Читаем без скачивания Могильщики талантов (СИ) - Гаврюченков Юрий Федорович

За это и выпили.

— Святое! — одобрили со стороны корректуры.

— Константин Сергеевич, — Астролягов не стал терять время, когда ещё представится случай пообщаться с главой издательства не в суете офисной рутины, а на природе, пользуясь животворным действием алкоголя. — У меня есть идея по поводу детективной серии. Я тут почитал, что нам присылают, и сравнил с доставшимся наследием Плоткина.

— Ну, ну, — поддержал инициативу Матвеев.

— Я посмотрел на то, что происходит сейчас в стране и в мире, сравнил наполнение серии с общими настроениями… — Астролягов набрал в грудь воздуха. — Выпускаемые нами детективы безнадёжно устарели. Украинские события изменили мировоззрение граждан. Дискурс эпохи начала века исчерпал себя в две тысячи четырнадцатом году. Сейчас новый виток истории, а к нему потребны другие истории.

— Так-так, — покивал главный редактор подобно китайскому болванчику, Астролягов почувствовал себя идущим по тонкому льду.

— Надо сделать абсолютно новое наполнение детективной серии, и нам есть, откуда брать. В самотёке этого добра навалом.

— Про Донбасс и «крымнаш»? — разочарованно воскликнул кто-то из дизайнеров, протестуя против своих мыслей, гниющих в черепной коробке.

— Про Донбасс пускай издают конкуренты, — терпеливо продолжил Астролягов. — Я предлагаю совсем другое. Не романы про войну, а детективы.

— Про вампиров и оборотней? — хмыкнула из рядов большеголовая девушка, похожая на злобного пингвинёнка.

— Обожди, — поднял ладонь Матвеев.

Астролягов возблагодарил товарища Судьбу, что он так вовремя подпускает в оппоненты дураков. Без них объяснять замысел пришлось бы дольше.

— Я предлагаю делать детективы о людях. О самых обычных людях, оказавшихся в сложной ситуации. Это будут не героические люди, состоящие из достоинств и добродетелей, и не сказочные подонки в беде, а типичные граждане, наделённые характерным набором черт, подходящим для определённого психотипа. Распространённых типов психики немного. Они описаны в медицинской литературе и несложны для художественного воспроизведения. Кроме того, они хорошо узнаваемы. Наши герои, носители типических черт, действуют в ситуациях, являющихся шаблонными, но незаурядными. С такими мы все сталкивались, но не факт, что нашли тогда оптимальный выход. Самые расхожие ситуации типа разрыва с любимым человеком. Они были у каждого, но считанные разы. Но у каждого. Может, мы тогда не нашли выход, а наши герои будут находить. Они по сути своей близки нашему читателю и смогут его научить чему-нибудь, например, дать подсказку, как лучше поступить в сложной жизненной ситуации, или чего ждать от её развития. За это читатель будет больше ценить наши книги. Да и похожие на читателей персонажи вызовут радость узнавания и желание отождествить себя с героем. Надо, чтобы книги этой серии, развлекая, давали читателю практическое, полезное в жизни знание, а он хотел узнать ещё и покупал бы в магазине много других наших полезных книжек. Детективная канва будет просто для развлечения. Фантастических историй не надо. Простая жизнь интереснее любого вымысла.

— Это уже большая литература, — заметил Матвеев. — Справитесь?

— Не поработаешь — не проверишь, — сказал Алексей.

— Мы поможем, — ответил за весь отдел ведущий редактор Тантлевский. — Авторы есть. Детективы писать научим.

Матвеев молчал и всё меньше улыбался.

— Ну, что, даёте добро? — взял быка за рога Астролягов.

— Я вас услышал, — сворачивая деловой разговор, но не с видом, будто собрался послать, а потом сдержался на людях, улыбнулся Матвеев. — По трезвянке обсудим. А сейчас давайте накатим! — махнул он остальным.

Пока подлизы и подхалимы роились вокруг генерального директора, донося до тела свои потаённые чаяния и льстивые здравницы, девушка с лицом бульдога принесла из автобуса кейс. Поставила на пенёк, раскрыла, собрала лук и натянула тетиву. Надела крагу и напальчник, выпустила пять стрел, отходя с каждый разом всё дальше от мишени, пока не оказалась шагах в тридцати. Там она воткнула ветку, обозначив рубеж.

