Читаем без скачивания Секрет - Кэтрин Эпплгейт

Марко уже открыл было рот, будто собира­ясь отпустить одну из своих шпилек. И тут же закрыл.

— О-о-о! — промычал он.

Украдкой покосившись на сбитого с толку приятеля, Джейк саркастически вскинул одну бровь.

— Видишь, Марко, — протянул он, — вот в чем преимущество Кэсси перед тобой. Ты бы на ее месте показал язык и сказал: «Бу-у-у!»

Несмотря на все усилия Марко казаться невоз­мутимым, на его губах промелькнула усмешка.

Джейк весело подмигнул мне, и я подумала: «Может, стоит простить его?»

— Ну, и как мы будем действовать?

Я пожала плечами. Терпеть не могу строить планы, когда знаю, что в результате моей ошиб­ки кого-то могут ранить или даже убить.

— Думаю… то есть хм… Ладно, слушайте, на­верняка йеркам пришлось обратиться к кому-то за помощью. А это значит, что кто-то из их кон­троллеров должен быть на самом верху. И нам нужно выяснить, кто это.

— А как это сделать? — поинтересовался То-биас.

— Думаю… — замялась я и покосилась в сто­рону Джейка, ища поддержки. Впрочем, я и так уже знала ответ. Просто мне не хотелось ска­зать это самой. Видите ли, строя планы, мы привыкли стараться не упоминать о той страш­ной опасности, которая грозит всем нам.

— Придется пробраться туда, — сказал за меня Джейк.

Я кивнула. Самое малое, что я могла сделать, это согласиться с ним.

Рэчел покачала головой:

— Вот это да! Но… я не знаю ни одного зве­ря, достаточно громадного, чтобы сделать это.

— Не громадного, — поправила я ее. — На­оборот — очень, очень маленького.

Глава 7

— Где это ты была? — спросил отец, когда я поздним вечером в тот день вернулась домой.

Он был на кухне — копался в холодильнике.

Честно говоря, я немного опешила. У моих родителей нет привычки задавать мне вопро­сы. Может быть, это потому, что они мне дове­ряют. Впрочем, положа руку на сердце, для это­го у них есть основания. Не помню, чтобы мне когда-то приходилось обманывать родителей до тех пор, пока я не стала одним из аниморфов. А теперь, вынуждена с горечью признать­ся, похоже, мне приходится то и дело врать им. А это паршивое чувство.

— О-о-о… хм, так… просто гуляла, — пробор­мотала я. — А почему ты спрашиваешь? Я тебе нужна?

— А то как же? — проворчал отец. Голос у него был на редкость суровый, но я догадывалась, что все это не всерьез. Просто уж такой он у меня. Думаю, это так проявляется его немного сухо­ватое чувство юмора. Во всяком случае, так счи­тает Джейк. А вообще он уверен, что мой отец один из самых веселых людей в нашем мире.

— И для чего, если не секрет?

— Только что звонили из дорожно-патруль-ной службы. Сообщили, что… что какое-то животное, дескать, валяется возле обочины дороги… там, где она подходит к самому лесу. Сказали, что это самое животное, похоже, сильно обожжено.

Что-то в его голосе, когда он упоминал «ка­кое-то животное», мне сильно не понрави­лось.

— Надо съездить туда и отыскать его, — про­должал отец и, усмехнувшись, закончил: — Зна­чит, так: я веду машину, а ты занимаешься этой самой зверюгой!

Я застонала. Все ясно! Было только одно животное в мире, которого отец боялся. Да, да, боялся! Он, который лечил лис и волков, ко­торый запросто мог управиться даже с медве­дем, не мог заставить себя дотронуться до это­го «животного»!

— Уж не хочешь ли ты сказать, что имеешь в виду скунса?! — возмутилась я.

Отец кивнул.

— Сам не понимаю, как это происходит, но тебе как-то удается ладить с этими паршивца­ми, — проворчал он. — Они, наверное, тебя любят. А потом, у меня сегодня назначена встреча с представителем «Дудетт Кэт Фуд Корпорэйшн». Не могу же я явиться туда благоуха­ющим наподобие скунса!

Тут на ступеньках лестницы, которая вела в погреб, появилась мама. В руках у нее была упаковка из шести пакетов сока.

— Вот, это все, что я смогла отыскать, — ви­новато сказала она.

Видите ли, единственное, что отбивает за­пах скунса, это почему-то томатный сок.

— Мам, разве это не твой долг помочь отцу в таком важном деле?

Я… у меня сегодня пол­ным-полно уроков, — взмолилась я.

— Нуда, так я и поверила, — фыркнула мама.

— Нет, это не лезет ни в какие ворота! Меж­ду прочим, вы оба — дипломированные вете­ринары! — возмутилась я. — И не стыдно вам бояться каких-то несчастных скунсов?!

— И вовсе я не боюсь, — мрачно проворчал отец. — Вернее, не боялся… до того… до несча­стного случая.

