Читаем без скачивания Ложь под звездным соусом - Ирина Градова

– А кто она такая, удалось выяснить? – спросила Регина.

– Кажется, модель.

– Надо ее разыскать. Вряд ли молодая любовница могла иметь имущественные претензии к Сугривину… Если только она не беременна! В любом случае поболтать с ней не мешает. Существуют всего две возможности: либо смерть Сугривина связана с работой в концерне, либо – с личной жизнью.

– Кроме Марии, ни одна жена не выразила печали по поводу его гибели, – заметил Артур. – Даже нынешняя, а ведь они не так давно женаты!

– Похоже, мужик он был дрянь, – пробормотал себе под нос Иван.

– А может, она в курсе существования любовницы? – предположила Алена.

– И это – мотив, – подытожила Ольга Шаевна. – Если наличие любовницы – правда, то третьей супружнице этот факт вряд ли доставил бы удовольствие! Что там он нажил, находясь в третьем браке?

– Несколько объектов заграничной недвижимости и квартиру на Крестовском острове, – быстро отрапортовала Алена.

– Нехило! – ухнул Артур.

– Как у нас с алиби Устиньи? – поинтересовалась Регина.

– Да никак, – вздохнула Ольга Шаевна. – Я отправила Лешу… Пусть он сам расскажет, ладно?

Все посмотрели в сторону Алексея Нахабцева, самого младшего члена команды. Он был студентом-второкурсником, но внешне походил на восьмиклассника: маленький, юркий, с ярко-рыжими волосами и бесцветными ресницами, парень плохо вписывался в интерьер офиса.

– Я опросил соседей с этажа, – начал паренек, метнув быстрый взгляд в сторону Устиньи. – Двое подтвердили, что видели, как она вернулась где-то около восьми вечера, но никто из них не знает, выходила ли снова.

– Я не выходила, – сказала Устинья.

– Чем вы занимались весь вечер? – спросила Регина. – Может, телевизор смотрели?

– Если вы об алиби – типа, я смотрела футбол и знаю счет, – то при наличии Интернета это вряд ли прокатит! А вообще у меня и телевизора-то нет.

– Как это – нет телевизора?! – изумился Артур. – Что – совсем?

– Да нет, на три четверти! – фыркнула девушка. – Конечно, совсем!

– А что же ты делаешь… делала, когда с работы приходила?

– Я читать люблю. Не пробовал?

– Ладно, детки, цыц! – сочла нужным прервать перепалку Ольга Шаевна. – Ни телик, ни книжки не могут, к сожалению, подтвердить алиби Устиньи. Это плохо, но не критично: в конце концов, если бы она действительно убила Сугривина, наверняка постаралась бы подготовиться, так?

– Нет, не так, – возразила Регина. – Напоминаю всем еще раз: тот, кто убил Сугривина, не готовился специально – об этом говорит и выбор оружия, и сам способ преступления. Такое впечатление, что он просто схватил первое, что подвернулось под руку. Вспомните, убитый был здоровенным, грузным мужиком!

– Ты хочешь сказать, что убийца защищался?

– Вполне вероятно. Или он не собирался убивать, но при виде Сугривина вышел из себя и… Или Сугривин сказал или сделал что-то такое, чем вызвал гнев убийцы. Короче, пока мы нисколько не продвинулись в расследовании. Это ничего, – добавила Регина, видя, что команда приуныла. – Мы же только начали!

– Эх, Захара бы сюда! – пробормотал Иван. – С ним бы дело быстрее пошло…

– Согласна, но его нет. Так что своими силами будем обходиться!

– Да, у вас-то как, Регина Савельевна? – вдруг задала вопрос Алена. – Вы говорили с кем-то из коллег Сугривина?

– Говорила. Меня больше всех интересовал генеральный директор «Пугачеффа» Кузьмин, но с ним встретиться не удалось: говорят, он в командировке.

– То есть он не в курсе, что его родственник убит? – уточнила Ольга Шаевна.

– В курсе. Он уехал уже после того, как тело Сугривина обнаружили.

– Как интересно!

– Деловой человек, – процедил Иван. – Ничто, даже смерть близких, не может заставить его забыть о контрактах!

– Действительно, странное поведение, – усмехнулась Регина. – Кузьмин поставил на ноги всех, кого мог, напряг прокурора города, а сам «слился». Но мы должны иметь дело с тем, что есть, а не с тем, с чем хочется. Зато я поболтала с дежурным охранником на этаже, который видел, как вы, Устинья, покидали кабинет начальника в день, когда он на вас набросился.

– И что?

– Охранник говорит, что ничего криминального не заметил.

– Я очень быстро проскочила к лифтовой площадке, потому что не хотела, чтобы кто-то догадался…

– Парень сказал, что вы действительно пронеслись мимо, с «большими глазами», как он выразился, и рванули к служебному лифту.

Устинья сглотнула комок в горле. Она не знала, что к этому добавить.

