ГАЛИНА. Сейчас утро, а не вечер. Брось. Ничего у нас не осталось.
ЗИЛОВ. Да нет, все в порядке. А если что не так, мы все можем вернуть в любую минуту. Хоть сейчас. Все в наших руках.
ГАЛИНА. Ничего мы не вернем.
ЗИЛОВ. Не веришь?.. А вот мы сейчас посмотрим. Закрой глаза. Сейчас ты все увидишь. Закрой глаза. (Маленькая пауза.) Ну ладно, можешь смотреть. (Осматривает комнату.) Та-ак… Да, та была поменьше… Стол был здесь. (Передвигает стол.) Кровать — здесь. (Передвигает тахту.) Это (взял с подоконника кота и бросил его под тахту) не годится… Что еще?.. Вино. Было вино… у нас нет вина?.. А жаль… Да! Цветы! Были цветы… Ты не помнишь — какие?.. По-моему, подснежники. Ну да, ведь был апрель. Апрель?
ГАЛИНА. Прекрати. И не трогай этого. Лучше не трогай.
ЗИЛОВ (обиделся). Не трогай? Что ты этим хочешь сказать?.. Для меня тот вечер — святая вещь. Праздник. И мы его вернем, ты увидишь… Цветы! (Схватил со стола медную пепельницу, показал ее Галине.) Подснежники. Я пришел к тебе с подснежниками.
ГАЛИНА. Ты что, издеваешься?
ЗИЛОВ. Да нет же! Как ты не можешь этого понять?.. Сядь сюда!.. Ну сядь, я тебя прошу… Когда я вошел, ты сидела у окна. Здесь. Садись… (Усаживает ее силой.)
ГАЛИНА (поднимается). Оставь, пожалуйста.
ЗИЛОВ (снова ее усаживает). Ты смотрела в окно. Смотри в окно… Оно было раскрыто. (Раскрывает окно, отступил в глубь комнаты.) Так… Что еще было?
ГАЛИНА. Прекрати ради бога.
ЗИЛОВ. Нет, бога не было, но напротив была церковь, помнишь?.. Ну да, планетарий. Внутри планетарий, а снаружи все-таки церковь. Помнишь, ты сказала: я хотела бы обвенчаться с тобой в церкви?.. А я что тебе ответил?..
Маленькая пауза.
По-моему, я тебя поцеловал?.. Так мы и сделаем: ты сейчас скажи это, про церковь, а я тебя поцелую.
ГАЛИНА. Оставь меня, пожалуйста.
ЗИЛОВ. Да, не будем забегать вперед. Ты смотрела в окно. Смотри в окно. Когда я вошел, ты оглянулась… Итак, я вхожу. (Изображает.) Ты оглядываешься. Оглянись… Нет, ты должна оглянуться. Когда ты оглянулась и мы посмотрели в глаза друг другу, я понял, что все случится в тот вечер. А ты?.. Ты ведь тоже это почувствовала… Ладно. Все по порядку и не отвлекаемся. Я вхожу, ты оглядываешься. (Кричит.) Вхожу!
Галина невольно оглядывается.
Э, нет, не годится. Ты смотришь на меня, как на насильника. А взгляд был нежный, уверяю тебя… Попытайся… Я вхожу. (Изображает.) Вхожу… (Громко.) Галка!
Галина оглянулась.
Да… Ну ничего. Сойдет… (Играет.) Я не опоздал?
ГАЛИНА. Опоздал. Ты должен был явиться вчера вечером, а не сегодня утром.
ЗИЛОВ. Боже мой! Пойми, что сейчас ты не здесь, а там. Там. Понимаешь? В тот вечер. Давай… (Изображает.) Я не опоздал?
Галина молчит. Зилов подошел к ней и передал ей пепельницу — цветы.
ГАЛИНА (иронически.) Спасибо.
ЗИЛОВ. Кого ты здесь высматриваешь, признавайся…
ГАЛИНА (не сразу и насмешливо.) Здравствуй, Витя, бывал ли ты когда-нибудь в церкви?
ЗИЛОВ. Да. Раз мы заходили с ребятами. По пьянке. А ты?
ГАЛИНА (насмешливо). А я с бабушкой. За компанию.
ЗИЛОВ. Ну и как?
ГАЛИНА (насмешливо). Да ничего. Я хотела бы обвенчаться с тобой в церкви.
Зилов пытается ее поцеловать.
Не лезь, пожалуйста.
ЗИЛОВ. Нет, нет. «Не лезь» — это не оттуда. Вспомни-ка, что ты тогда сказала…
Маленькая пауза.
(С горьким упреком.) Вот видишь, ты ничего уже не помнишь.
ГАЛИНА. Я-то помню, представь себе… (Вспоминает с легкой насмешкой.) Представь себе, мы поднимаемся по ступеням, входим, а там тишина, горят свечи и все так торжественно…
ЗИЛОВ. Точно! А потом я сел здесь (садится) и спросил тебя… (Изображает.) Хозяйка дома?
ГАЛИНА. Это было совсем не так. Тогда ты волновался…
ЗИЛОВ (играет). Хозяйка дома? (Ждет, потом подсказывает.) Нет, она на дежурстве… Ну!.. (Играет.) Хозяйка дома?
