приемы нельзя механически применять к изучению синтаксиса. Реконструкция синтаксических архетипов имеет свою специфику. Следует также отметить, что эти приемы оказываются совершенно непригодными для реконструкции архаических значений слов.
Метод в отличие от общей методологии всегда предполагает более узкую форму исследования, например, сравнительно-исторический метод, метод лингвистической географии, структурные методы. Точнее, он всегда связан с определенными аспектами изучения языка.
Сам метод не входит в общую методологию науки, но связан с ней самым тесным образом. Метод, как и методология, тесно связан с наукой и ее достижениями. Примером может служить современное состояние сравнительно-исторического метода. Если младограмматики использовали главным образом приемы, обеспечивающие реконструкцию звуков, слов и их форм, то современный сравнительно-исторический метод широко использует данные ареальной лингвистики, типологии, топонимики и т.п.
Каждый метод предполагает наличие знаний об объекте исследования. Теоретическая база метода должна основываться на познании действительных, а не вымышленных свойств объекта. Если эти свойства искусственно придуманы, метод становится ложным и научно несостоятельным. Основой каждого конкретного лингвистического метода является какой-нибудь специфический и особый аспект языка, изучение которого предполагает создание известной суммы специфических научно-исследовательских приемов и методики их применения на практике. Применение сравнительно-исторического метода в языкознании фактически было бы невозможно, если бы он не базировался на знании того, как ведет себя язык на протяжении длительных исторических периодов, что с ним происходит и что может произойти.
Знание этих свойств изучаемого объекта, облеченное в определенную теорию исторического развития языка вообще, и образует теоретическую основу метода его исследования в историческом плане.
Применение статистических методов в языкознании было бы совершенно бессмысленным и бесполезным, если бы единицы языка не обладали исчислимостью, если бы их развитие или деградация не отражались в числовых характеристиках, если бы численная характеристика не отражала закономерностей их дистрибуции в языке, степени частотностей их употребления.
Наличие в языках мира изоморфизма, сходных типов образования и так называемых универсалий, оправдывает применение типологических методов исследования.
Критерием правильности лингвистического научного метода является материалистический подход к явлениям языка. Если метод является результатом неправильного понимания свойств изучаемого предмета, то такой метод не может быть средством исследования, ведущего к правильному пониманию изучаемых фактов. Несмотря на то что Н.Я. Марр всегда считал, что отличительным признаком его учения является теснейшая увязка фактов языка с историей народа, в действительности это учение проповедовало самый настоящий антиисторизм. Как правильно замечает А.С. Чикобава, здесь имеет место не отход от историзма, а полный разрыв с ним.
Чтобы убедиться в том, что учение Н.Я. Марра действительно антиисторично, необходимо обратить внимание на тот метод, при помощи которого производится увязка явлений языка с историей общества.
Таким методом был пресловутый четырехэлементный анализ, в основе которого лежат положения об изначальности четырех элементов, являющихся общим исходным материалом для всех языков земного шара. Этот анализ Марра был абсолютно негодным средством для восстановления какой бы то ни было истории. Декларативно объявленный историзм как общеметодологический принцип сочетался у Марра с антиисторизмом в научно-исследовательской практике. Фальшивый метод, не учитывающий действительно существующих свойств изучаемого объекта, неминуемо приведет к неудовлетворительным результатам исследования.
Если конкретный лингвистический метод основывается на относительно узком аспекте исследования, он не может служить достаточной точкой опоры для суждения о характере методологии науки в целом. Грубой ошибкой является превращение отдельного метода в методологию. Эта ошибка довольно часто наблюдалась в истории отечественного и зарубежного языкознания.
В истории языкознания было время, когда сравнительно-историческое изучение языков рассматривалось как единственно научное изучение языка. Так было, например, со сравнительно-историческим методом у младограмматиков, не мысливших себе в языкознании иных задач, кроме тех, которые возможно решить с его помощью. Именно в результате такого подхода исследовательская проблематика в области науки о языке чрезвычайно сузилась и фактически свелась к историческому изучению фонетики и морфологии.
Во времена господства «нового учения о языке», наоборот, сравнительно-исторический метод, всячески изгонялся как совершенно чуждая марксизму идеология.
Л. Ельмслев так излагает сущность лингвистических методов:
«…я со всяческой скромностью, но вместе с тем со всей твердостью подчеркнул бы, что считаю и буду считать структуральный подход к языку как схеме взаимных соотношений своей главной задачей в области науки»33].
Вообще для структуралистов характерна тенденция возвести структурные методы исследования языка на уровень общей методологии языкознания, на уровень общей теории познания.
Научно-исследовательский прием имеет еще более узкую сферу применения. Примером научно-исследовательского приема может быть определение архетипов слов и форм путем сравнения слов и форм родственных языков на основании учета их звуковых соответствий. Совершенно очевидно, что конкретные научно-исследовательские приемы также не следует возводить до уровня общей методологии лингвистических исследований.
Вместе с тем научно-исследовательский прием так же, как и метод, тесно связан с наукой и ее достижениями. Антинаучный и неправильный метод исследования может создавать сильные препятствия при осуществлении определенных общеметодологических требований и порождает неправильные научно-исследовательские приемы. Все это лишний раз свидетельствует о том, что материалистический подход к явлениям языка – единственный критерий правильности как общей методологии языкознания, так и им применяемых конкретных методов и научно-исследовательских приемов.
Материалистический подход к явлениям языка предполагает изучение языка таким, каков он есть, без всяких идеалистических добавлений, искажающих его сущность.
Осуществление материалистического подхода к явлениям языка невозможно без наличия определенных условий, из которых важнейшими являются следующие: 1) достаточное знание свойств изучаемого предмета, 2) всестороннее его исследование, 3) постоянная проверка сделанных выводов, 4) наличие методологии, а также системы методов и научно-исследовательских приемов, имеющих под собой материалистическое обоснование.
О социальной природе языка
Вряд ли кто из современных достаточно серьезных лингвистов будет сомневаться в том, что язык – явление сугубо социальное. Язык социален хотя бы потому, что он создан обществом, обслуживает общество и обеспечивает существование самого общества. Без общества нет языка.
Отличительной особенностью советского языкознания всегда считалось признание им языка общественным явлением. Многие советские лингвисты и философы признают язык общественным явлением. Однако это не пустое признание. Оно имеет определенное содержание и определенные установочные положения, сущность которых сводится к следующему: язык создан обществом. Следовательно, он отражает жизнь самого общества. Изменения в языке обусловлены социальными причинами. Внутренние законы языка являются своеобразным преломлением внешних и подчинены последним.
Начало такого подхода к трактовке социальной природы языка несомненно было положено Н.Я. Марром. Признание неразрывной связи языка и общества Марр считал главной особенностью своей теории, отличающей ее от буржуазного идеалистического языкознания:
«Изучение языка как категории социальных явлений, отражающих в своем содержании и в своем оформлении строй, смысл и устройство хозяйственной общественной жизни не индивидуума, а человеческого коллектива»
