не пыталась с ней поговорить? Ты же мать!
Бла-бла-бла… Я затыкала уши подушкой, лишь бы не слышать, как они ругаются из-за меня. Ещё не хватало, чтобы они выносили друг другу мозг по этому поводу. Так они съедят друг друга быстрее, чем я закончу эту грёбаную школу! Неужели мама с папой были такими же окрылёнными, как и я сейчас, когда только познакомились? Неужели их руки так же дрожали, а сердце замирало в груди при виде друг друга? Сейчас они совершенно не были похожи на тех, кто так сильно любил и хотел до дрожи в коленках. Неужели это головокружение способно исчезнуть, будто и не было его никогда? Как это работает? Если б я только могла отключить свои мыли, свои чувства, что мешают мне делать то, что раньше я делала легко, на автомате, то я бы непременно это сделала.
Я вышла из подъезда и остановилась на углу дома. Мы с Катей каждый день тут встречались, а потом шли в школу. Она – классная девчонка, с ней весело. Только когда мы вместе, я немного забываю о том, от кого щемит моё сердце. До тех самых пор, пока не захожу в класс и не сажусь за парту. И всё начинается снова. Какой-то нелепый круговорот одних и тех же событий. Наше общение с Денисом ограничивается только школьной партой. С тех пор, как мы чуть не поцеловались в тот самый день, возможности побыть наедине у нас не было. Он не звал меня гулять, не попросил мой номер телефона, не провожал меня до дома. Превратился в того самого Дэна, которого описывала Катя. Которого, кроме тетрадей и учебников, ничего не интересует. Во мне бурлило негодование. Ведь я увидела его совершенно другим. Не таким, каким он казался для многих в классе. Со своими чёртиками в голове. Не скажу, что я не замечала его косых взглядов, перемены настроения и прочих признаков того, что с ним происходит то же самое, что и со мной. Но я искренне не понимала, чего он ждёт? Боится? Меня? Я, вроде, не кусаюсь. Хотя довольно часто думала о том, чтобы впиться в его губы зубами. Всё потому, что злилась на него.
– Привет! – бросила на ходу Катя, поправляя лямку своей школьной сумки.
– Привет. Ты сегодня долго, – сказала я, зашагав по заснеженному тротуару.
– Забыла куда положила свои ключи. Папа с мамой уехали на все выходные. Приедут только в воскресение поздно вечером. Устроим пижамную вечеринку? – подмигнула она.
– Даже не знаю…, – протянула я. – Меня родители вряд ли отпустят с моей успеваемостью в школе.
– Мы живём в одном доме, Лера. Они в любой момент могут прийти проверить чем мы занимаемся. Никакого алкоголя, сигарет и мальчиков. Обещаю.
– Попробую уговорить.
– Если ты не заметила, с моими оценками тоже не всё гладко. Ты сидишь с ботаником за одной партой, какого чёрта ты ещё не отличница?
– По-моему, он действует на меня совсем не так, как хотелось бы, – задумчиво ответила я, сильнее укутавшись в шарф. От одной мысли о нём меня затрясло мелкой дрожью.
– О, да-а-а-а. Голубки-и-и-и! – закатила свои глаза Катя.
– И ты туда же? – нахмурилась я.
– Ну и как успехи? – фыркнула она. – Уже соблазнила не соблазняемого Дэна?
– А ты заметила, что он соблазнённый? – проворчала я в ответ, сдерживая свой порыв неконтролируемого гнева, который так и лез наружу. Ещё секунда и Катя попадёт под мою горячую руку, чего я совсем не хотела бы.
– Я вижу, что он пытается держать себя в руках, – пожала плечами Катя. – В этом весь он. Вечно держит руку на пульсе. Держит всё под контролем. Очень скрытный. Из них двоих импульсивный только Макс. Но и у него есть талант скрывать от окружающих свои намерения. Вот уж действительно доктор-зло!
– Почему у меня возникает ощущение, что ты чего-то не договариваешь?
Катя тяжело вздохнула и сбавила шаг, потому что мы почти пришли к школе.
– Я соврала тебе в прошлый раз. – Она становилась. Было заметно, что ей очень хочется открыться кому-то. – Мы встречались с Максом.
– Э-э-э…, – протянула я, не зная, что ответить.
– Забудь! – Она снова зашагала вперёд, и я поспешила за ней. – Это было всего несколько недель в летнем лагере.
– И что же случилось потом? Почему вы расстались? – зашептала я, потому что мы уже зашли в школу и нас со всех сторон окружили ребята, спешащие на занятия.
– Это я тебе расскажу на пижамной вечеринке, - почти промурлыкала она, широко улыбаясь.
– Блин! Интриганка! Теперь точно придётся валяться в ногах у родителей.
Мы забежали в класс, когда уже прозвенел звонок, поэтому я поспешно уселась на своё место, попутно разгружая свои вещи из рюкзака. Я попыталась выровнять дыхание, потому что мы с Катей почти неслись в класс последние несколько метров. И ещё меня снедало любопытство, что за история случилась между Максом и Катей в лагере. Дэн посмотрел на мою вздымающуюся грудь, я автоматически прикрыла её пиджаком. По всему телу побежали мурашки. Голос классной руководительницы Ольги Владимировны, по совместительству учительницы химии, зазвучал словно сквозь вату. Я схватилась за сердце, подумав, что так уйму его частое биение гораздо быстрее. В этот момент Дэн положил свою руку мне на ногу чуть выше колена и тихонько сжал. Кажется, моё сердце престало биться совсем. Я замерла, уставившись большими от безумия глазами перед собой, чувствуя его горячую ладонь сквозь тонкий капрон моих колготок. Он сдвинул руку ещё выше, задирая мою юбку. Я молилась, чтобы никто в классе не заметил этого. Почувствовав прилив адреналина, я закрыла глаза. Низ живота затянуло, трусики мгновенно намокли, соски встали. Никогда бы не подумала, что одно лишь прикосновение может довести меня до такого состояния. В тот момент, когда он убрал руку, я почувствовала пустоту и холод в том месте, где только что горел пожар. Я открыла глаза, приходя в себя, сморгнув белую пелену. И тут меня стали переполнять такие эмоции, что я еле сдержалась, чтобы не дать ему по голове учебником химии.
Я кое-как досидела до конца урока, естественно, не запомнив не единого слова из пройденной темы. Мне хотелось рыдать от собственного бессилия и злости, переполняющих меня. «Что это было?» – проносилось у меня
