Затем кто-то вспомнил о старых обменных ящиках. Вы когда-нибудь слышали про них? Они использовались давным-давно, еще до того, как наша раса покинула родную планету. Такие ящики требовались, когда двое хотели произвести обмен, но не знали языка друг друга. Обменный ящик состоит из двух одинаковых половин, каждая из которых разделена еще на несколько мелких отделений. Одна из половин оставляется пустой, а в другую кладутся разные вещи, предназначенные для обмена. Заполненное отделение закрывается стеклянной крышкой, которую нельзя убрать, пока в соответствующее отделение второй части не положат что-нибудь. Даже самый тупой дикарь быстро смекнет, что здесь к чему.
У нас, конечно, не оказалось такой штуки, но смастерить ее было очень просто. Вся беда в том, что мы не могли узнать, что нам положат в пустую часть, пока коробка не вернется обратно на орбиту. Но поскольку в тот момент нам было важнее наладить контакт, а не совершить сделку, это было не очень важно. Словом, мы отправили зонд с таким ящиком, ориентируясь на сигналы с первого зонда и надеясь, что народ с равнин не заметит спускаемый аппарат. После посадки мы открыли грузовой отсек и стали ждать.
Абориген сразу же решил исследовать новый зонд: он явно был достаточно разумен, чтобы любопытство пересилило страх, — несмотря на то что должен был видеть, как она подлетает. С коробкой он повел себя в точности так, как мы и ожидали: он положил разные вещи в каждый из отсеков пустой части и наверняка повытаскивал все из второй — но большую часть предметов вернул обратно. Одна из положенных им вещей оказалась весьма ценной — это как раз то, что мы до сих пор продолжаем получать от него. После этого мы послали новую коробку, заполнив в ней только одно отделение, соответствовавшее тому, куда он положил ту самую вещь. Идею он прекрасно уловил, и торговля благополучно продолжилась.
— Так что с языком?
— Ну, нам удалось узнать, как будет на их языке «да» и «нет», местные названия для нескольких металлов, а также название того вещества, которое он нам продает. Я могу вам дать запись его речи или письменную расшифровку — если вы хотите поговорить с этим существом.
— Большое спасибо. Это значительно проясняет ситуацию. Как я понимаю, с жителями равнинных регионов у вас проблем больше не возникало?
— Никаких. Мы старательно избегали контакта с любыми другими частями планеты. Как я уже сказал, у нас интересы скорее коммерческие, чем научные. Но если вы захотите послать туда какую-то свою аппаратуру, мы не будем в это вмешиваться. Только будьте осторожны: нам бы не хотелось, чтобы контакт прервался прежде, чем мы сами сможем наладить производство.
Кен усмехнулся:
— Все-таки вы очень последовательно стараетесь не говорить мне, что же вы оттуда получаете. Ну ладно, не буду лезть не в свое дело — да и вряд ли это знание мне чем-то поможет. Лучше всего будет, если вы предоставите мне полную базу данных по физико-химическим характеристикам планеты, информацию о которых вы успели собрать. Тогда я начну строить гипотезы относительно атмосферы, после чего отправлю туда зонд с оборудованием, которое сможет подтвердить или опровергнуть мои догадки. Это будет проще, чем пытаться притащить сюда образцы для анализа.
Драй поднялся со своего сиденья и кивнул:
— Я не говорил, что вы не должны знать, что именно мы получаем с планеты, — заметил он. — Но я сделаю гамак из кожи того обитателя базы, который сообщит вам это!
Техник, до сих пор молча слушавший разговор в отдалении, повернулся к механизму другого зонда и заговорил:
— Что до информации о планете, ее очень немного. Ее диаметр больше диаметра нашей планеты примерно на треть, то есть по объему она почти в два раза больше, чем Сарр. Масса планеты тоже примерно вдвое больше, хотя средняя плотность вещества, судя по всему, несколько ниже. Средняя температура — чуть ниже точки замерзания калия. Атмосферное давление не измерено, химический состав атмосферы неизвестен. Период обращения — один и восемьдесят четыре сотых саррианских дня.
— Понятно. На планете, где мы сейчас находимся, вы сможете достаточно легко обеспечить аналогичную температуру, если выберете подходящее место на темной стороне. Если это понадобится, то обеспечить имитацию смены дня и ночи будет не слишком сложно. То есть основная проблема связана с атмосферой. Теперь мне осталось поразмыслить, каким способом к ней можно подобраться.
Сказав это, Салман Кен медленно направился в сторону своих апартаментов. Но размышлял он отнюдь не только об атмосфере, состав которой ему предстояло проанализировать. Гораздо больше его занимала таинственная раса, живущая на плоских, холодных равнинах Третьей планеты, а также способы оборвать торговые контакты с местными жителями — если, конечно, таинственный товар и есть та самая вещь, которую ему поручено отыскать.
Кроме того, его беспокоил вопрос — не выглядело ли его безразличие к основному предмету экспорта планеты слишком преувеличенным?
4
Круг радиусом в три мили вмещает целых двадцать восемь квадратных миль, то есть примерно восемнадцать тысяч акров. Как следствие, карта, сделанная Роджером и Эдит Винг была не столь детальной, как хотелось бы. С другой стороны, отец согласился, что на покрытых лесом горных склонах не так много мест, заслуживающих нанесения на карту. То же, что дети в результате ему показали, включало каждую тропинку и ручеек, какие он только знал. А главное — карта была несомненным доказательством того, что дети действительно побывали во всех местах этого района. Именно этот недостаток опыта у дочери он и хотел восполнить, чтобы у нее отпала необходимость постоянно ходить только по тропинкам.
Наконец Джон Винг поднял взгляд от потрепанного блокнота. Вся семья снова собралась у камина, и оба картографа устроились на подлокотниках его кресла. Дон сидел на полу, а Билли занимал свое место у него на плечах; Марджори находилась на коленях у матери. Все ждали окончательного решения.
— Похоже, вы сделали неплохую работу, — сказал наконец мистер Винг. С помощью такой карты любой смог бы отыскать здесь дорогу. Эди, а без нее ты справилась бы?
— Конечно, папа, я в этом уверена, — сказала она несколько удивленно. — А надо?
Отец пожал плечами.
— Это уж тебе решать, носить ли ее все время с собой. Необходимости в этом нет никакой. Ну что, вы разработали график патрулей?
Роджер включился в беседу, наклонившись поближе к отцовскому плечу и пользуясь картой для иллюстрации своих слов.
— С разных сторон к этому кругу радиусом три мили подходят восемь тропинок. Мы с Доном каждый день обходили их по окружности, чтобы убедиться, что ни по одной из них никто не ходил. На каждой из этих тропок есть места, где практически невозможно пройти, не оставив никаких следов, так что нам не составляло большого труда определить, были там люди или нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
