Читаем без скачивания Место под солнцем - Лиза Марклунд

– Привет, это Анника Бенгтзон, – сказала она. – С Новым годом. Ты не перезвонишь мне, когда получишь это сообщение? Пока.

После этого Анника позвонила на коммутатор полиции, и ее соединили с участком на Торкель-Кнутсгатан. Ответил человек, представившийся Сисулу:

– Нина Хофман в отпуске. Она выйдет на дежурство в воскресенье.

Анника поблагодарила и положила телефон на пассажирское сиденье, включила двигатель, выехала на дорогу и, набрав скорость, поехала в редакцию. Поднявшись на холм возле Кальхелля, она вдруг поняла, что ей, собственно говоря, некуда спешить.

Возвращаться и выслушивать глупости Патрика не хотелось, не тянуло ее и в неуютную квартиру на Агнегатан.

Зазвонил ее мобильный телефон. Увидев на дисплее номер своего бывшего супруга, Анника испытала странное возбуждение.

– Привет, это Томас.

Она глубоко вдохнула, ощутив в груди радостное волнение.

– Привет, – ответила она, пожалуй, слишком звонко.

– Что делаешь? Ты на улице, в машине?

Она тихо засмеялась, чувствуя, как ее охватывает приятное тепло.

– Да, ездила по рабочим делам, но теперь уже возвращаюсь домой. Это легче.

– Знаешь, мы тут сидим и строим планы на Пасху, и нам хочется знать, как у тебя складывается неделя после семнадцатого?

Радость была так сильна, что Анника ощущала ее почти физически.

– Ты стал говорить о себе во множественном числе, как августейшая особа? – спросила она, постаравшись придать голосу шутливые интонации.

Но шутка не сработала.

– Знаешь, Пасха в этом году поздняя, двадцать первого апреля, а потом у меня будет очень напряженная неделя. Мне надо будет уехать на конференцию, а это моя неделя. Как ты смотришь на то, чтобы поменяться…

– Пока не могу ничего сказать, – ответила Анника. – Я получила повышение на работе, а это значит, что будут какие-то изменения.

Он помолчал.

– Ты не могла прежде посоветоваться со мной? – спросил он после недолгой паузы.

Гнев вскипел мгновенно, но Анника сумела сдержаться.

– Это не отразится на том, сколько времени я смогу проводить с детьми, поэтому советоваться с тобой не было никакой необходимости.

– Хорошо, – кисло произнес Томас. – С тобой хочет поговорить София.

Он передал трубку своей новой сожительнице, даже не попрощавшись.

– Привет, Анника, это София.

– Привет, – ответила Анника.

– Знаешь, мы обсудили мою сеть, да, мою частную сеть, это чисто женское сообщество; так вот, у нас к тебе небольшое предложение.

Анника сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться и взять себя в руки.

– Ты работаешь с литературным письменным языком, и я хочу спросить: ты не хочешь войти в наш читательский кружок?

Читательский кружок?!

– Э-э-э… – протянула Анника и затормозила перед светофором на перекрестке в Риссне.

– Эту неделю мы читаем чудесную книгу Мари Херманссон «Сын короля грибов». Ты ее не читала? В этой книге речь идет о самых главных вещах, о том, как важно найти свое место в круге бытия. Сын растет в лесу, но дома слышит шум моря. Это очень сильная и красивая история. Тебе нравится Мари Херманссон?

Анника читала «Устричный пляж» и начала книгу о человеке под лестницей, но не смогла ее закончить.

– Не знаю, право, – ответила она. – Я не очень хорошо к ней отношусь, к тому же у меня теперь новая работа в газете, так что мне будет затруднительно.

– У тебя новая работа? – спросила София. – Но как это повлияет на недели с детьми?

Такой гадости со стороны Софии Анника выдержать не смогла.

– Слушай, – сказала она, – тебе не кажется, что эти вопросы я могу обсудить с отцом моих детей? Но я не собираюсь дискутировать с тобой по поводу моей профессиональной жизни. Я выразилась достаточно ясно?

Эта гребаная София Гренборг слегка сбавила обороты.

– Почему ты такая агрессивная? Я очень хорошо отношусь к твоим детям.

Анника желчно и злобно рассмеялась.

– Какая же ты лицемерка, – сказала она, – и всегда прикрываешься высокими словами. Если бы ты хорошо относилась к моим детям, не стала бы рушить мою семью, ты.

Она хотела сказать «грязная проститутка», но это слово было не вполне адекватным.

– У меня нет времени ни на тебя, ни на твой книжный кружок, – произнесла она спокойно и отчетливо. – Я никогда не стану твоей подругой, так что оставь эти штучки, понятно?

Она нажала отбой, не дожидаясь ответа.

