— Позже, — коротко возразил Феличе. — Нам нужно кое-что обсудить.
Весь обратный путь до гостиницы Синти пропела в полудреме, хотя и слышала бесконечный монолог Анабеллы, изредка прерываемый вставками явно скучающего Феличе, наподобие: «правда?», «не может быть!», «вот это да!».
В отеле он заказал завтрак в номер. Тем временем обе девушки отправились в спальню Анабеллы. Юная итальянка разделась и заявила о том, что идет в ванную. Синти не прочь была последовать ее примеру, но вместо этого лишь набросила на обнаженные плечи один из обширных халатов синьоры Марии.
Когда она вернулась в гостиную, оказалось, что завтрак уже доставлен. Феличе поморщился, увидев Синти в бесформенном одеянии.
— Марии этот халат подходит больше, — хмуро заметил он. — Она уже миновала ту возрастную черту, когда женщина еще является привлекательной для противоположного пола.
— А мне мужчины давно безразличны, — парировала Синти.
— Ложь, и мы оба знаем это, — мрачно констатировал Феличе. — Однако сейчас не место и не время для обсуждения данного вопроса.
— Почему же? Можно и обсудить.
Феличе покачал головой.
— Садитесь и ешьте. Нам следует решить, что делать дальше.
— Нам? — иронично усмехнулась Синти.
Однако Феличе отказался принимать вызов.
— Завтра мы с Анабеллой улетаем в Италию. Мне нужно, чтобы вы отправились с нами и оставались там до свадьбы.
— Я не поеду! — сразу ответила Синти. — И потом, вы что же, собрались бросить Марию здесь, в чужом городе, где у нее даже нет знакомых?
— Если бы вы дали мне возможность закончить мысль, — с оттенком легкой раздражительности заметил Феличе, — я сообщил бы, что, пока вы находились в комнате Анабеллы, мне удалось организовать приезд в Нью-Йорк двоюродной сестры нашей Марии. Она останется здесь до тех пор, пока та не выздоровеет и не будет в состоянии вернуться домой.
— Рада за них обеих, но завтра истекает срок моей работы у вас, так что и этом смысле ничего не изменилось.
— Напротив, вес изменилось самым кардинальным образом! — нетерпеливо воскликнул Феличе. — Даже вам это должно быть ясно.
Синти покачала головой.
— Еще совсем недавно вы считали меня безответственной особой, набивающей голову Анабеллы массой безумных идей. А сейчас я вам понадобилась, и вы готовы все забыть.
Оказалось, что Феличе даже способен краснеть.
— Я вынес о вас поспешное суждение. Позже Анабелла дала мне полный отчет о событиях нынешнего вечера, включая тот факт, что это она заставила вас купить эротическое платье.
— Вовсе оно не эротическое! — быстро произнесла Синти, потуже запахивая полы халата.
— Если бы оно не было таковым, вы бы не набросили на плечи шарф.
— Странно, что вы поверили Анабелле, — заметила Синти, спеша переменить тему. — Ведь, подпав под мое влияние, она начала врать.
— Анабелла занимается этим с детства, — ворчливо произнес Феличе. — Вы здесь ни причем. Кроме того, я всегда знаю, когда она лжет. На этот раз Анабелла говорила правду.
— И когда же она успела отчитаться перед вами?
— По пути из больницы в гостиницу.
— А, вот о чем она трещала. Я задремала и слышала ее голос, словно сквозь вату. А также ваши редкие замечания. Должна сказать, вы были просто очаровательны!
Феличе окинул собеседницу непроницаемым взглядом.
— Я плохо переношу бессвязную детскую болтовню.
— О, вам лучше поскорее привыкнуть к ней, если вы вознамерились жениться на ребенке!
— Может, лучше поговорим о делах?
— А что о них говорить? Вы предложили мне отправиться в Италию, я сказала «нет». И на том конец. Чего еще вы хотите?
— Видите ли, я не только опекун Анабеллы, но и жених. Скоро она будет жить в моем доме, следовательно, ей понадобится компаньонка.
— Это в наши-то дни?
— Италия не Америка. Наши представления о нравственной чистоте могут показаться вам старомодными, но для нас они очень важны. Надеюсь, вы передумаете, хотя бы ради Анабеллы. В последние недели перед свадьбой в доме должна находиться компаньонка невесты.
Синти несколько мгновений пристально смотрела на Феличе, потом в ее глазах промелькнуло подозрительное выражение.
— Ну да, как же! Нравственная чистота… Просто вы хотите, чтобы я развлекала Анабеллу, и она не мешала бы вам своей трескотней.
Феличе наклонил голову, пряча глаза, затем взглянул на Синти с подобием улыбки на губах.
— Уверен, в вашем присутствии Анабелла будет чувствовать себя гораздо лучше. Прошу вас, сделайте мне одолжение!
— Но ваше бракосочетание состоится только через два месяца, — напомнила ему Синти.
— Нет. Я забыл сказать, что отменил прежний договор. Мы будем венчаться через две недели.
— Забыли сказать? И Анабелле тоже?
— Я собрался сообщить ей, когда она выйдет к завтраку.
— А что, если у нее другие мысли на сей счет? — резко произнесла Синти, сверх всякой меры уязвленная самонадеянностью синьора де Бальцано.
— Вот мы ее и спросим, идет?
В этот миг появилась Анабелла, успевшая переодеться в джинсы и майку.
— Чудесно! — воскликнула она, увидев накрытый к завтраку стол. — Я так проголодалась!
— Анабелла, я здесь рассказываю синьоре Донелли, что соображения бизнеса заставляют меня перенести нашу свадьбу на следующий месяц, — спокойно произнес Феличе.
Анабелла издала невнятный звук.
— Но я не успею подготовиться! У меня даже еще нет свадебного платья.
— Синьора Донелли поможет тебе выбрать наряд, когда мы вернемся па Сардинию.
— Ой, Синти, правда? Ты поедешь с нами? Вот здорово!
— Не торопись! — воскликнула та. — Я еще не дала согласия. К тому же ты пропустила мимо ушей самое главное. Твой жених переносит дату венчания, не дав себе труда посоветоваться с тобой.
Анабелла пожала плечами.
— Феличе всегда так поступает. Ммм… какая сочная ветчина!
Девчонка безнадежна, подумала Синти. У нее, в самом деле, ветер гуляет в голове. Вчера, находясь под моим влиянием, она говорила одно, сейчас — совсем другое. Потому что появился жених.
Тем временем Феличе рассказал невесте о том, что вызвал в Нью-Йорк сестру Марии, которая останется здесь до полного выздоровления последней. Сами же они отправятся домой.
— Все так просто? — изумилась Синти.
— А зачем усложнять?
— Ну… Впрочем, не стану объяснять, это займет слишком много времени.
— Для Феличе всегда все просто, — заметила Анабелла, за обе щеки уплетая сандвич с ветчиной. — Все делают то, что он им велит.
— Не все, — твердо произнесла Синти. — Я являюсь исключением.
— Ну, Синти, пожалуйста! — взмолилась Анабелла, — Ты не можешь бросить меня. Ведь мы друзья, разве нет?
