Он заговорил, не глядя на меня:
— Мне вас не запугать, миз Блейк?
— Нет.
Он повернулся ко мне, улыбаясь, но глаза его остались пустыми, загнанными.
— Я все, что у меня было, вложил в этот проект. Не только свои деньги, но и деньги клиентов. Вы понимаете, о чем я говорю?
— Если эти тела — Бувье, то вы в заднице.
— Очень красноречивая формулировка.
— Зачем мы пошли сюда вдвоем, мистер Стирлинг? На фига весь этот понт?
Он набрал побольше воздуха — ласкового весеннего воздуха — и сказал:
— Я хочу, чтобы вы сказали, будто эти тела — не Бувье, даже если это не так.
Я улыбнулась и покачала головой:
— Я не стану лгать ради вас, мистер Стирлинг.
— Вы можете заставить солгать зомби?
— Мертвые — очень честный народ, мистер Стирлинг. Они не лгут.
Он шагнул ко мне с очень искренним лицом.
— Все мое будущее зависит от вас, миз Блейк.
— Нет, мистер Стирлинг, ваше будущее зависит от мертвых, которые лежат здесь у ваших ног. То, что они скажут, его и решит.
Он кивнул:
— Думаю, это справедливо.
— Справедливо или нет, а это так и есть.
Он снова кивнул. Из его лица ушел свет, будто кто-то повернул выключатель. Резче проступили складки. Он постарел на десять лет за несколько секунд. Когда он встретил мой взгляд, в его глазах было горе.
— Я дам вам долю в прибылях, миз Блейк. Вы за пару лет станете миллиардершей.
— Вы же знаете, что подкуп не получится.
— Я это знал через минуту после того, как вас увидел, но не мог не попытаться.
— Вы на самом деле верите, что это семейное кладбище Бувье?
Он не ответил, только отвернулся и отошел, глядя на деревья. На этот вопрос он не собирался отвечать, но и не надо было. Он бы не был в таком отчаянии, если бы не думал наверняка, что дело кончено.
— А почему Бувье не хотят продавать?
Он глянул на меня:
— Не знаю.
— Послушайте, Стирлинг, нас тут двое, свидетелей нет, и впечатление производить тоже не на кого. Вы знаете, почему они не продают. Так скажите мне.
— Я этого не знаю, миз Блейк, — повторил он.
— Вы помешаны на контроле, Стирлинг. Вы отслеживаете каждую подробность этой сделки. Вы лично следите, чтобы были поставлены все точки над i и все перекладины у t. Это ваше детище. Вы знаете все о Бувье и их проблеме. Так скажите, и все тут.
Он смотрел на меня и молчал. Светлые глаза стали непроницаемы, как окна дома, где никого нет. Он знал, но не собирался мне говорить. Почему?
— Что же вы знаете о Бувье?
— Местные считают их колдунами. Они немного занимаются предсказанием судьбы, немного — безвредными заклинаниями.
Что-то было в том, как он это сказал. Слишком небрежно, слишком походя. Мне захотелось увидеть этих Бувье лично.
— Они хорошо разбираются в магии? — спросила я.
— Как я могу судить?
Я пожала плечами:
— Просто любопытствую. Есть какая-нибудь причина, по которой обязательно нужно строиться в этих горах?
— Оглядитесь вокруг. — Он распростер руки. — Это великолепно. Идеально.
— Вид потрясающий, — согласилась я. — Но разве хуже был бы вид вон с той горы? Почему вы выбрали именно эту? Зачем вам обязательно нужна гора, принадлежащая Бувье?
Он ссутулился; потом выпрямился и поглядел на меня сердито.
— Я хотел эту землю, и я ее получил.
— Вы ее получили. Фокус в другом, Раймонд: сможете ли вы ее удержать?
— Если вы мне не собираетесь помогать, то не надо насмешек. И не называйте меня Раймондом.
Я открыла рот, чтобы еще что-то сказать, и тут сработал мой пейджер. Я вытащила его из-под комбинезона и поглядела на номер.
— Черт! — вырвалось у меня.
— Что случилось?
— Сообщение от полиции на пейджер. Мне нужен телефон.
Он нахмурился:
— Зачем вы нужны полиции?
Вот тебе и притча во языцех.
— Я штатный истребитель вампиров в регионе, включающем три штата. Я приписана к Региональной Группе Расследования Противоестественных Событий.
Он посмотрел на меня очень пристально.
— Вы меня удивляете, миз Блейк. Это мало кому удается.
— Мне нужно найти телефон.
— У меня есть мобильник с батарейками там, внизу.
— Отлично. Я готова спускаться, если вы согласны.
Он еще раз обернулся, оглядывая захватывающий миллиарднодолларовый вид.
— Да, я готов идти вниз.
Интересный выбор слов — фрейдистская проговорка, можно сказать. Стирлинг по какой-то извращенной причине хотел эту землю. Может быть, потому что ему сказали, что он ее не получит. На некоторых это действует. Чем больше говоришь им «нет», тем больше они тебя хотят. Как один мой знакомый Мастер Вампиров.
Сегодня ночью я приду сюда, к мертвецам. Может быть, это будет уже завтра. Может быть, и позже, если у полиции дело достаточно срочное. Я надеялась, что это не так. Срочное — это обычно означает мертвые тела. Когда дело касается монстров, никогда не бывает всего одно мертвое тело. Так или иначе, а смерть начинает множиться.
5
Мы спустились в долину. Строительные рабочие уже ушли, остался только прораб Бо. Миз Гаррисон и Баярд жались к вертолету, будто опасаясь дикой природы. Ларри с пилотом стояли и курили, объединенные товариществом всех людей, которые решили закоптить себе легкие.
Стирлинг зашагал к ним. У него снова была уверенная походка. Свои сомнения он оставил на вершине холма — или так казалось. Он снова стал водонепроницаемым старшим партнером.
— Баярд, дайте телефон. Он нужен миз Блейк.
Баярд вздрогнул, будто его поймали за чем-то таким, чего ему делать не полагалось. Миз Гаррисон тоже слегка вспыхнула. Что ли любовью запахло в воздухе, а это не разрешалось? Никаких чувств среди шестерок?
Баярд побежал, спотыкаясь, к последней машине и вытащил небольшой черный кожаный рюкзак, оттуда вынул телефон и протянул мне. Телефон был похож на уоки-токи с антенной.
Подошел Ларри, воняя дымом.
— Что стряслось?
— На пейджер пришло сообщение.
— Берт?
Я покачала головой:
— Полиция.
Я чуть отошла от группы. Ларри был настолько вежлив, что остался со всеми, хотя мог этого и не делать. Я набрала номер Дольфа. Детектив сержант Рудольф Сторр был главой Региональной Группы Расследования Противоестественных Событий.
Он снял трубку после второго звонка.
— Анита?
— Да, Дольф, это я. Что случилось?
— Три мертвых тела.
— Три? Твою мать, — сказала я.
— Именно.
— Я в ближайшее время не смогу появиться, Дольф.
— Как раз можешь.
Что-то было такое в его голосе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