Впервые ей не было стыдно за то, что она изрезала на куски неприлично дорогой бюстгальтер Софии на бензоколонке в Кунгсёре.

Ей не было стыдно за то, что она присылала в газету сообщения с фальшивого адреса deep-throat-rosenbad и следила за тем, чтобы предложения Томаса в министерстве юстиции складывали под сукно, даже если они были лучше, чем другие. Томас непосредственно провел упорядочение законодательства о международной экономической преступности, но имел неосторожность забыть обсудить свои предложения с Анникой.

Движение было редким, что было удивительно для часа пик, но это был рабочий день между двумя праздниками, так что многие просто сидят дома или уезжают в отпуск, как, например, Нина Хофман.

Она заскочила в редакцию, чтобы забрать компьютер и ехать домой.

– Слушай, – крикнул Патрик, как только увидел Аннику, – завтра рано утром ты летишь в Малагу!

Анника, уже начавшая запихивать компьютер и бумаги в сумку, поставила ее на пол и выпрямилась.

– О чем это ты? – спросила она.

– Для тебя заказан билет на самолет, вылетающий завтра в 6.30 утра, – сказал Патрик.

Анника всплеснула руками.

– Господи, – воскликнула она, – я никак не могу лететь. Я только что переехала, я не собралась…

– У тебя не так уж много вещей, – подколол Патрик. – Ведь твой дом сгорел, не так ли? Клоббе из отдела спорта проводит отпуск в Марбелье. Он, конечно, не золотое перо, но будет разбираться в ситуации до завтра. Когда приедешь, возьмешь у него материал. Потом сосредоточишься на личностях жертв и начнешь выяснять, какое отношение ко всему этому имел Себастиан Сёдерстрём. Ты пробудешь там всю неделю.

Анника тупо уставилась на свою сумку. Самоуверенная ложь Эрика Понти о том, как он ценит Кикки Поп и ничего не имеет против громогласной болтовни на П1, все еще звучала у нее в ушах.

Но она выдержит схему, выдержит.

– Где билеты на самолет? – спросила Анника. – Или у меня будет только номер заказа? Где я буду жить? Будет ли у меня переводчик? Налажен ли контакт с местной полицией? Кто будет фотографировать?

Патрик посмотрел на нее пустым взглядом, а потом выпятил грудь.

– Все это ты решишь на месте. В Испании есть фотографы-фрилансеры. Кроме того, займись расследованием кокаиновых дел. Теперь, после того, как меня повысили, тебе придется писать серию статей о наркотиках и отмывании денег, которую должен был писать я…

Он повернулся на каблуках и скрылся в редакции развлечений.

Анника повернулась к Берит.

– Отлично! – воскликнула она. – Он думает, что быть шефом отдела – это значит бегать по редакции и раздавать указания.

– Номер заказа твоего билета до Малаги находится в электронной почте, – произнесла Берит, не поднимая головы от компьютера. – В Андалусии есть пара скандинавских полицейских, их имена и номера телефонов ты тоже найдешь в электронной почте. Сначала позвони им, а они помогут тебе найти переводчика. Возьми собственный фотоаппарат, так будет проще. Я дам тебе свою полуавтоматическую камеру – просто наводишь видоискатель и снимаешь. Позвони, когда что-нибудь узнаешь.

Она ткнула пальцем в лежавший на столе аппарат в чехле и взглянула на Аннику поверх очков.

– Лети осторожно, – сказала она, – удачи.

Хлопок двери эхом отдался в квартире, когда Анника вошла в прихожую. Несколько минут она привычно постояла в темноте, прислушиваясь к уличным шумам и чувствуя сквозняк, которым тянуло с лестничной клетки.

Это была самая мрачная и темная из квартир, в каких ей приходилось жить раньше. Расположена она была высоко – на пятом этаже. Кроны деревьев заслоняли свет стоявших вдоль Агнегатан уличных фонарей. Из окна ее спальни было видно только беззвездное небо.

Из прихожей она всмотрелась в общую комнату, за которой угадывалась комната Эллен. Кухня была расположена слева от прихожей – это была современная мода, к которой Анника испытывала инстинктивную антипатию.

Она включила свет, сняла куртку и бросила ее на пол. Она быстро прошла мимо кухни, стараясь не смотреть на картонные коробки с нераспакованной домашней утварью.

Войдя в свою комнату, Анника заползла на кровать и села, прислонившись к спинке. Собственно, не было ничего ужасного в этом жилье, и вообще в принципе все было хорошо. Комнат всего три, но площадь довольно большая – сто сорок квадратных метров, с внутренним холлом, который можно было использовать как общую комнату, что позволило устроить для всех троих отдельные спальни.