— Стойте! — вдруг громко на койне провозгласил Нишапр и поднял руку. — Трол, следуй за мной, а ты, Дож… вернись.
— Что это значит? — мирно спросил Ибраил.
Трол почувствовал, что его рука нащупала рукояти обоих мечей. Как ни призрачен был сумрак вокруг, различить в нём что-нибудь было невозможно, но Трол понял, что Нишапр улыбается.
— Не нужно бояться, я не причиню Возрождённому вреда… Кажется, у меня получилось, мы вошли в тоннель. Но сюда же придётся привести и птиц, а это можешь сделать только ты, Ибраил. — Его голос вдруг стал неразборчивым за звоном, снова возникшим в ушах. Маг что-то ещё проговорил, но Трол разобрал только его последние слова: — …поэтому вернись и жди сигнала, чтобы присоединиться к нам.
Ибраил обернулся к Тролу. Он не был уверен в том, что следует заходить в доверии к Нишапру так далеко. Но Трол кивнул на восточный манер.
— В крайнем случае я сумею вызвать заклятие антимагии.
— Если успеешь, — объяснил причину своей неуверенности Ибраил.
— Придётся довериться ему, либо… Это всё не имеет смысла.
И Трол пошёл к Нишапру, а Ибраил остался на месте. Спустя пять шагов, когда имперский маг стал ближе, Ибраил вдруг исчез. Он остался там, откуда они пришли, теперь Трол это очень ясно сознавал.
Нишапр протянул руку, и Трол схватился за неё.
— Ты не очень хорошо ориентируешься в этих тоннелях, правда? — спросил Нишапр.
Не выпуская Трола из своей сухонькой, очень горячей ладони, имперский маг пошёл куда-то вбок. Там должна была, по мнению Трола, находиться стена, но маг шагал уверенно. Вдруг они оказались перед какой-то преградой, это было видно. Но маг поднял правую, свободную руку и ладонью, словно ножом, развёл её на две части. В прореху он шагнул с усилием, словно преодолевал сильный ветер.
Трол пошёл за ним. Через преграду переступать было нелегко, ветра не было, но какое-то странное сопротивление, словно бы охватившее всё его тело, он ощутил и на какой-то миг даже усомнился, хватит ли у него силы, чтобы сделать следующий шаг. Но он сделал этот шаг, потом ещё, и вдруг… стало светлее.
Теперь светились те самые стены, в которых они передвигались. Они отливали перламутровым розоватым блеском, словно люди оказались внутри чьего-то живого, наполненного кровью и пульсом неведомого сердца. А потом… всё кончилось.
Сначала исчезла рука Нишапра. А мгновение спустя Трол ощутил, что он скатывается куда-то и не способен остановить это движение. Он быстро попробовал присесть, чтобы удержаться хотя бы руками, но это оказалось бесполезно. Он падал…
Внезапно на него полетел песчаный склон, Трол сгруппировался и принял удар на ноги, перекатился через плечо… да так и покатился по песку. Остановив падение, он выпрямился и снова ощутил под обеими ладонями рукояти мечей. Но в оружии не было надобности.
Он стоял под звёздным высоким небом на песчаной поверхности, лишь чуть-чуть всхолмлённой невысокими барханами. Откуда-то сбоку, в паре сотен шагов, тьма отступала перед огромной янтарной скалой высотой футов в пятнадцать, лежащей на песке мирно и спокойно, словно пролежала тут не одно тысячелетие. Да так оно, наверное, и было. Из сухого, как и сам окружающий песок, пространства справа и сзади веял жаркий, упругий ветерок. Слева за барханами угадывалась вода, может быть, река или большое озеро. Из темноты Нишапр проговорил слегка охрипшим, должно быть, от песка, голосом:
— Вот мы и прибыли, Возрождённый. Тут, как и в нашем мире, наступает ночь. Осматриваться будем завтра, если ты не возражаешь.
Глава 5
Солнце в этом мире показалось Тролу тусклым и одновременно более горячим. Наверное, дело было в том, что его свет был окрашен какой-то краснотой. Или зрение Трола изменилось, как и другие чувства.
Ему было тут неуютно. Сначала он даже не мог этого понять, но спустя какое-то время, после завтрака, устроенного Нишапром, понял, что рассматривает дали, расстилающиеся вокруг, как нечто для себя недостижимое. А это было удивительно. Ведь ничто не мешало ему, предположим, совершить пробежку по песку, миль на пять-семь, и осмотреться… Но он знал, что далеко убежать от этой янтарной скалы не сумеет.
