моим носом после чего, мир переворачивается и вздрагивает.
Внезапно всё меняется местами и меня бросает на Зигфрида. В салон летят искры и крошево из стекла. Асфальт со скрежетом проносится прямо за окном водителя в каких-то десятках сантиметров от нас, пока машина не врезается, скользя бортом, в какой-то столбик.
В машине ещё секунду стоит звенящая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием машины и каким-то бульканьем, прежде чем поднимается крик ребёнка, вслед которому вторит плач, кажется, обоих женщин.
— Ты как? — спрашиваю я Зигфрида.
— Целее, чем после нашего первого полёта.
— Отлично.
Я оборачиваюсь назад и застаю не самую приятную картину. Девушка, которая сидела за мной, дёргалась в предсмертных судорогах с огромной резаной раной на шее. Она заливала кровью всех тех, кто оказался под ней. Её подруга, ревя, пыталась закрыть рану на шее рукой, что было безуспешно. Что касается матери с ребёнком, то кажется мальчишке оторвало на руке пару пальцев.
Плохо, но могло быть и хуже. К тому же сейчас не время здесь сидеть. Ногой я выбиваю лобовое стекло и быстро выпрыгиваю на улицу оглядываясь. Демона, который нас перевернул, искать долго не приходится. Это была ещё одна Сирена, ещё одна тварь, взявшаяся у нас на пути из ниоткуда. И пистолетом её вряд ли возьмёшь.
Я до последнего не хотел использовать силы хаоса. Дело не только в Зигфриде — чем больше ты пользуешься силой, тем больше ты ей поддаёшься и зависишь от неё. И вначале ты контролируешь силу, когда под конец сила будет контролировать тебя.
Я боюсь, что эти силы хаоса будут как наркотик, который постепенно на физическом уровне вызывает привыкание. Будут изменять тело, изменять сознания, изменять саму личность. И чем меньше я буду ими пользоваться, тем меньше шансов, что меня постигнет судьба тех, кто стал предателями. Ведь они в какой-то момент тоже начали пользоваться силами хаоса.
Но сейчас один на один не с кем-то, а с приспешником без них уже будет не обойтись. Это с классом солдат, как Клин можно попробовать справиться так, но не здесь. Я не скажу, что тварь очень умная, но и тупой её не назовёшь. Первая подставилась просто по собственной глупости и ощущению собственного преимущества. Как и многие люди, она померла из-за случайности и самоуверенности.
С этой такое вряд ли пройдёт. И голыми руками ты её не убьёшь.
Я наблюдал, как она неспешно приближается к нам, поцокивая своими костяными ногами по асфальту и напевая песню под нос. Милая на вид, она ласково смотрела на меня и облизывалась подмигнув. Я почувствовал внезапное влечение и надежду, что возможно она не хочет нам зла…
Ага, как же, демоническая шлюха.
А я бы вдул.
Но демон дойти до нас не успел.
Внезапно он обернулся куда-то в сторону крыш, после чего проворно отпрыгнул назад. На том месте, где только что стояла Сирена, врезалось электрическое копьё. Оно буквально воткнулось в землю и ещё искрило секунду, прежде чем просто испариться в лёгком облаке разрядов.
Ещё через мгновение с другой стороны в демона прилетел огненный шар, который тот отбил когтями, но тем не менее брызги огня всё равно попали на Сирену, заставив её пронзительно взвизгнуть.
Передо мной с двух противоположных крыш трёхэтажек вдоль улицы спрыгнуло двое охотников. И одного из них я узнал сразу. Алианетта выделялась своими волосами светло-коричневого цвета. Не знаю, узнала она меня или нет, но конкретно мне не хотелось сейчас с ней встречаться.
— Зигфрид, уходим, — сказал я, наклонившись, но тот уже и без моих слов вылазил из машины на четвереньках. И только сейчас я увидел, что у него вся рука залита кровью. Чуть выше локтя из руки у него торчал достаточно большой кусок стекла. Недолго думая, я оторвал у себя кусок рукава и туго перевязал руку.
Что касается остальных…
— Сидите здесь, в машине. Прибыли охотники, они защитят вас, ясно? Не уходите никуда и просто позовите на помощь! Всё, уходим…
Пока оба охотника теснили Сирену, мы быстро скрылись в подворотне. Напоследок я бросил взгляд, как у них обстоят дела с демоном, и надо сказать, что держалась тварь очень хорошо. Она то и дело уворачивалась от атак, пытаясь сократить дистанцию между собой и охотниками. Тем раз за разом приходилось то создавать клинки и кнуты в руках для ближнего боя, то прикрывать друг друга, так как оба банально не справлялись: не хватало ни реакции, ни сил.
Но меня это уже волновало мало, так как мы бежали по грязным проулкам как можно дальше от аварии. Можно сказать, что мы частично выполнили свой долг перед человечеством. Лучше спасти хоть кого-то, чем никого. Но мне было интересно потом увидеть карту прорывов, которую обычно выкладывали. Там отмечалось, где больше всего демонов вырвалось в этот мир.
— Мы сейчас куда? — бежал я за Зигфридом не отставая.
— Ко мне. Здесь должно быть рядом, там и пересидим, — ответил он быстро, стараясь не сбивать дыхание.
Близко было в пяти минутах быстрого и непрерывного бега. Это где-то два километра через дворы по улицам, когда то и дело иногда на глаза попадались демоны. Они бежали на кровь, и нам приходилось несколько раз отстреливаться от особо назойливых.
Пару раз мы видели и охотников, как одарённых, так и солдат, которые отстреливали тварей. Они буквально шеренгой обходили улицы, проверяя цепью каждый двор, отчего то тут, то там слышалась стрельба, иногда затяжная. Мы избежали с ними встречи, сумев добраться до невзрачного дома, подъезд в который Зигфрид открыл с помощью магнитного ключа.
Подъезд выглядел… не очень. Это ещё мягко говоря. Едва мы вошли вовнутрь, тут же попали на деревянные паллеты, которые шли от двери к лестнице, так как пол был залит водой. От сырости краска набухла, и местами уже давно отпала вместе со штукатуркой, оголив кирпич. Под потолком рос грибок.
Поднявшись на третий этаж, он открыл толстую металлическую дверь, впустив меня внутрь. И едва я пересёк порог, в нос ударил запах старости и пыли. Я не привередливый, но условия не самые, конечно, особенно после тех, где жил я.
Всего было три комнаты: маленький зал, где у дальней стены стоял большой пузатый телевизор, маленькая кухня, где два человека с трудом разойдутся, и туалет, где от сырости отваливался кафель. Из окна открывался вид через грязное, почти матовое от пыли стекло на внутренний двор.
На моих глазах туда
