Вещмешок в багажник. Лайнер-трыхтарожец, пламенный привет от машиностроения Украины, негостеприимно принял меня в своё нутро, с неохотой завёлся и в путь. Добрался в Пулково, а там уже всё расписано. Игра я убегаю, ты догоняешь, вступила в первую стадию.
Сел в ераплан и махнул в… Тибет его знает куда?
* * *
Вот так я оказался над огромными просторами России в летящем самолете. Направляюсь в пугающую страну работорговли, умной электроники и причудливого уважения к старине.
В Японию я лечу, в нее родимую. Глядишь — и вылечусь от мужеской немощи. А после процедур японо-тайского массажа, чем черт не шутит, может случиться оказия, и в индивидуальном порядке придется поквитаться за поражение при Мукдене и позор Порт-Артура (бездарно проигранную Курапаткиным А.Н. военную компанию 1904–1905 гг.) Впрочем, возможно, по поводу работорговли несколько и перегнул палку. Однако меня можно понять, всё это прёт от перехлеста эмоций и богатого внутреннего воображения.
Чтобы в дороге было не скучно, в полет я взял упаковку пива, грелку самолично выгнанного и очищенного самогона и другие бутерброды… Оказалось, погорячился — в том отсеке, где я, вытянув ноги, почти улегся на линии горизонта, даже икру давали, не говоря о всяких коньяках-висках — подобных налитому напитку в согревающей мою душу грелку.
Не выходя из токийского аэропорта, купил билет до Осаки, больно мне хотелось поглазеть на буддийскую святыню — синтоистские святилище Сумиеситайся и монастырь Ситеннодзи. Просто охота… Без всяких объяснений… Ведь бывает такое, потянет в сторону и ничего с собой поделать не можешь. А что? А то — если у барина в мошне шуршат купюры, барину, чтобы его не загрызла грусть тоска угодно чудить? К сожалению, только дензнаки в мошне и шуршат.
Само собой разумеется, туда тоже не полетел. Путал следы, продолжал играть в шпиона… И доигрался. Накаркал…
Сам на себя навел беду. Поэтому, не выходя из аэропорта, под другой фамилией, опять полетел в другую сторону…
* * *
Дело чисто житейское. Зашел в обычный токийский туалет в аэропорту. А там, мне как человеку неместному всё в диковинку. Зеркала чистые и не запотевают, в отличие от наших дерьмом на дверях кабинок ничего не написано и из унитазов пахнет фиалками родного края, хоть ты с колен не вставай, так хорошо…
К моему глубокому сожалению, кроме фиалок, там какой-то здоровенный хам, видать из местных, так мне казалось по первоначалу, ткнул у кабинки мне в шею и на чистом отечественном языке рявкнул мне в ухо:
— Пшёл вон, падла узкоглазая… Прости господи, нигде от них покоя нет, просто заполонили все, как саранча. — Дальше густым поносом нецензурные однокоренные словечки.
Поначалу, высказыванию про узкоглазых заставило меня удивиться — это в Японии-то…
Присмотрелся повнимательнее, да, нет — не местный… Свой оказался хам, отечественный… Мы с этим фулем, еще в самолете во время полета над заснеженными просторами родины схлестнулись. Он уже там, пытался наподдать мне ногой под задницу…
А дело вот в чем. Мы оба, оказались любителями пива, с почти одинаковым запасом, захваченным в полет. Поэтому пшикали шипящими банки, почти параллельным курсом. Судя по его спившейся роже — одногодки, отсюда и схожесть в работе мочеиспускательной системе… Только я все время оказывался пошустрее, и пока он грузно поднимался со своего кресла за малой, но очень важной нуждой, я вскакивал, добегал первым, и журчал в раковины с удовольствием, а он бушевал за дверью.
Пока этот мордоворот стучал и матерился, сопровождающие его нукеры, успокаивали хозяина бубня, чтобы он вел себя потише, а то их всех высадят… Умные ребята, ничего не скажешь. Ага… Высадят… Это на высоте десяти тысяч метров. Стюардессы ему объясняли, — товарищ Жлоб, на борту нашего комфортабельного лайнера имеются и другие туалеты, но он ничего не хотел слушать. Я, — говорит пыхтя и икая, — депутат Борзов, кандидат в губернаторы…ской области и всех вас здесь… и хвост, и в гриву вместе с вашим самолётом и экипажем впридачу.
Двери туалета, он, в конце концов, сломал, только меня там не было, а была глухая бабка-немка. Ох, она с испугу и орала, ох и визгу было…
А он, бессовестный, расстегнул и достал из брюк, толстенный…
Все как увидели, прямо ахнули от возмущения…
Достал…
Нет, не член… Для нормального человека еще хуже… Достал огромный кошелек и стал прямо в полете рассчитываться с авиаперевозчиком за нанесенный ущерб… Насорил деньгами и плюхнулся в свое кресло. Когда начал открывать очередную пивную банку, постарался, как можно больше пивного пшика с брызгами направить в мою сторону. Специально… Обидно просто слов нет, обрызгать, унизить и растоптать моё человеческое достоинство. Впрочем, следует отдать должное пивному снайперу, все брызги, под новый всплеск визга, достались глухой даме из побеждённой Германии.
Я, как законопослушный пассажир, держался изо всех сил… Амбал уснул, и я уснул, так закончился полет… Согласно мудрости японского сэнсея и его же идеологическим наставлениям, если ты смог не поддаться первому движению души и смог избежать схватки… Ты уже одержал победу над своими страстями и бушующими чувствами…
Все закончилось хорошо… И вот на тебе, вновь увиделись на земле самурайской, только он специально бьется, и дразниться узкоглазым… А у нас кто на верху? Кто сегодняшние сливки общества, элита — мать-ё? Правильно — вчерашние гопники или вертухаи в погонах.
Пришлось, не выдавая своей национальной принадлежности, на языке глухонемых, призывать хулигана к ответу. Я был вынужден осадить его, показом сломанного в локте запястья, как бы намекая этим, что являюсь носителем серьёзных сакральных знаний.
Он неправильно понял этот международный знак, оттого зверски рассвирепел. Смерил меня, новоиспеченного японца испепеляющим взглядом и своей лапищей — как даст мне в табло… Почувствовал себя, скотина, настоящим воином-интернационалистом…
У меня после получения увесистого удара по лицу, искры из глаз, слезы из носа, обида и другие светлячки из других мест. Ласточкой долетел к писсуарам, приземлился удачно башкой в один из них. Гад, стоит надо мной и ржет… Кому-то пальцем на меня показывает и штанишки свои, залоснившиеся в области ширинки расстегивает…
Лежу у писсуара, скучаю… Но как настоящий гражданин своей страны помню, что согласно правам, предоставленным мне Конституцией любимой Родины, имею законное право не только избирать представителей власти, но, когда припрёт, и сам могу быть избран депутатом и слугой народа!