Скала, или Яйцо Несбывшегося, была, похоже, центром всего этого мира. Она представляла собой нечто удивительное — огромный кусок красновато-жёлтого янтаря, прозрачного чуть не насквозь, спокойного, словно обычный камень… И вдруг являющего в себе странные образы, какие-то фигуры, может быть, целые государства, империи и одновременно — идеи, эмоции, поступки. Когда Трол попробовал медитировать, улавливая эти тончайшие эманации, похороненные в янтарной толще, как рыбины в воде, идеально гладкая поверхность Яйца начинала рябиться.
— Эта штука, — Нишапр кивнул на янтарную скалу, — способна поглотить в себя целые миры.
— Я знаю, — кивнул Трол, — читал о Лотаре Желтоголовом всё, что только возможно. Даже, — он усмехнулся, — то, что, вероятно, было про него придумано поздними хронистами.
— Ладно, — Нишапр попробовал отряхнуть песок, налипший на его роскошный восточный халат, — пора осмотреть местные болота.
И, не оборачиваясь, двинулся в сторону реки, которая сырой, блестящей, как перегретый воздух, лентой лежала всего-то в паре миль от Яйца. Трол попробовал последовать за ним, но прошёл десяток туазов, потом чуть дальше… И почувствовал это.
Страшное, словно бы невозможное для него давление, которое оказывал сам воздух, пространство, лучи солнца, песок под ногами… Ему тут было не место. Его выталкивала неведомая сила, он мог, как догадался с самого начала, существовать только около янтарной скалы.
— Нишапр, — позвал он, зачем-то позвякивая мечами, — что это?
— Я-то могу с этим справиться, лэрд Трол, — не оборачиваясь, отозвался маг. Его голос долетал словно бы из глухой, может быть, закрытой бочки.
— А я, кажется, нет, — сказал себе Трол. И уселся на песок, чтобы отдышаться.
Это оказалось мудрёной задачей, дышать было нечем. Он попал в мир, в котором не мог существовать. И ведь сознавал, что за последние тренировки, проведённые по схеме погибших фей-убийц, стал гораздо сильнее, более гибким и крепким… А всё равно не мог тут находиться.
— Нишапр, — позвал он мага, — иди один. Я подож… подожду.
Он стал рассматривать фигуру мага, теряющуюся вдали.
Вдали? Нет, до него было чуть больше двух сотен шагов. Такое расстояние он мог одним рывком преодолеть за четверть минуты с полной выкладкой или даже ещё быстрее. А вот тут, в этом мире, даже сомневался — услышал ли маг его хотя бы ментально.
Всё здесь растворялось в какой-то пелене нечувствительности, искажалось, обращаясь в сплошную муку и боль. Трол сдался. Он поднялся и пошёл назад. К счастью, Яйцо находилось на своём месте и победно, чуть надменно сверкало гладкими боками под ползущим над горизонтом солнцем.
С каждым шагом становилось легче. Уже спустя пяток туазов стало ощутимо легче, лёгкие задышали, скрученная в животе пружина ослабла. Трол оглянулся, теперь он не понимал, что же заставило его отступить. Он остановился, раздумывая, не последовать ли снова за Нишапром? Но тут же стал ощущать несильное, как дуновение утреннего ветерка, давление в спину. Его не пускали к реке, с его пребыванием тут мирились только в центре очень ограниченного пространства, около Яйца Несбывшегося, не дальше.
Тогда он вспомнил, что ещё Лотар полагал — этот мир будет обжит только тогда, когда тут поселятся люди. Именно люди что-то делали с такими вот необжитыми местами, как-то обращали их в пространство, доступное бойцам типа Трола, колонизировали и изменяли могилами умерших, распаханными полями, рождениями новых жизней и часовнями святых.
Трол вернулся к янтарной скале и уселся на песок. Он обдумывал эту идею.
Всё было просто. Есть люди, они обращают неисчислимыми жизнями то, что непригодно для обитания, в место, где можно существовать. Это понятно. Но почему Трол стоял на том конце людских способностей, которые находятся, пожалуй, даже дальше от способности выживать в этих ненормально-пустынных условиях, чем маги, такие как Нишапр? Получалось, что люди могут быть расставлены по ранжиру, и Трол оказался с другой стороны этого ряда. Что это значило? Чем это было вызвано? Может быть, на его выживаемость тут влияло его умение биться, или это было следствием его магической смерти, которую подарил ему Учитель, чтобы потом, стерев его прежние кармические зависимости, возродить и сделать своим учеником?