ГАЛИНА (задумчиво). Да… В тот вечер она была на дежурстве…
ЗИЛОВ (играет). Значит, сегодня ее не будет?
Он ее обнимает. Она его отстраняет, но весьма мягко. Она-таки увлекается воспоминаниями.
Значит ее не будет?
ГАЛИНА. Ну, допустим, не так. Я сказала тебе… (Негромко, глубоким голосом повторяет те далекие слова.) Пойдем куда-нибудь…
ЗИЛОВ (подхватывает). Нет.
ГАЛИНА. Пойдем в планетарий. Мы ведь ни разу там не были.
ЗИЛОВ. Нет.
ГАЛИНА. Ну хочешь, я провожу тебя до общежития?
ЗИЛОВ. Ты хочешь, чтобы я ушел?
ГАЛИНА. Нет… Идем погуляем, прошу тебя… (Отвлекаясь от воспоминаний.) Ну что же ты? (Подсказывает ему.) Никуда я не пойду.
ЗИЛОВ. Никуда я не пойду.
ГАЛИНА. Почему?
ЗИЛОВ. Потому что… (Затрудняется). Потому что…
ГАЛИНА (нетерпеливо). Почему?
ЗИЛОВ (вспомнил). Потому что я тебя люблю.
ГАЛИНА. А если мы немного погуляем, разве ты перестанешь меня любить?
ЗИЛОВ (неуверенно). Нет, но я этого не переживу…
ГАЛИНА (свободно). Пойдем, прошу тебя. Докажи, что ты меня любишь… (Ждет, потом.) Ну что же ты?.. (Взволнованно.) Говори же, говори!
ЗИЛОВ (фальшиво). Я жить без тебя не могу.
ГАЛИНА. Не так! Совсем не так! Неужели ты не чувствуешь?.. Ну!
ЗИЛОВ (неуверенно). Милая…
ГАЛИНА. Не то!
ЗИЛОВ (вопросительно). Любимая?..
ГАЛИНА. Нет!
ЗИЛОВ (роковым голосом). Дорогая!
ГАЛИНА (с болью). Нет! Нет!.. Неужели ты не можешь?
ЗИЛОВ (крутится). Не волнуйся… Минутку, минутку… Сейчас все будет на месте… (Наконец его осенило.) Вспомнил! (Взял ее за руку.) Иди ко мне!
ГАЛИНА (освободила руку). Нет! Ты не сказал мне самого главного.
ЗИЛОВ. Неважно. (Пытается ее обнять.)
ГАЛИНА. Нет! Ты должен это вспомнить… Вспомни, прошу тебя!
Маленькая пауза.
(С отчаянием.) Вспомнишь ты или нет?
Пауза. Она ждет.
ЗИЛОВ. Черт возьми! Мало ли что мог мужчина сказать в такую минуту!
ГАЛИНА (почти с ненавистью). Ты все забыл. Все!
ЗИЛОВ. Ну хватит. (Грубо.) Иди сюда. (Силой привлекает ее к себе.)
Галина вырывается и медленно от него отступает. Молчание. Галина вдруг опускается на стул и плачет.
(Не сразу, с искренним огорчением.) Ну вот… Вспомнили молодость.
Затемнение. Свет зажигается. Зилов, закинув руки за голову, лежит на тахте.
Картина вторая
Зилов ходит по комнате. Постоял у окна. Подходит к телефону, набирает номер.
ЗИЛОВ. Дима?.. Это я, Зилов. Этот дождь, по-моему, никогда не кончится… Он будет лить сорок дней и сорок ночей. А что? Однажды, говорят, так уже было… Дима! Что, если поехать сейчас?.. А что? В Ключах заночуем, а?.. Ну что нам топь?.. А если без коляски? Без коляски мы его перетащим, я ручаюсь… Никак?.. Скверно… Откровенно говоря, отвратительное настроение… Да одно к одному. А тут еще друзья меня порадовали… Еще не слышал?.. Ты знаешь, что они мне прислали?.. Венок… Венок!.. Ну натурально — для гроба, для могилы… Пошутили, мерзавцы… Тебе смешно?.. А мне, знаешь, не очень… Я человек впечатлительный, мне этот юмор теперь по ночам сниться будет… Друзья! Разве это друзья? Это оасовцы какие-то. Слушай, а ты не знал про эту шутку?.. Ну слава богу, хоть один есть приличный человек… (С беспокойством.) Дима! Я тебя вчера случайно не задирал? Ничего?.. Слава богу… (С волнением.) Старина, ты прости за глупый разговор, но скажи, старик, как ты ко мне относишься?.. (Слушает.) А я… Я так тебе скажу. После вчерашнего я остался один… Нет, чувствую, что один. И получается так, что ты — самый близкий мне человек… (Принужденно смеется.) Да нет, не в этом дело… В общем, слава богу, что мы едем с тобой на охоту… (Обычным тоном.) Да, я жду твоего звонка… Никуда не выхожу — жду. (Положил трубку, пошел по комнате, остановился. Стоит лицом к окну.)
