люди собираются на Кругу, звуки джамбеев, варганов, гитар, флейт сливаются в единый поток.
Темнеет. Свет огромного костра освещает поляну, вычерчивая силуэты людей. Три, четыре джамбея. Иностранец с гитарой задаёт фон. Мягкие звуки флейты рисуют мелодию. Искры костра взлетают в звёздное небо. Радужные люди танцуют у огня. Кто в чём: рваные одежды (они тут давно), Вавилонские одеяния (новенькие, это про меня). А музыка вьётся, а ритмы летят. Мелодия подхватывается, развивается. Люди танцуют кто как может: кто просто движется в такт ритму, а кто уже разошёлся в трансе… Я пока наблюдаю. Танцует моё сердце.
Ещё на водопадах Жане и на Утрише я писала том, что давно мечтала о чём-то диком, о чём-то природном и первородном. Духовном. Кажется, я нашла… Ни за что не поверила бы, если бы мне десять лет назад сказали, что в двадцать три года я наконец-то буду частью племени. Пусть тут люди лишь играют в индейцев… Но для меня эта игра – очень ценная.
Огромные кастрюли со свежеприготовленной едой стоят у костра и дожидаются, пока народ наиграется и напляшется. Здесь нет команд – всё происходит само собой. Потихоньку люди отходят от костра, формируя огромный круг по концам поляны. Тут человек сто точно есть. Музыка стихает, круг становится чётче, я тоже становлюсь частью круга. Все берутся за руки. Круг замыкается. Наступает тишина, слышны лишь только детские голоса да треск костра. Вырисовывается мистическая картина. И в этой мистике нет ни капли негатива. С дальнего конца поляны мягко раздаётся длинный низкий «Оооооммм» и разносится по Кругу. Справа подхватили, слева подхватили. Кто-то запел высоко. Поют на разных нотах, но в целом «Ом» звучит гармонично. Лес жужжит, вибрирует. Так отмаливается еда. Душа летает от чудесного звучания священного слога… Пение продолжается несколько минут и заканчивается тоже само собой. Руки поднимаются, задерживаются наверху на пару мгновений, ведутся к груди и складываются ладонь к ладони. Затем все опускаются на колени в поклоне. Молитва окончена.
Настало время объявлений. Кому есть, что сказать, выходят в центр Круга, берут палку (talking stick) и вещают. Кто хочет поделиться своими знаниями или навыками, объявляют семинар. Например: «Доброе утро, семья! Завтра после первого крика Пау на пляже будет семинар по игре на барабанах, буду кричать «Барабаны на пляже», встречаемся на Кругу. Хау!». «Хау!» – кричит Круг: человек услышан. Семинары бывают самые разные: йога, цигун, массаж, рисование; информация на тему истории, психологии, эзотерики, науки. Или просто беседы. Также перед едой задаются темы для обсуждений, например, надо сделать Чайную. Обговаривается место и время проведения обсуждения, приглашаются волонтёры. Когда все высказались, выходят люди, которые будут разносить еду, встают в Малый круг, поют «Ом» и ходят по Кругу с котлами, объявляя, что в котле. Сегодня – рис и чай. Готовят как для строгих веганов и шиваитов, так и для всеядных, но пищи животного происхождения на Кругу не бывает никогда. «Рис со всем! Рис без всего. Чай чёрный. Зелёный чай! Конфеты. Приправы!» Я обычно ем с солью, пью с сахаром, но тут приправ практически нет изначально – они ходят по Кругу отдельно, и чай не сладкий. Что ж… Тут, на природе, соли и сахара даже не хочется. Аппетит разыгрался – и так без всего очень вкусно. Хочу вообще отвыкнуть от каких-либо лишних добавок и употреблять еду такой, какая она есть, научиться чувствовать настоящий вкус пищи и чая.
Когда котёл проходит полный круг (first time), а еда в нём ещё остаётся, его относят к костру, и можно самому подходить и накладывать себе добавку (second time).
После еды разносятся крики: «Слава поварам! Слава серверам! Слава…» Или даже так: «Слава КПСС! Воистину слава!» После трапезы музыка и танцы у костра продолжаются до утра.
Я подхожу ближе к костру, слушаю музыку, пытаюсь влиться в ритм, гуляю вокруг да около. И чувствую свободу. Потом засыпаю в своей палатке под звуки Радуги, и они мне ничуть не мешают.
2 часть
Доброе утро, Радуга! Как проснулась в душной палатке, так сразу в речку, а она – по колено! Пришлось лежать на воде. А на том берегу иностранец играет регги и поёт солнечную песню на чистом английском, прогуливаясь по пляжу с гитарой. И все вокруг такие позитивные и расслабленные!
Сварила на завтрак гречку. Подходит ко мне радужный парень: «А можно с тобой покушать?» Поделилась едой, потом мы пошли гулять по Радуге. Как бы я хотела иметь свой большой лагерь с флагами, палатками, фонариками и прочими штучками! Как бы я хотела целый месяц провести на Радуге! Мой спутник отправился на пляж на борьбу, а я – на Велком общаться под предлогом попросить кипятка для чая. Кипятка нет – предлагают заваренный чай или кофе. Есть банка тушенки и голодные люди. Ребята, как насчёт риса? Есть пара пакетиков, сейчас принесу! Да, кстати, на Велкоме можно и мясо есть, и курить прямо у костра. Это промежуточный портал между Вавилоном и Радугой. Весь день так на Велкоме и провела, лишь пару раз ходила до Круга на Пау Вау (кормили сегодня два раза). А чаи и кофеи на Велкоме гоняют 24/7.
***
Утро – речка – Велком. Чаи-кофеи. Уходят одни люди, приходят новые – всех провожаем, всех встречаем. Разговорилась с одним из новых: он психолог. На Пау Вау пошли вместе, пока ждали круга, общались.
– Сядь поудобнее, закрой глаза, сосредоточься на своих ощущениях… Где тяжело?
– Чёрная дыра в груди. Массивная.
– Возьми её в руки и попытайся вытащить на свет за пределы тела.
– Не могу…
– Что мешает?
– Люди вокруг.
Хоть темы были затронуты тёмные, сам разговор происходил в добром свете. Предложил мне игру: поменяться ролями. Я буду психологом, я буду его слушать и направлять. Мне это нравится! Чуть позже поиграем.
Пообедали. На Кругу начали объявлять семинары: пение народных песен на голоса, затем рисование, беседа на тему отношений в Чайной (её уже почти сделали, она как раз под тем тентом, рядом с которым я поставила палатку), вечер сибирского рока на Велкоме. Сначала пошли в Чайную слушать про отношения. Всё правильно говорят, но немного скучновато. С гитарой отправились на сибирский рок. А там женщина играет на детском синтезаторе и поставленным оперным голосом поёт песни Летова. Подбираю что-то на слух, подыгрываю. И бросаю это дело, отдавая гитару хиппи. Для меня это слишком сюрреалистичная музыка. Лучше просто послушаю пение и вникну в текст. Нет, сибирский рок – не моё. Слишком авангардно.
После второго Пау Вау начинается тусовка на Кругу, но я не могу петь в такой огромной незнакомой компании. Иду на Велком, там
