списке потенциально обитаемых планет. Почти никто не сомневался, что там есть жизнь – какая-то. Но не было уверенности, что эта жизнь разумна. Тем не менее, по сравнению с другими планетами, которые даже в теории оставались просто булыжниками в космосе, Глизе была лакомым вариантом. Планеты в «Исходе» назначались методом жеребьевки, и получить направление на Глизе воспринималось как большая удача.
– Кому же в итоге повезло? – осведомился Киган.
– Туда был направлен колониальный корабль «Татенен», один из самых больших в «Исходе». Он перевозил примерно пять тысяч человек. Судя по сохранившимся у нас данным, «Татенен» благополучно добрался до Глизе и приземлился.
– Приземлился или рухнул? – уточнил Рале.
– Приземлился и даже послал сигнал на Землю.
Это значило очень много. Посадка любого колониального корабля была авантюрой. Люди в большинстве случаев выживали – хотя бы часть экипажа. Но чем мягче проходила посадка, тем больше оборудования и припасов оставалось в их распоряжении. «Татенен» преодолел не самый опасный путь, мягко опустился на планету с хорошими условиями, там должна быть развитая колония!
Но если бы все было так идеально, с исследованием планеты не стали бы тянуть.
– Его ведь в итоге потеряли, не так ли? – печально улыбнулась Ноэль. – Как и все остальные корабли…
– Сложно сказать, когда именно прервалась связь. Развалился сам проект «Исход», и даже если «Татенен» пытался связаться с командованием, им просто не отвечали. А век спустя, когда «Исход» был восстановлен космическим флотом, молчал уже «Татенен».
Вряд ли это произошло просто так. Альда знала, что ей не нужно придумывать лишнего, нужно просто слушать капитана и все. Но воображение не всегда подчиняется здравому смыслу, и теперь оно безжалостно рисовало тот ужас, который, должно быть, пережили колонисты. Они попали не просто на райскую планету, они попали в мир, где уже была жизнь. Которая могла не обрадоваться их прибытию! Улететь они не могли, они молили о помощи – а в ответ получали только глухую тишину…
– Планета расположена не так уж далеко от Земли, туда несложно направить разведывательное оборудование, – указал Стерлинг Витте. – Не обязательно лететь команде, планету можно изучить дистанционно!
Конечно, этого хлебом не корми – дай работы избежать!
– Это уже было сделано, – кивнула Лукия. – Но мы смогли использовать только орбитальные спутники. Электромагнитный фон в атмосфере Глизе быстро выводит из строя дроны, и запустить туда хорошие камеры не получилось. Но кое-что мы увидели.
Картинка на экране сменилась. Теперь вместо планеты перед ними предстала плотная горчично-желтая дымка, через которую едва просматривалось нечто странное. Сначала Альда вообще не понимала, на что смотрит, но быстро догадалась: это рельеф планеты, съемка с тех самых спутников, о которых говорила капитан.
Глизе не была цветущим садом, это уж точно. Дымка мешала толком рассмотреть ее, однако Альда видела, что там очень много пустынных земель, а между ними располагаются то ли горные долины, то ли гигантские кратеры. Центром каждого из них служило очень большое озеро правильной круглой формы, вокруг которого поднимались скалистые берега. И эти берега не были пустынными!
Сейчас все внимательно присматривались к снимкам, но первой задать вопрос решилась Ноэль:
– Это что… города?!
– Все на то указывает, – ответила Лукия. – Нам по-прежнему известно очень мало. Но теперь мы знаем, что там есть жизнь, способная возводить города.
– Так может, это люди? – предположил Киган.
– Маловероятно. Во-первых, городов слишком много и они разбросаны по всей планете. Люди вряд ли могли добиться такого результата всего за один век. Во-вторых, наши спутники обнаружили «Татенен». Он выглядит покинутым и неиспользуемым.
– Это ничего конкретного не означает, – заметил Рале.
– Но на многое намекает.
Тут Альда была согласна с капитаном. Корабль должен был оставаться центром жизни людей на планете – хотя бы первое время. Неужели они бы рискнули бросить его просто так? Не использовать, а именно бросить? Нет, вряд ли…
Их там ждала другая жизнь. Совершенно другая! От этой мысли мурашки шли по коже. Нет, Альда знала, что это не первый случай обнаружения разумной жизни во вселенной. Но сама-то она с таким не сталкивалась!
Теперь вариантов нет. Раз им рассказали о Глизе, значит, они летят туда – и вовсе не затем, чтобы посылать спутники и дроны. Когда Альду только определили на «Северную корону», одна лишь возможность ступить на другую планету приводила ее в детский восторг. Но то, что произойдет на Глизе… это больше, это важнее!
– Завтра мы будем возле Глизе, – предупредила Лукия. – Дальнейшие инструкции вы получите от меня на месте. Можете быть свободны.
Альда видела, что грядущая миссия повлияла на всех. Они ведь с таким раньше не сталкивались, сколько бы они ни служили во флоте! Даже Киган больше не приставал к ней, совершенно позабыв об их недавнем споре.
И только Триан, за всю встречу не проронивший ни слова, по-прежнему вел себя так, будто ничего особенного не произошло. Наблюдая за ним, Альда невольно задумалась: а готова ли Глизе со всей своей разумной жизнью к его прибытию?
* * *
Это была голодная пора, опасная пора, и Рива знала, что рано или поздно дойдет до беды. Она и рада была бы ошибиться, да куда там! Она поняла, что сбылись ее худшие опасения, когда к ее дому прибежали девочки, жившие на соседней улице.
– Рива, Рива, мама сказала, чтобы ты пошла и посмотрела!
– На что?
– Мама сказала, что люди сейчас солдата сожрут! Она сказала, чтобы ты помешала!
Рива, на самом-то деле, была немногим старше этих девочек. Она заметно вытянулась за минувшие сезоны, но все равно уступала в росте взрослым. Ее грудь оставалась плоской, бедра – узкими, ее тело не было готово к рождению ребенка. Так что было странно получать просьбу о помощи от матери этих детей, кто-то другой на месте Ривы вообще не имел бы права голоса в такой ситуации!
Но она уже знала, что не должна сравнивать себя с другими, и знала, почему. Ей рассказали те, кто заботился о ней после смерти родителей.
Ее отец был главой сообщества людей. Именно он связывал их между собой, не давал им забыть свое прошлое, он вел переговоры от их имени с сеншеном. Конечно, отец все равно был не выше, чем таруа – и уж точно не выше, чем холини. Но его очень уважали, потому что он помнил многое из того, что другие забыли. Он помнил про Татенен!
Он любил свой народ, а потому не готов был держаться за ту жалкую жизнь, которая была дозволена сообществу людей холини. Отец планировал восстание, а мать помогала ему в этом. Они понимали, что вряд ли смогут забрать себе весь город или вернуть Татенен. Но они хотели показать холини и таруа, что люди тоже имеют определенные права! Они хотели добиться уважения
