— Очень сомнительно, ваше величество, — крякнул до сих пор молчавший мрачный дядька. — Это какая-то ошибка! Не могут вздорные, неадекватные девицы, до макушки наполненные хмельным, быть воплощением великих магистров.
— Не спорь с королем! — возмутилась Лана, а маг Леадор возразил мужчине:
— Советник Бенрик, как можно сомневаться в Священном Водопаде? Он не ошибается! На протяжении многих лет мы наблюдаем за девушками, и я давно почувствовал их потенциал. Вы и в моих способностях сомневаетесь?
— Глупые девицы не спасут Весту, а наоборот, погрузят наш мир во мрак! — продолжал кар-кать советник. — В них нет ни ума великих магистров, ни колдовских сил, ни логики…
— Логики нет, говоришь? — вдруг спокойно и тихо спросила Эля. — Возможно, но ответь мне на один вопрос, логичный мой. Скажи, если в вашем Одигоре в полночь идет проливной дождь, есть ли вероятность, что ровно через трое суток будет ярко светить солнце?
Бенрик поначалу даже растерялся, но потом все же взял себя в руки.
— Разве можно предугадать погоду, еслиона отк переменчива? А, я понял, это вопрос с подвохом! Можно его повторить?
Легко. В Одигоре в полночь льет дождь. Есть ли вероятность, что ровно через трое суток будет ярко светить солнце?
— Ах, вероятность! — обрадовался злобный советник. — Тогда да, такая вероятность есть.
— Ровно через трое суток снова будет полночь, — выплюнула Элька. — ты не ответил на во-прос, где всего-то нужны логика и внимательность. Стало быть, не тебе судить о наших спо-собностях к логическому мышлению.
Проигравший поджал тонкие губы, его некрасивое лицо стало похоже на куриную попу, и сразу стало понятно, что сестер он возненавидел всем своим естеством. А Эля с Ланой от-метили про себя, что советник этот очень уж подозрительный и надо бы его разъяснить.
— А это ничего, что король здесь? — с издевкой спросил Тейлин, которому очень уж не по душе пришлась эта перепалка.
— А это ничего, что я до сих пор не получила своего ужина? — парировала Элька.
— Ох, простите, это от волнения, — опомнился король. — Сынок, где твои манеры? Веди нашу проголодавшуюся принцессу к столу.
— Принцессу как же! Рыжую бестию! — процедил сквозь зубы Бенрик, но Элькиному слуху могла бы позавидовать молодая горная коза.
— Я не рыжая бестия. Меня зовут Элеонора. А для некоторых — Элеонора Святославовна.
— Девочки, пойдем за стол, — весьма удачно купировал скандал Кейланис.
Сестры обернулись. Странно, раньше они ничего не заметили, а между тем, в зале был большой выскобленный стол, окруженный несколькими массивными стульями. И надо же, стол оказался заставлен различными яствами!
Трапеза началась и получилась очень интересной. Гостьи, как дети, радовались всем ди-ковинным блюдам. Вернее, блюда-то были вполне привычными, если бы не их цвет. Микс из фиолетовых огурцов с белыми помидорами, голубое мясо под тягучим перламутрово-зеленым соусом, розовые фосфорицирующие вафли… всего и не перечислишь. Тут же бы-ло представлено ярко-оранжевое вино, которое пахло ананасами. Все было такое необыч-ное, и Элька так рьяно набросилась на еду, что у Ланы тоже вдруг разыгрался зверский ап-петит. Не знаю, как ели сестры в обычной жизни, но сейчас вели себя хуже хрюшек. Кейла-нис с братом взирали на это свинство со стоическим спокойствием, король — с понимающей улыбкой, а советник Бенрик — с отвращением. В его глазах плескалась ненависть, костлявые руки и впалые щеки тряслись.
Наконец, Эля отложила громадную вилку, вытерла рот рукой и заявила, что наелась, зна-чит, они с сестрой готовы к переговорам.
— Девушки, должны сразу вас предупредить, что миссия ваша может оказаться крайне опасной и продолжительной, — начал король.
— Э нет, так дело не пойдет, — запротестовала Элька. — У нас с сестрой не так много време-ни. У меня сын, кошка, жених. Вы представляете, что начнется, когда он вернется из Англии? А Ланкины кошки? Кто будет их кормить, заботиться? А что подумает ее мама, моя тетка, когда вернется из деревни, а доченьки-то и нет? Нет, мы уезжаем! Ланка, пакуй мою чалму…
— Леди Элеонора, если вы нас покинете, древнее пророчество не сбудется. Силы зла не будут побеждены, — печально сказал Леадор — Наш мир рухнет, пострадают взрослые, старики, дети, погибнут животные.
— Но мой Алекс тоже не лягушонок, и у нас с сестрой тоже есть животные, которые тоже нуждаются в нашей любви и заботе.
— Не беспокойтесь. В Весте совершенно другое течение времени. А еще у меня есть воз-можность этим временем управлять. Вы можете прожить у нас шесть месяцев, пять лет или три дня, но вернувшись в свой мир, окажетесь в том же месте и спустя всего пару секунд после того, как началась телепортация.
Здорово, — обрадовалась Лана. — Эль, давай не будем сволочиться. Хотя бы выслушаем. Итак, господа, что тут у вас насчет сил тьмы, рухнувшего мира и древнего пророчества?
Глава 5
Рассказ получился долгим и фантастическим. Впрочем, чего еще ожидать, если сидишь в средневековом замке параллельного мира, а взгляд твой то и дело останавливается на твоем личном магическом мече?
Итак, со времен сотворения Весты земли ее населяли различные народы: люди, эльфы, гномы, кентавры, единороги и т. д. Каждая народность в той или иной степени славилась своими магами и войнами. А самыми великими чародеями считались Магистры пяти Орде-нов: Волка, Льва, Тигра, Леопарда и Снежного Барса.
Многие века в Весте царил мир. Не было войн, а магия никогда не использовалась для черных дел. Но вся эта благодать рухнула примерно семь веков назад.
Один слишком амбициозный и недобрый маг, из Ордена Волка, Даркус, собрав вокруг себя кучку единомышленников, стал практиковать черную магию. Со временем он понял, что благодаря ей из никому не известного подмастерья он может превратиться в великого колдуна, подчинить себе всю Весту, а затем, чем черт не шутит, все Время и Пространство.
Семена зла сначала слабо прорастали, потом вытянулись и заколосились. Идея порабо-тить Весту захватила злобную душонку Даркуса, и он начал действовать. Через пару лет его армия стала многочисленной, готовилась война.
И не было бы в этом никакой катастрофы: великие маги, объединившись с эльфами, гото-выми на союз с людьми ради будущего Весты, обязательно подавили бы восстание.
Но на беду Даркус возжелал магистра Диавону. Надменная и себялюбивая ведьма лишь рассмеялась в ответ на признания смутьяна. Отказ красавицы-гордячки стал последней каплей: Даркус со своими легионерами Тьмы объявили войну всей Весте. Смерти, пожары и разрушения почти не прекращались. Запретные черные заклятия слышались с завидной регулярностью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
