Читаем без скачивания История спиритуализма - Артур Дойл

В 1860 г. в Лондоне Гаррис неожиданно проявил большой интерес к британцам, особенно к тем, кто обладал литературными способностями. В то время Гаррис читал лекции в Стейнвей-холле{58}, и его бешеное красноречие настолько поразило леди Олифант, что она познакомила американского проповедника со своим сыном, Лоуренсом Олифантом, одним из самых ярких представителей своего поколения. Трудно сказать, что тогда так привлекло семейство Олифант, так как в учении Гарриса в то время не было ничего выдающегося, за исключением того, что он взял на вооружение идею о Боге-Отце и Природе-Матери, отклоненную Дэвисом. Олифант высоко ценил Гарриса как поэта, называл его «величайшим поэтом века, слава которого впереди». Безусловно, Олифант не был объективен, его слова казались нелепыми в век Теннисона, Лонгфелло, Браунинга{59} и многих других великих поэтов. Закончилась эта история тем, что после некоторых колебаний и сомнений мать и сын полностью отдались во власть Гарриса и стали заниматься физическим трудом в новой колонии в Броктоне, в Нью-Йорке, где они находились на положении рабов, а не добровольных сподвижников. Было подобное самопожертвование проявлением святости или идиотизма – это вопрос для ангелов. Конечно, это более походило на идиотизм, особенно когда стало известно, что Лоуренс Олифант, решивший жениться, столкнулся с большими трудностями, но впоследствии все же сердечно благодарил тирана за то, что тот позволил ему жениться. Он временно покинул колонию в 1870 г., чтобы освещать ход франко-прусской войны{60}, что и делал в той блестящей манере, которой от него ожидали, но затем снова вернулся в рабство. Одной из его обязанностей была продажа земляники в корзинках пассажирам проходящих поездов, и все это время по воле тирана он оставался в Броктоне и был разлучен с женой, которую отправили в Южную Калифорнию. Только в 1882 г., через двадцать лет после добровольного заключения, Лоуренс Олифант (его мать умерла к тому времени) разорвал жуткие путы, и после напряженной борьбы, в ходе которой Гаррис пытался упрятать его в сумасшедший дом, Лоуренс воссоединился с женой, вернул себе часть собственности и зажил нормальной жизнью. Он рассказал о пророке Гаррисе в своей книге «Масоллам», написанной в последние годы жизни, и блестяще, с присущим ему талантом описал этого загадочного человека.

Подобные Гаррису личности были всего лишь побочными явлениями основного движения спиритуалистов, в целом разумного и прогрессивного. Эти личности только мешали широкому восприятию движения, и заявления коммунистического толка или на тему свободной любви, исходившие от подобных необузданных сект, бессовестным образом использовались противниками движения, поскольку представлялись как типичные для спиритуализма в целом.

Известно, что, хотя спиритические явления получили широкое распространение среди публики в результате деятельности сестер Фокс, об этих явлениях знали еще задолго до них. Удивительно много медиумов появилось после истории с сестрами Фокс. Они демонстрировали не вновь приобретенный дар, а просто отважились проявлять свои способности, что, в свою очередь, побуждало признаваться в подобных способностях и других людей. Кроме того, спиритические способности впервые получили возможность свободно развиваться. В апреле 1849 г. потусторонние силы проявили себя в семействе преподобного А. Х. Джарвиса, методистского{61} священника из Рочестера, в доме мистера Лаймена Грейнджера, тоже из Рочестера, а также в доме дьякона Хейла, из соседнего с Рочестером городка под названием Греция. В шести городах, соседних с Оберном, способности медиумов проявились в шести семействах. И ни к одному из этих случаев сестры Фокс не имели никакого отношения. Значит, эти люди просто «осветили путь», по которому пошли другие.

Поразительными событиями последующих лет стали стремительный рост числа медиумов и обращение к спиритуализму таких выдающихся общественных деятелей, как судья Эдмондс, бывший губернатор Толмэдж, профессор Роберт Гэр и профессор Мейпс{62}. Публичная поддержка таких известных людей придала необычайную популярность движению. Однако в то же время усилилась критика со стороны оппозиции, которая теперь была вынуждена признать, что движение составляет не просто группа невежественных, введенных в заблуждение людей. Известные люди получили возможность разворачивать широкие дискуссии в прессе. Произошли изменения и в самом характере спиритических явлений. В 1851–1852 гг. миссис Хайден и Д. Д. Хоум сумели привлечь на свою сторону множество последователей.

