Читаем без скачивания Авантюристка - Дина Константинова

Когда мы открыли вторую бутылку, Клер уловила момент и незаметно для наших кавалеров шепнула мне на ухо:

– Ты полегче с шампанским… Я, между прочим, им пальму поливаю…

– Не поняла юмора, – сказала я сама себе, а потом увидела Клер в действии.

За ее креслом стояла пальма в красивом горшке. Именно туда она потихоньку отливала шампанское. Ясно. Теперь мне стало понятно, как она столько пьет и не пьянеет. А ларчик, как говорится, просто открывался. Пальма! И как она додумалась до такого? Мне это показалось просто гениальным. Поливать пальму шампанским…

Музыка гремела вовсю. Народ, разгоряченный и полупьяный, плясал и веселился. Когда Либерман откровенно и нагло обнял Клер за талию, она мило отклонилась и обратилась ко мне:

– Вы не составите мне компанию, мне нужно в дамскую комнату?

Уже в туалете объявила:

– Значит, так… Я поведу его к себе. Минут так через двадцать. Ты уходи либо раньше, либо сразу за нами и иди в каюту. Я его подразню и отправлю за очередной бутылкой шампанского. Ты в этот момент зайдешь ко мне и спрячешься в шкафу. Я уже смотрела – там можно оставить дверцу открытой. Обзор – что надо. Прямо напротив кровати. Ну а там – дело техники.

– А этого куда? – вздохнула я о Марке.

– Ой, – скривила нос Клер. – Нужен он тебе? Этот еще тот прохвост. К тому же женатый.

– Откуда ты знаешь? – вспыхнула я.

– Чую, – просто ответила Клер. – И вообще, я не понимаю… Ты вроде как при деле. Ну, скажи ему, что голова болит. Завтра еще целый день – наворкуетесь…

Вернувшись в бар, мы застали Либермана и Марка в действии. Либерман, сильно жестикулируя руками, пытался Марку что-то объяснить, но тот, судя по выражению лица, плохо понимал, что ему втюривали. Увидев меня, Марк взмолился:

– Да помогите же мне, наконец! С того момента, как вы ушли, он мне что-то рассказывает. Но я плохо понимаю. Он рассказывает про какие-то картины… Он что, художник?

– Ага, типа того… У вас от головы, случайно, ничего нету?

Конечно, ничего у него не было. Откуда? Только женщины таскают анальгин в сумочке. У мужчин обычно набор стандартный – сигареты (если курит), ключи и презервативы. Похлопав по карманам, Марк сказал: «Нет». А я подумала, что по карманам можно было и не хлопать. Ведь он и так знал, что там есть и чего нет!

– Ох, прошу меня извинить, – вздохнула я, массируя висок. – Голова просто раскалывается! А утром так рано вставать… Я вас покину.

Марк изменился в лице. Я развела руками, как бы говоря: «Что поделаешь? Сама от себя такого не ожидала…»

– Я вас провожу до каюты, – сказал он, приподнимаясь.

Я пробубнила, что не стоит, но он не послушал. Поднявшись, взял меня под локоть, вежливо поклонился Клер и Яше и повел меня из бара.

Покинув бар, мы поднялись на верхнюю палубу.

– Давайте прогуляемся, – предложил он, сжимая мое плечо.

– Я же вам сказала, что плохо себя чувствую, – попыталась выкрутиться я.

– Да бросьте вы… Вы же сами этого хотели. Уж я-то знаю…

После этих слов он заключил меня в свои объятия и, прижав к стенке, попытался поцеловать. И тут же прозвучал хлопок. Я даже сама не сразу сообразила, что отвесила ему пощечину.

– Наглец, – прошептала я, несколько опешившая от скорости своей реакции. – Пошел вон!

Не дождавшись, пока он соизволит что-либо сказать, я поспешила к себе. Нет, нет на свете романтиков! Всем одно… Кобели!

Ругаясь, влетела к себе в каюту, плюхнулась на диванчик. Нет, ну нахал! «Вы же сами этого хотели!» Неужели он решил, что я специально сказала про головную боль, чтобы увести его из бара? Да пошел он… Вот они, блондины. Что бабы, что мужики – одного поля ягоды.

Анализировать ситуацию времени не было. Скоро должны были прийти Клер с Яшей. Чуть приоткрыв дверь в свою каюту, я стала ждать.

Через несколько минут в конце коридора послышались шаги. Погасив свет в прихожей, я аккуратно подошла к двери, выглянула… и увидела Марка. Он, пошатываясь, шел и прислушивался у каждой двери. Меня окатила волна раздражения. Он здесь был совсем не нужен! Распахнув дверь, я вышла в коридор.

– Какого черта вам здесь надо?!

– А я вас ищу, – улыбнулся он, и мне наконец стало ясно, что он хватил лишку.

– Я так и поняла. Идите-ка лучше спать…

– Вы меня ударили, – обиженно сказал он, поравнявшись со мной и дыша мне в лицо.

– И еще раз ударю, если вы сейчас же не уйдете к себе!

– А вы тут не командуйте! – уже громче сказал он, и тут в конце коридора послышался смех Клер.

– Да идите вы отсюда, – толкнула я его. – Идите! Идите спать, вы пьяны!

– А, у вас тут сбор, – протянул он, поворачиваясь. – Я так и понял…

Ситуация складывалась как нельзя хуже. Черт меня угораздил с ним познакомиться! Не мужик, а банный лист какой-то! И что он теперь хочет мне сказать?

– Вот вы где, голубки, – хихикнул Либерман, поравнявшись с нами. Он тоже был сильно пьян, но, в отличие от Марка, светился, как фонарь.

– Пойдем, котик, – ласково поманила его Клер, отпирая дверь своей каюты, и недоуменно взглянула на меня.

Я пожала плечами.

– Ладно, – обиженно сказал Марк. – Я уйду…

Он поплелся прочь по коридору. Клер, открыв дверь, втолкнула вовнутрь радостного Либермана и, быстро повернувшись ко мне, сказала:

– Десять минут, и он пойдет за шипучкой. Не спи…

Я оставила дверь открытой – уселась в кресло и стала ждать. Через десять минут, как и было обещано, хлопнула дверь напротив – Яшу отправили в бар. Я тут же подхватила свою аппаратуру и вышла в коридор. И опять наткнулась на Марка.

– О! – удивленно пропел он, глядя на фотоаппарат в моих руках. – Так вы снимаете на пленку ваши грязные похождения? Для порножурнала?

Не успела я открыть рот, чтобы ответить на это приставале, как из-за двери возникла Клер.

– Все, – скомандовала она. – Идите спать! Вы пьяны!

– Я пьян! Да! А вы, наверное, тут главная звезда, – усмехнулся Марк, подперев стену. – Можно я буду зрителем?

– Так, – прошипела Клер и действительно стала похожа на кобру. – Если вы не исчезнете отсюда сейчас же, я найду вашу жену…

Марк изменился в лице. Потом выпрямился, несколько протрезвев. Клер смотрела на него, он на нее, а я на них обоих. Потом Марк повернулся, и, ничего больше не сказав, зашагал прочь.

– Ну, что я тебе говорила, – сказала Клер. – Женат, сволочь. Давай, быстро в шкаф!

Глава 5. НАПАДЕНИЕ

Шкаф был тесноват, но зато из него открывался шикарный вид на кровать. Прямо-таки картинный. Я прикрылась платьем Клер, висевшим на вешалке, и таким образом хорошо замаскировалась. Клер лично проверила – с кровати меня не было видно. Выбрав нужный угол, я приготовила аппарат и стала ждать. Сидеть спокойно было трудно. Мне, от злости на Марка, очень хотелось раздолбать кулаком весь шкаф. Женат, гад! А я повелась! Спокойно, спокойно…

Яков Давыдович вернулся быстро. В руках он держал бутылку шампанского, правда, уже не французского, а какого-то местного. Самой бутылки я, конечно, не видела. Но узнала об этом из комментариев Клер.

– Это еще что? – разочарованно спросила она, разглядывая бутылку.

Либерман что-то ответил, но даже я не поняла, что именно он сказал.

– Ах ты жмот, – ласково пожурила его Клер. – Зажал на французское!

– Иди к папочке, – прошептал Либерман, не поняв, как именно его назвали.

Клер оттолкнула Либермана на кровать, и он послушно упал. Как мешок с картошкой. Она встала, стала медленно и соблазнительно снимать с себя платье. Делала она это так профессионально, что даже я зазевалась. Скинув платье, Клер подошла к кровати, наклонилась над Либерманом, щелкнула его по носу. Я начала съемку…

Скажу честно – смотреть, как она раздевала Якова Давыдовича, было несколько противно. Во-первых, он оказался в невозможных семейных трусах в полосочку. Никогда не понимала, как можно носить эту ошибку производителя! Хотя когда-то давно был у меня приятель – любитель семеек. Он убеждал меня, что в них очень свежо. Спорить с ним я не стала по простой причине – я не могла оценить их «свежесть» на себе. Во-вторых, оказалось, что Яша до ужаса волосат. В голом виде он напоминал скорее шимпанзе, чем гомо сапиенса. В-третьих, его шаловливые ручки тряслись мелкой дрожью, хватая Клер за плечи. Так и хотелось стукнуть его по рукам. Борясь с отвращением, я щелкала. Раз, два, пять, семь… Молодец, Клер! Но тут случилось нечто непредвиденное: на палубе начался переполох. Кто-то бегал, кричал, потом послышались выстрелы…

Клер вскочила с кровати, вытаращила глаза и бросилась за платьем. Либерман, приподнявшись на локтях и плохо соображая, схватил ее за руку и потянул обратно. В этот момент окно разлетелось вдребезги и в каюту влетел человек в черной самке с автоматом наперевес.