— Пошли, из лука стреляют! — вечно оживлённые дизайнеры оживились ещё больше.

Ответом им был тихий ропот корректуры.

— Объявляю соревнование, — Матвеев поднялся, за ним встали и все остальные. — Кто выбьет больше всех очков, получает бутылку коньяка!

Он направился к дороге, заметно припадая на левую ногу.

— Айда, позырим, — потянул Игорь за рукав.

Астролягов подумал, что впервые видит шефа идущим. В начале пикника он на это внимания как-то не обратил.

— Чего он хромает? — шёпотом, чтобы никто не услышал, спросил Алексей.

— А ты не знаешь? — Тантлевский был изрядно навеселе, даже очки запотели от могучих испарений. — Его в начале девяностых убить хотели, но не дострелили.

— Писатели?! — ужаснулся Астролягов.

— Бандиты. Конкуренты, наверное. Другие издатели, — пришло в голову Тантлевскому и он сам замер от раскрывшейся пред ним бездны.

— Отчего же не убили?

— Не справились…

Остальные его слова развеялись подобно дыму. Астролягов обнаружил себя на краю поляны прихлёбывающим джин-тоник. Банки были в руках у всех окружающих. Когда их достали, раздали, открыли, и чем это сопровождалось, Алексей не помнил.

Рядом стояла Ната. В одной руке она держала стаканчик с красным вином, в другой — ломоть лепёшки с луком.

— Любишь лук? — спросил Алексей.

— Люблю.

— Стреляла когда-нибудь? — ему захотелось обучить Нату, но, посмотрев на неё ещё раз, Алексей не нашёл уверенности признаться, что желание это осталось.

— Только ела, — сказала Ната.

Подул ветер. Вместе с хлопьями луковой лепёшки на землю полетели начинающие желтеть осенние листья. Астролягов проследил за ними взглядом и едва не улетел сам.

— И вот всё у нас так, — ни к кому не обращаясь, произнёс он.

На турнирном поле сменялись отважные стрелки. Катя надевала на них защиту, показывала, как держать руку, но тетива всё равно била по краге, а иногда и по коже. Стрелы летели мимо мишени, лишь изредка втыкаясь в край. Вышел опозориться даже Игорь. Он ничем не отличился, разве что пустил один раз совсем куда-то в крону.

— Приз за дальний выстрел! — заорал стоящий рядом покрытый цветными татуировками парень с пластиковым тоннелем в мочке, сквозь который можно было просунуть палец.

«Что за срань Господня?» — Алексей толкнул его в плечо и спросил:

— А ты дизайнер или верстальщик?

— Дизайнер-верстальщик! — гордо ответил татуированный.

Потрясённый Астролягов едва удержался на ногах.

Когда на рубеж вышел Дима, в скоплении литературных клерков послышался хохот. Край рубахи у Димы выехал из портков, фентэзийный редактор шатался, но лук ему всё же дали. Он решительно забрал у Кати крагу и сам надел на предплечье. Взял напальчник, сунул в задний карман три стрелы.

Кто-то из людей явно творческих вышел к мишенному дереву помочиться, но не успел.

— Ай, уберите его! — завизжала женщина-курица.

Креативного менеджера отволокли.

Астролягов встал в передний ряд и обнаружил, что оказался рядом с Матвеевым.

— Огонь! — скомандовал довольный гендиректор.

Дима отшагнул правой ногой, принял чёткую боковую стойку и быстро пустил стрелы, вытягивая их из кармана и вкладывая в гнездо тетивы с безупречной стремительностью робота. Они легли рядом в «бычий глаз», последняя стрела щёлкнула по оперению первой.

— Зачóт! — крикнул Матвеев. — Победителя прошу подойти ко мне!

Все дружно зааплодировали. Астролягов зажал банку в зубах и от души присоединился.

Дима получил бутылку коньяка, достал «Табарган», раскрыл, откупорил и принялся угощать всех желающих выпить за победу.

— Я как фентэзёй начал заниматься, так сразу пошёл на стадион «Динамо» и записался в секцию лучников. Так до сих пор и хожу, — бормотал он. — Дело нехитрое.

— Вопрос не стрелять, а попадать, — проявил спортивные познания Жорик.

— Не вопрос попадать. Твёрдая рука, плавный спуск…