— И только потому, что какой-то скунс брыз­нул тебе…

— В лицо! — возмущенно добавил отец.

— Только из-за какой-то несчастной случай­ности…

— За три секунды этот поганец облил меня раз шесть! — продолжал возмущаться отец. — И воняло от меня целую неделю! Твоя мама выселила меня из дома в амбар! Но даже там мне не было покоя! Видите ли, некоторые жи­вотные волнуются, почувствовав запах скунса! Так что, в конце концов, я был вынужден разбить во дворе палатку и ночевать в ней!

— А нам потом пришлось ее сжечь! вила мама и тихонько захихикала.

— А ты почему-то ладишь со скунсами, — брюзгливо продолжал отец. — Впрочем, ты со всеми животными ухитряешься ладить! Ладно, Кэсси, поехали. Ты ведь знаешь, что скунсы тебя любят!

Десять минут спустя мы с отцом уже мчались на машине по скоростному шоссе. Для этого случая отец предложил взять новый грузови­чок — пикап. Старый и нежно любимый точно такой же грузовичок у нас недавно украли. А когда его нашли, он был разбит всмятку.

Во всяком случае, отец в это верил. На са­мом же деле нам пришлось ненадолго… э-э-э… позаимствовать его. За руль уселся Марко, а Марко отродясь не водил машину. Мы и огля­нуться не успели, как уже оказались в кювете.

По дороге мы слушали CD-плейер. Соб­ственно говоря, это единственное, что заста­вило отца примириться с новым грузовичком. Он обычно ставил какой-нибудь джаз и тихонь­ко наслаждался.

Наконец мы подъехали к тому месту, о кото­ром отцу сообщил дорожный патруль. Припар­ковались, вылезли из машины и надели на го­лову фонарики.

— Осторожнее, Кэсси, — предупредил отец, — водители тут носятся как сумасшедшие.

И правда, автомобили, свирепо урча и вспа­рывая темноту острыми кинжалами фар, проле­тали мимо на скорости километров сто двадцать в час. С двух сторон скоростного шоссе угрожа­юще сжималось темное кольцо леса. Я подняла голову, и луч света коснулся стволов деревьев.

В обычной обстановке лес нисколько меня не пугал. Но сейчас я никак не могла забыть, что мы с отцом меньше чем в трехстах метрах от так называемого лагеря лесорубов. Стран­но и страшно было идти по шоссе практичес­ки в ту сторону, где всего лишь час назад меня чуть было не убили.

Мы, наверное, не меньше получаса броди­ли взад-вперед по заросшей травой обочине шоссе, прежде чем лучик света от моего фона­рика выхватил из темноты дрожащий черно-белый комок меха.

— Папа, вот он!

Спотыкаясь, он подбежал, и луч от его фо­наря лег почти рядом с моим.

— Точно, — буркнул он. — Схожу-ка я за клет­кой. И не забудь надеть перчатки.

Как ты по­мнишь, скунсы — главные разносчики бешенства.

— Пап, я ведь сделала прививку.

— Никакая вакцина не дает стопроцентной гарантии, — проворчал он.

Я осторожно направилась к скунсу. Заметив меня, он свернулся в клубок, на котором ярко сверкали крошечные, будто бусинки, глаза.

— Не бойся, — прошептала я. — Все будет хорошо. Мы приехали, чтобы помочь тебе. Мы тебя вылечим. Тебе не будет больно, обещаю.

Есть у скунсов одна очень странная особен­ность. С первого взгляда они самые милые на свете зверьки. Кажется, будто это просто пуши­стые меховые шарики. Совершенно беззащит­ные. Но это не так. Беззащитные они только на вид. На самом же деле природа одарила их весьма и весьма действенным оружием.

Эти зверушки непременно предупредят вас о том, что лучше бы их оставили в покое. Если скунс поворачивается к вам спиной, это пер­вое предупреждение. Если он угрожающе зади­рает хвост кверху, это серьезное предупрежде­ние. Ну, а уж когда он приподнимается на цыпочки… пеняйте на себя!

Заметили, что скунс поворачивается к вам спиной и задирает хвост, — немедленно замри­те. Попомните мои слова, если окажетесь в такой ситуации. Каждый зверь отлично это знает. Медведям, енотам, волкам и большин­ству хищных птиц не нужно напоминать, что будет, если скунс задрал хвост.

Ну, а если вы думаете, что знаете, как пах­нет скунс, просто потому что вам доводилось натыкаться где-нибудь на шоссе на одного из них, попавшего под колеса, забудьте об этом. Это все ерунда, поверьте мне. Ничего общего. Если хотите понять, как воняет скунс по-насто­ящему, вообразите себе самый отвратитель­ный, самый тошнотворный, самый чудовищ­ный запах, умножьте его в тысячу раз, и то это будет достаточно приблизительно.

— Все в порядке, малыш, — проворко­вала я. — Не пшикай в меня, ладно? Я ведь твой друг, так что ты ведь не захочешь, чтобы от меня воняло, верно?