нарваться на тех гнупи, которые служат Тейзургу.
– К Лорме, – запавшие глаза Монфу обреченно блеснули. – Больше некуда.
– Она же нас сожрет! Или не сожрет… Помнишь ту книгу, с рецептом для вурванов – они еще спрашивали, попадались ли нам такие сведения в наше время?
– Я как раз об этом и подумал. Один обмолвился, что книга уникальная, в единственном экземпляре. Рецепт я запомнил. Ты ведь тоже запомнил? Мы и ей угодим, и… и от него избавимся… потому что она…
Воспрянувший Куду кивнул. А потом снова сник:
– До нее еще надо добраться…
– Призовем кое-кого. Там, – Монфу ткнул пальцем вниз, указывая на замусоренный пол, – не все его любят, есть и враги. И у нее там есть союзники. А мы хоть и раздавленные червяки, но маги, и можем призвать червя, которого никто не в силах раздавить.
Куду содрогнулся, когда понял, что он говорит о Вуагобу Ненасытном.
– Сожрет…
– Нет, если мы скажем, что служим Лорме. Они друг другу полезны, и он доставит нас к ней, и не позволит другим на нас напасть.
– Тогда не будем тянуть, пока нас не нашли!
– Я об этом и толкую. Я сформирую заклятье призыва, а ты откроешь Врата. Приготовься.
Куду снова кивнул, пытаясь совладать с дрожью.
А что им еще оставалось?
Опять не закрыл до конца жалюзи, солнце бьет в глаза – сквозь горизонтальные просветы, сквозь веки, сквозь расстояния и миры. Пора вставать, отвезти Михаса на тренировку, а Тим к учительнице рисования, не опоздать бы к назначенному времени…
Едва подумав об этом, он обнаружил, что Тим уже там. Сидят вдвоем за столом: полноватая девушка-незийка с коллекцией сережек в заостренных ушках и худенькая темноволосая девочка. Перед ними карандаши и бумага.
Почему-то он видел их сверху, как будто из-под потолка.
– Что сегодня рисуем? – спросила Шениролл у своей ученицы.
– Я хотела попросить… – начала девочка тихим серьезным голосом. – Чтобы ты нарисовала дорогу… Только не просто так, а по-настоящему. Ты ведь умеешь рисовать по-настоящему!
– Ты тоже научишься. Лучше давай, ты сама нарисуешь дорогу, а я буду подсказывать, что и как.
– Нет, – Тим мотнула челкой. – Надо, чтобы дорогу домой для него нарисовала ты. Потому что ты можешь по-настоящему.
– Послушай, я уверена, что его в конце концов найдут. Этим занимается Космопол, и еще какие-то службы подключили…
– Если он там, где мы думаем, его никто не найдет. Он только сам может оттуда вернуться. Поэтому нужно, чтобы ты нарисовала ему дорогу домой. Настоящую дорогу.
– Ладно, – Шениролл улыбнулась – невеселой улыбкой взрослого, который хочет утешить расстроенного ребенка. – Давай так: я рисую дорогу домой – а ты придорожные пейзажи и все остальное, согласна?
– Хорошо. Но у меня это будут просто картинки карандашом на бумаге.
– У меня то же самое.
– Не то же самое, ты ведь можешь рисовать по-настоящему, – девочка придвинула ей лист. – Начинай, ладно?
Художница взяла карандаш и провела первую линию.
Он открыл глаза. Жалюзи исполосованы рвущимся в комнату солнечным сиянием.
И опять ему снилось что-то странное, не имеющее отношения к текущей реальности.
Глава 2. Горная Аленда
У этого дурацкого курорта и название дурацкое – Горная Аленда. То ли триста, то ли четыреста лет назад тогдашний князь Нангера женился на принцессе из династии Дарчеглерумов, и когда она заскучала по Ларвезе, переименовал один из своих городишек в Аленду. Только добавил «Горная», чтобы никто не перепутал. Разве не придурок? Чворку ясно, эта краля у него за спиной крутила и с тем, и с этим, потому что все они такие.
Выждав, когда полицейский в шлеме с плюмажем отвернется, Дирвен сплюнул возле бронзовой таблички, сообщавшей главные факты из истории города, и с независимым видом двинулся дальше.
На нем была куртка «горного лучника» с красными и желтыми галунами – не настоящая, из тех, что продаются для приезжих, и цветастая нангерская шляпа с лихо загнутыми полями. Вырядился как недоумок-курортник, чтобы затеряться среди других ряженых бездельников. На нангерских целебных источниках толчется масса народу, самое подходящее место для передышки. Главное, смотреть в оба и не нарваться на кого-нибудь, кто может его опознать.
Он выполнил несколько хитрых финтов с амулетами и якобы отправился в Руфагру, а на самом деле сюда. Удалось ли сбить с толку преследователей, одни крухутаки знают, но пока от Самой Главной Сволочи ни одной весточки. И никаких признаков, что за ним увязались агенты Крелдона или наемники Лормы.
Пешеходная булыжная улочка забирала в гору, над ней сплошным кованым кружевом нависали вывески: галантерейные лавки, цирюльни, рестораны, аптеки, «Часы и лупы», «Настоящий алендийский шоколад», магазинчики сувениров – последние на каждом шагу. Плакаты на тумбе посреди перекрестка обещали на нескольких языках «Гарантированные притирания для вечной молодости» и «Захватывающие опасные приключения в горах с подлинными разбойниками без риска для жизни».
Дирвен высматривал бордель, должны же они тут быть. Он уже сколько времени без поимелова, словно придурок-воздержанец. Если б его не выслеживали все кому не лень, подкатил бы к какой-нибудь прямо на улице… Но вдруг попадется дрянь, которая закатит скандал, это привлечет к нему ненужное внимание всякой мимопроходящей сволоты.
«Самые горячие у нас» – обещала вывеска возле арки в стене. Дирвен туда и повернул, надеясь, что речь идет не о лечебных пиявках и не о знаменитых нангерских оладьях.
С некоторых пор его так и тянуло отправиться в путешествие. Такое бывало и раньше – и здесь, и до Сонхи, до снежной завесы. Что там осталось, за этой завесой, он не помнил, но ощущение знакомое. Словно ветер, который пронизывает тебя насквозь, и под его напором нет ничего незыблемого.
Несколько дней подряд он слонялся с утра до вечера по улицам Ляраны. В народе пошли слухи, что опальный наместник мечется туда-сюда и места себе не находит от великого огорчения, потому что лишился должности. Одни его жалели, другие осуждали. Мадрийский торговец предложил место охранника в караване. Он бы согласился, но на верблюде по Олосохару – не то. Его преследовал смутный, но непреодолимый зов дороги. Это должна быть именно дорога, а не верблюжья тропа среди барханов. Почему? Он не знал ответа на этот вопрос.
Подходящих людей в ляранскую полицию он уже набрал, вдобавок теперь есть Городской совет и хранительница города. Дальше справятся без него. А он пойдет на
