понять феномен отсутствия эффективной теологии в иудаизме возможно, лишь полностью поняв то, что еврейская теология была теологией негативной не только в том смысле, который придавал этому Маймонид, но и в другом: признание существования Бога представляет собой в первую очередь отвержение идолов.
На каждого, кто читает еврейскую Библию, не может не произвести впечатления тот факт, что, хотя она почти не содержит теологии, ее центральное положение есть борьба против идолопоклонства.
Десять заповедей, ядро библейского закона, хотя и начинаются с утверждения «Я Господь, Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства» (Бог – это Бог освобождения), на первое место ставят запрет идолопоклонства: «Да не будет у тебя других богов перед лицем Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им» (Исх. 20:3–5).
Борьба против идолопоклонства – основная религиозная тема, пронизывающая Ветхий Завет от Пятикнижия до книг пророков Исайи и Иеремии. Жестокая война против племен, живших в Ханаане, так же как и многие из ритуальных правил, могут быть поняты только как желание оградить людей от поклонения идолам. В книгах пророков тема противостояния идолопоклонству не менее выражена, но вместо повеления уничтожать поклоняющихся идолам выражается надежда на то, что все народы откажутся от идолопоклонства и будут едины в общем его отрицании.
Что такое идолопоклонство? Что такое идол? Почему Библия так настаивает на искоренении всяких следов идолопоклонства? Каково различие между Богом и идолами?
Различие заключается не только в том, что есть только один Бог, а идолов много. Если человек поклоняется одному идолу, а не многим, все равно это идол, а не Бог. Действительно, как часто поклонение Богу оказывалось всего лишь поклонением одному идолу, замаскированному под библейского Бога?
Приближение к пониманию того, что собой представляет идол, начинается с понимания того, чем Бог не является. Бог как высшая ценность и цель – это не человек, государство, учреждение, природа, власть, владение, сексуальная сила или какой-либо артефакт, созданный человеком. Утверждения «Я люблю Бога», «Я следую за Богом», «Я хочу стать подобным Богу» в первую очередь означают «Я не люблю, не следую, не подражаю идолам».
Идол представляет собой объект главной страсти человека: желания вернуться к матери-земле, жажды обладания, стремления к власти, славе и т. д. Страсть, олицетворяемая идолом, в то же время является высшей ценностью в системе ценностей человека. Только история идолопоклонства могла бы перечислить сотни идолов и проанализировать, какие человеческие страсти и желания они представляют. Достаточно сказать, что история человечества до настоящего времени есть в основном история поклонения идолам, начиная от примитивных глиняных и деревянных до современных – государства, вождя, производства и потребления, – освященных благословением уподобленного идолу Бога.
Человек преобразует собственные страсти и качества в идола. Чем более он обедняет себя, тем величественнее и сильнее становится идол. Идол представляет собой отчужденную форму восприятия себя человеком[34]. Поклоняясь идолу, человек поклоняется себе. Однако это лишь частичный, ограниченный аспект человека: его интеллект, его физическая сила, власть, слава и т. д. Отождествляя себя с частичным аспектом собственной личности, человек себя ограничивает, теряет свою полноту человеческого существа и перестает расти. Он становится зависимым от идола, поскольку только в подчинении ему находит он свою тень, хотя и не свою сущность.
Идол – это вещь, он не живое существо. Бог, напротив, есть живой Бог. «А Господь Бог есть истина, Он есть Бог живый» (Иер. 10:10), «Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому» (Пс. 41:3). Человек, пытающийся походить на Бога, – это открытая система, он приближает себя к Богу, человек, поклоняющийся идолам, – закрытая система, он сам становится вещью. Идол безжизнен, Бог – живой. Противостояние между идолопоклонством и признанием Бога в конечном счете есть противостояние между любовью к смерти и любовью к жизни[35].
Идея о том, что идол сотворен человеком, что он творение его собственных рук, которому человек поклоняется, выражается неоднократно: «Высыпают золото из кошелька, и взвешивают серебро на весах, и нанимают серебряника, чтобы он сделал из него бога, кланяются ему и повергаются перед ним. Поднимают его на плечи, несут его и ставят его на свое место, он стоит, с места своего не двигается, кричат к нему, он не отвечает, не спасает от беды» (Ис. 46:6–7). Такого бога делают златокузнецы – бога, который не может двигаться, не отвечает, не помогает; бога, который мертв, бога, которому человек может поклоняться, но с которым не может установить связь. Исайя дает и еще одно уничижительно-ироническое описание идола:
«Кузнец делает из железа топор, и работает на угольях, молотами обрабатывает его, и трудится над ним сильною рукою своею до того, что становится голоден и бессилен, не пьет воды, и изнемогает.
Плотник, выбрав дерево, протягивает по нему линию, остроконечным орудием делает на нем очертание, потом обрабатывает его резцом, и округляет его, и выделывает из него образ человека красивого вида, чтобы поставить его в доме.
Он рубит себе кедры, берет сосну и дуб, которые выберет между деревьями в лесу, сажает ясень, а дождь взращивает его.
И это служит человеку топливом, и часть из этого употребляет он на то, чтобы ему было тепло, и разводит огонь, и печет хлеб. И из того же делает бога, и поклоняется ему, делает идола, и повергается перед ним.
Часть дерева сожигает в огне, другою частию варит мясо в пищу, жарит жаркое, и ест досыта, а также греется, и говорит: „Хорошо, я согрелся; почувствовал огонь“.
А из остатков от того делает бога, идола своего, поклоняется ему, повергается перед ним, и молится ему, и говорит: „Спаси меня; ибо ты бог мой“.
Не знают и не разумеют они: Он закрыл глаза их, чтобы не видели, и сердца их, чтобы не разумели.
И не возьмет он этого к своему сердцу, и нет у него столько знания и смысла, чтобы сказать:
„Половину его я сжег в огне и на угольях его испек хлеб, изжарил мясо и съел; а из остатка его сделаю ли я мерзость? Буду ли поклоняться куску дерева?“» (Ис. 44:12–19).
Действительно, природу идолопоклонства нельзя было бы изобразить более резко: человек поклоняется идолу, которого не может видеть, и закрывает на это глаза, так что и сам не может видеть.
Та же идея прекрасно выражена в псалме 113: «Есть у них [идолов] руки, но не осязают; есть у них ноги, но не
