом. Пленного прижали к земле, и у каждого старателя в эти минуты нашлось дело. Борода, упав на колени разбирал заклинивший автомат. Гаспар прикрывал товарища, тиская в руках остро заточенный топорик. А я, сетуя в пол голоса на забытый у горы трупов пистолетный магазин, спешно перезаряжал винтовку и контролировал свой сектор тоннеля, не желая подпускать к работающему Волку кого-то из выродков.