– Ничего удивительного, – продолжала Регина. – Естественно, что девушка, которую едва не изнасиловали, пытается скрыть следы происшедшего и не станет их всем показывать. Сугривин, само собой, тоже ни за что не признал бы этот факт. Видимо, получив по яйцам, он предпочел отсидеться в кабинете, а не жаловаться охраннику!

– А хорошие новости вообще есть? – спросил Артур.

– Одна есть. Мне удалось встретиться с человеком, который работал еще при старом заме генерального.

– С кем же? – немного воспрянула Устинья.

– С Игорем Колесниковым, помните такого?

– Конечно! Он один из немногих, кому удалось остаться после пертурбаций с назначением Сугривина.

– Так вот, он о вас очень хорошо отзывается – говорит, когда вы работали с Галиевой, та на вас нахвалиться не могла.

– И как это нам поможет? – спросила Алена.

– Пока не знаю. В любом случае нам пригодится хорошая характеристика от человека, который знает Устинью с самой лучшей стороны. Это не снимает с нее подозрения в убийстве, но кое-что объясняет в отношении ее увольнения из финансового отдела. Надо узнать, как им удалось провернуть фортель с «ошибкой» Устиньи, и тогда, возможно, мы докажем, что уволили ее незаконно.

– А как мы могли бы это узнать?

– Нужно познакомиться поближе с кем-нибудь из финансового отдела «Пугачеффа». Может, там найдется девушка, которая что-то знает? – предположила Регина и посмотрела на Артура. Тот заерзал на диване, потому что все взгляды теперь были обращены к нему.

– А чего сразу я? – забормотал он.

– Ты же у нас самый красивый, – спокойно пояснила Инна. – На тебя вся надежда!

– Вы, что, предлагаете мне…

– Да бог с тобой, Артурчик, как ты мог такое подумать! – перебила Регина, делая строгое лицо. – Я просто хочу, чтобы ты попробовал познакомиться с кем-нибудь из финансового отдела концерна, и, возможно, этот человек сумел бы нам помочь. От тебя не потребуется ничего, противоречащего твоим моральным принципам.

Алена не сдержалась и громко фыркнула, но Регина сделала вид, что ничего не заметила.

Артур слыл дамским угодником, и вряд ли у кого-то могла возникнуть мысль о наличии у него высоких моральных устоев, которые он боится поколебать.

– И что мне делать? – спросил он, разводя руками. – Не могу же я просто прийти в отдел и пригласить на свидание понравившуюся мне девушку!

– Это мы обсудим позже, ладно? – предложила Регина, поняв, что в целом парень задачу уяснил. – Мамочка, что ты нарыла о «Пугачеффе»? – обратилась она к Ольге Шаевне.

– Только то, что в последнее время концерн переживает не лучшие времена.

– Неужели? – удивился Иван. – Что, народ выбирает трезвость и перестает пить пиво?

– Во-первых, сейчас кризис, дорогой, – улыбнулась Мамочка. – Но это не главное. У «Пугачеффа» трения с его главным конкурентом.

– И кто же этот конкурент? – спросила Регина.

– «Живая вода». Оказывается, они – вторые по объемам выпускаемой продукции и уже много лет соперничают с «Пугачеффым» за первое место!

– Знаю я эту «Живую воду», – вставила Инна. – У них квас лучше, чем «пугачеффский»!

– Ты бы лучше этикетку внимательно читала, – буркнула Устинья.

– А что такое?

– Ты видела, из чего они этот квас делают? А срок годности – представляешь, что они туда заливают, чтобы он полгода хранился?!

– Они же выгнали тебя, а ты их защищаешь? – возмутилась Инна.

– Не защищаю, а правду говорю! – возразила Устинья, упрямо поджав губы. – Рафия всегда билась за то, чтобы стандарты производства не снижались. Действительно, из-за финансовых трудностей руководство предпринимало попытки удешевить процесс, рассматривало китайское сырье, не особо качественное, но Рафия отстаивала старые, проверенные, хотя и более дорогие технологии…

– Погодите, – перебила Регина, – Рафия же не имела отношения к производству, верно? Она занималась связями с общественностью.

– Они начинали вместе с Кузьминым, – пояснила девушка. – Рафия знала весь процесс производства и многим занималась сама, но с тех пор, как концерн расширился, было решено, что ему необходим человек, который взял бы под контроль именно это направление. На самом деле Рафия следила за тем, чтобы конкуренты не переходили Кузьмину дорогу. В ее обязанности входило немедленно сообщать ему о любых телодвижениях противника. Что же касается продукта концерна, то оно всегда отличало нас… то есть «Пугачеффа», от той же «Живой воды», и как раз благодаря этому «Пугачефф» держался на первом месте! А когда Рафия ушла… Я, конечно, не знаю наверняка, так как Сугривин не вел со мной доверительных бесед в отличие от бывшей начальницы, но, по слухам, которые ходили в концерне, он-то как раз считал, что пора менять внутреннюю политику в сторону снижения расходов.