В заявлении «К общественности», опубликованном в «Нью-Йорк Курьер» 1 августа 1853 г., судья Эдмондс, высоконравственный и здравомыслящий человек, привел убедительные доказательства своего опыта в этой области. Любопытно, что Соединенные Штаты, гордившиеся высокой нравственностью своих известных граждан, похоже, в последние годы ослабили позиции в этом плане, поскольку автор во время недавних поездок встречал многих людей, которые, веря в существование потусторонних сил, опасались, что их убеждения могут стать достоянием прессы.

Судья Эдмондс упомянутую статью начал с детального описания цепочки событий, на основании которых сформировалось его мнение. Статья изложена ниже довольно подробно, так как очень важно показать, на основании чего такой высокообразованный человек принял новое учение.

«Это произошло в январе 1851 г., когда мое внимание впервые привлекло такое явление, как «спиритическое общение». В то время я удалился от общества и находился в состоянии глубокой душевной депрессии. Все свободное время я читал литературу, посвященную смерти человека и загробной жизни. На протяжении жизни я читал и слышал от проповедников так много противоречивых доктрин по этому вопросу, что совсем не знал, чему из этого можно верить. Я никак не мог верить в то, чего я не понимал, но очень хотелось узнать, можем ли мы после смерти снова встретиться с теми, кого любим, и при каких обстоятельствах. Знакомая пригласила меня стать свидетелем «Рочестерских стуков». Я согласился скорее из уважения к ней и чтобы как-то отвлечься от скуки. Впечатленный тем, чему я стал свидетелем, я решил исследовать это явление и понять, что же это такое. Я посчитал, что если это мошенничество или обман, то легко сумею это распознать. В течение двух месяцев я как минимум два вечера в неделю, а иногда и чаще, следил за этими явлениями во всех их фазах. Тщательно записывал то, что видел, и время от времени сравнивал свои ощущения с ощущениями других людей, пытаясь отыскать несовпадения и противоречия. Я прочитал всю литературу по этому вопросу, имевшуюся в моем распоряжении, и особенно то, что касалось «разоблачения мошенничества». Ездил по разным городам, встречался с различными медиумами, зачастую с совершенно незнакомыми людьми; иногда я чувствовал, что совсем ничего не понимаю и блуждаю в темноте, а иногда на меня находило просветление. И гораздо чаще мне встречались ярые противники, чем преданные последователи учения.

Короче говоря, я пользовался каждой предоставлявшейся мне возможностью, чтобы проникнуть в самую суть вопроса. Все это время я не верил в потусторонние силы и испытывал терпение верующих своим скептицизмом, придирчивостью и стойким отказом пополнить ряды верующих. Я видел вокруг людей, готовых полностью верить в происходящее уже после одного или двух сеансов; другие в аналогичных обстоятельствах решительно отказывались верить; третьи просто не желали ни во что верить, даже не присутствуя на сеансах. Я не мог примкнуть ни к одной из этих групп, не высказывал своего мнения, кроме тех случаев, когда происходившее было бесспорным. И наконец пришли доказательства, причем такой силы, что в них не мог бы не поверить ни один разумный человек».

Далее мы увидим, как болезненно протекало его первое выдающееся приобщение к новому учению, прежде чем он позволил доказательствам убедить себя в подлинности заявлений потусторонних сил. Опыт показывает, что легкое восприятие подобных заявлений очень редко наблюдается среди честных мыслителей и что вряд ли можно найти серьезного спиритуалиста, который не изучал бы предмет и не исследовал свои ощущения в течение многих лет. Это резко контрастирует с теми негативными мнениями, в основе которых изначально лежат предубеждения, а скандальные, фанатичные авторы высказывают их на каждом шагу.

Судья Эдмондс, обосновывая свою позицию в уже процитированной статье – той самой, которая могла обратить в новую веру все население Америки, будь оно готово к этому, – продолжает демонстрировать прочные основы своей веры. Он подчеркивает, что никогда не являлся единственным свидетелем проявления действия духов и что у него масса свидетелей, а также рассказывает о принятых мерах предосторожности: