Читаем без скачивания Броненосец " ПЕТР ВЕЛИКИЙ" - В. Арбузов

В конце августа начали крепить на установленных листах обшивки в подводной части Z-образное железо для первого вертикального ряда сосновых чак под медную обшивку. Но работа кипела не только на стапеле, но и в мастерских. В них продолжали собирать бимсы, шпангоуты и стрингеры. В сентябре начали клепку обшивки непосредственно у броневого пояса. В листах обшивки, располагавшихся против броневых плит, отсутствовали отверстия под болты. Эта работа требовала особой точности и выполнялась непосредственно перед креплением каждой плиты. В начале октября произвели пробу на водонепроницаемость швов наливом воды в более чем двадцать междудонных отсеков. Тогда же Кронштадтский Пароходный завод приступил к изготовлению утвержденного в МТК в апреле бронзового форштевня.

В ноябре 1870 года МТК вновь внес некоторые изменения в спецификацию корпуса. Так первоначально предполагалось верхнюю палубу не покрывать деревом из-за наличия в ней огромного количества отверстий от болтов, крепящих доски. Это способствовало нарушению водонепроницаемости в случае повреждения настила. Осмотр бывших в 1867 году в Кронштадте шведских мониторов показал, что их палубы имели насечки, поэтому по решению А. А. Попова это сделали и на "Крейсере" для верхней палубы. Палубы же внутренних помещений первоначально планировали покрыть деревом, но потом решили застелить их резиновыми матами, а в каютах – коврами.

Главный кораблестроитель английского флота Э. Д. Рид

К середине ноября Кронштадтский завод отлил форштевень и его доставили на Галерный островок. Пришлось потратить немало усилий, прежде чем бронзовую громаду установили на стапеле и сразу же начали установку пяти недостающих носовых шпангоутов. Оставались неустановленными несколько кормовых шпангоутов из-за отсутствия ахтерштевня.

Не запланированные при составлении сметы расходы на усовершенствование конструкции корпуса уже к концу 1870 года потребовали дополнительного финансирования в размере 388 тыс. рублей. Кроме того, 30,2 тыс. рублей ушло на подготовку корабля к закладке, и в этом же году "Крейсер" "поглотил" ранее выделенную на постройку корвета "Генерал-Адмирал" сумму в 21,7 тыс. рублей. По подсчетам строителя на окончание всех запланированных на 1870 год работ предстояло дополнительно выделить еще 70 тыс. рублей. Это были внушительные суммы. Предположение в начале строительства о невозможности заранее подсчитать затраты вполне оправдало себя. Новый 1871 год вновь потребовал дополнительных сумм в 100 тыс. рублей для форсирования работ, с тем чтобы не задерживать назначенный на сентябрь этого года спуск на воду, отчего в последующие морозы пришлось, не в пример прошлой зиме, не замедлять темпы работ.

20 февраля 1871 года приказом по Морскому ведомству "Крейсер" причислили к кораблям первого ранга. Несмотря на уже намеченный срок спуска на воду, объем работ оставался огромным, и выполнение его к этому времени требовало большого напряжения всех сил.

По просьбе главного командира Петербургского порта вице-адмирала С. А. Воеводского для ускорения работ в феврале выделили еще 30,2 тыс. рублей только на дополнительный наем рабочих, рассчитывая спустить корабль в назначенный срок. Но все же в апреле по предложению С. А. Воеводского спуск пришлось отложить до весны 1872 года. Одной из основных причин явилась задержка заводом Берда забортной арматуры, кронштейнов валов, гребных винтов. Далека от завершения была и деревянная подводная обшивка. Сдерживало и то, что поздней осенью корабль было невозможно перевести в Кронштадт, а нахождение его во льду у стенки Галерного островка вызвало бы большие неудобства в установке плавкраном составных частей корпуса. Установка их непосредственно на стапеле обходилась дешевле на 8 тыс. рублей. Но даже для спуска корпуса весной 1872 года приходилось, особенно в предстоящий летний период 1871 года, работать весьма интенсивно.

В начале июня верфь посетил знаменитый английский судостроитель Э. Д. Рид. Внимательно осмотрев корпус "Крейсера", он сделал рад существенных замечаний. По мнению Э. Д. Рида, было возможно расширить бруствер до бортов, соединив с ним в одно целое носовую надстройку, а 305-мм броневой пояс следовало заменить 356-мм, не боясь при этом перегрузки и ухудшения мореходных качеств. В подводной части следовало добавить для уменьшения бортовой качки к двум имеющимся еще два боковых киля. Все эти пожелания Э. Д. Рида учли. Спустя месяц уже А. А. Попов, осматривая корпус, предложил снять внутреннюю обшивку между 15 и 26 шпангоутами, так как эту функцию выполняли бортовые продольные переборки, бывшие на расстоянии 5 м от диаметральной плоскости. По приказанию временно управляющего Морским министерством адмирала А. Пе- щурова из Англии доставили специальный цемент и лак как связывающее вещество для покрытия изнутри листов внешней обшивки. По настоянию М. М. Окуне- ва для смещения центра тяжести в корму передвинули стойки задней оконечности бруствера, удлинив его. Соответственно затем переместили назад на 0,6 м и ось второй башни, оставив первую на месте. В конце месяца создали особую комиссию, в которую вошли первый командир корабля капитан 2 ранга В. И. Попов и строитель М. М. Окунев. Комиссии предстояло контролировать множество подготовительных работ для успешного спуска корпуса на воду.

Подготовка к спуску началась уже в октябре 1871 года с устройства перемычки у эллинга и ремонта подводной части стапеля. Одновременно установили и ахтерштевень. В середине месяца оконечности корпуса окрасили белой краской. Единственная цель этого – получение при тогдашних несовершенных способах фотографирования в полутемном помещении эллинга хорошего снимка для Московской технической выставки. Корпус отснял фотограф Г.Лоренс.

С выделением средств на новый 1872 год работы снова усилили, и, как прежде, на стапеле ежедневно трудилось до нескольких сотен рабочих. К концу ноября почти полностью окончили наружную железную обшивку. Особые затруднения вызвала клепка листов обшивки в кормовой части изза сильного их изгиба и сложности пригонки. Всю зиму 1871- 1872 гг. в основном собирали платформы и палубы. Весной в целях экономии при спуске решили использовать деревянные полозья, изготовленные ранее для спуска яхты "Держава", предварительно подогнав их под очертания оконечностей монитора. В конце апреля приступили непосредственно к изготовлению спускового устройства: вбивали палы для задержников, упрочняли стапель, устроили деревянное основание для полозьев. Все работы сконцентрировали только на подготовке корабля к спуску. Перед спуском на корабле установили временные деревянные битенги. Подводную часть стапеля, предварительно осушив, укрепили, а затем разобрали кормовую арку эллинга со стекольными рамами.

В честь юбилея – 200 летия со дня рождения основателя русского флота Петра Первого – приказом управляющего Морским министерством от 30 мая 1872 года № 69 монитору "Крейсер" присвоили новое имя "Петр Великий", под которым он и вошел в историю. В июне в мастерских Нового адмиралтейства был заказан кормовой двуглавый орел. В середине месяца полностью окончили спусковой фундамент. Окончательно решили спустить корабль, вновь проверив наливом воды все междудонные отсеки.

На момент спуска в корпусе отсутствовали все переборки жилых и других помещений, бруствер с носовой надстройкой. В подводной части установили валы и кронштейны, но не было винтов. Также оставались незакрепленными вертикальные деревянные чаки под медную обшивку в районе кормы. Их решили установить при первом вводе в док. 14 августа на крамболы подняли оба спусковых адмиралтейских якоря. Следующий день был днем спуска.

8. Спуск на воду

Одна из древнейших традиций судостроения – ритуал спуска корабля на воду. Спуск на воду "Петра Великого" являлся большим торжеством, на которое собралось огромное число зрителей.

15 августа 1872 года около одиннадцати часов утра по обе стороны пристани, у стапеля, начала собираться публика, включавшая в себя все сословия Петербурга. Через час к эллингу на паровой яхте "Голубка" прибыл "покровитель" флота великий князь генерал-адмирал Константин Николаевич. В его честь на "Петре Великом" на пяти флагштоках подняли андреевские флаги, гюйс и императорский штандарт. Оркестр заиграл Петровский марш. Сойдя на берег, великий князь обошел почетный караул от Восьмого флотского экипажа, поздоровался с моряками и поднялся на корабль, на верхней палубе которого установили бюст Петра I, украшенный цветами. Приняв доклад командира "Петра Великого", генерал-адмирал поздоровался с командой, замершей по обоим бортам. Следующим этапом церемонии был осмотр исполина. Осмотрев корабль и спустившись на стапель, Константин Николаевич взошел на специально сколоченный для этого, пышно разукрашенный цветами и флагами помост. Вот как описывает последовавший за этим момент спуска один из очевидцев: "…Загремели топоры, начали выколачивать блоки, подпоры и задержни- ки, после чего громадный броненосец тронулся плавно, при криках команды, всей публики и громе двух оркестров музыки, и без малейшей задержки сошел первый раз на воду и остановился близ эллинга на двух якорях. Картина спуска была эффектна и торжественна. Его Высочество благодарил генерал-адъютанта А. А. Попова и строителя М. М. Окунева, пробыл после спуска еще с четверть часа, причем по чертежам вновь спущенного монитора изволил объяснить гостям международного конгресса подробности постройки этого, крайне замечательного броненосца, после чего в два часа пополудни отправился на своей яхточке вокруг нового монитора и затем направился к Елагину фарватеру на взморье".