второй этаж, вдруг там тоже хлипкие ступеньки. Сначала проверю я.
Глава 4. Рога изобилия
Первое, что меня поразило и восхитило в доме Анны – это настоящая печь – очаг посредине залы первого этажа, стенки ее облицованы голубой керамической плиткой с изображением экзотических животных. Все, как в старинных романах – котел на крюке и сбоку на полке коллекция закопченных горшков и крынок разных размеров.
Даже дрова небрежно брошены на железный лист, будто их только что принесли и не успели сложить в стопку. Клюка и щипцы для углей приставлены сбоку, ждут хозяйских распоряжений. А на стене висит изогнутый бычий рог, наверно, для красоты.
Я припомнила разговор нотариусов о таверне, которую Анна держала в Динаве. Если были постояльцы, значит, поселок не так уж мал или сюда частенько заглядывали проезжие. «А в кошельке их весело звенели монеты… тир-ля-ля…»
Справа от входа за кирпичной перегородкой размещалась кухня, а слева у окна находились два длинных стола с лавками. И еще один поменьше и повыше стоял ближе к очагу. Все накрыты ткаными скатертями с геометрической вышивкой по краям, на лавках тоже накидки в пол, только темнее по цвету и без рисунка. Зато премилые складочки их тоже были обшиты золотистой тесьмой.
Потолок высокий, в трех местах укреплен массивными балками и выкрашен белой краской, которая от времени покрылась ветвистой тонкой сеточкой трещин. Две широкие люстры свисали на цепях над столами, нужно будет искать лестницу, чтобы снять с них пыльную вуаль паутины.
Пол выложен крупной темно-серой плиткой, чуть выпуклой в центре и с заметными промежутками скрепляющего раствора, прекрасно передает атмосферу средневековой харчевни. Вот только хозяйской стойки я не увидела, может, ее роль как раз выполнял отдельный высокий стол?
Чистенько, уютно, но старомодно. Такое размещение мебели больше подходит для сборищ большой дружеской компании или корпоративных праздников. Членов одной секты, исторических ролевиков… Фантазия моя разыгралась не на шутку, а папа уже успел что-то уронить в кухне. И тут же раздался его горестный клич:
– Веруша, я нашел, где включается свет, но шкафы пусты! Холодильник открыт. Воды в кране тоже нет. Что мы будем пить? Что будем есть?!
Я рысью помчалась на зов голодного путешественника и ахнула от восторга при виде обстановки. Помню, за подобный бежевый гарнитур мамин знакомый с киностудии отвалил кучу денег, а рейтинг «Итальянского любовника» сразу пошел в гору, как шутливо отметил продюсер.
Три сезона подряд женская половина страны облизывалась на главного героя, который высоко закатав рукава (чтобы обнажить крепкие загорелые бицепсы) взбивал жирные сливки для клубники, а потом заливал кремом остывший бисквит. Мечтал накормить худышку-героиню, которая сладко дрыхла до полудня, а потом занималась шопингом и планировала подсидеть злого босса.
Я благоговейно коснулась желтых ромбиков плитки на стене – некоторые лежали неровно, двигались под пальцами, словно пазлы древней мозаики, грозились покинуть ячейки – придется раздобыть клей и укрепить, потом открыла ближайший шкафчик с посудой и мысленно застонала:
«Настоящее дерево – светлое, пожелтевшее от времени, теплое, живое… изогнутые ручки под слоновую кость, решетка из тонких реечек на стекле… Керамика, фарфор и хрусталь… Анна знала толк в красивых вещах, наши вкусы сходятся. Виват Малиновичам!»
– Пап, оцени. Прелестный винтаж. Ты не представляешь, сколько труда и опыта надо, чтобы искусственно состарить мебель и подобрать нужный декор! Нам досталось сокровище. Я уже влюблена. Надо скорее открыть окна и впустить вечернее солнце.
Морщась от облачка поднявшейся пыли, я дернула зеленую штору и тут же прыгнула назад, зацепив на полу плетеный короб. Исцарапанная нога тут же напомнила о себе, так что пришлось присесть на корточки и с опаской выглянуть в окно.
Один ставень оказался распахнут и теперь со скрипом покачивался, а на нем сидела та самая большая ворона – пялилась на меня черничными глазками, топорщила крылья, силясь удержать равновесие.
– Кыш! Кыш! – неуверенно сказала я и вдруг ощутила, что очень проголодалась.
Довольно восторгов и страхов, пора заниматься насущными бытовыми делами – найти вентиль, открывающий воду, проверить газовую плиту и выйти на поиски пропитания, как первобытный охотник из пещеры.
Я с улыбкой покосилась на плетеный короб под столом, наверно бабушка Анна держала в нем огородные овощи, вот и комочки сухой земли рассыпаны кругом вперемешку с сухой травой. Рядом маленькая овальная корзинка с высокой ручкой. С ней и пойду проверять сарай, может, черная курица любезно оставила нам пару-тройку яиц нам ужин.
Осторожно обойдя разрушенное крыльцо, я добралась до сарая, тропа к которому изрядно заросла гусиной лапкой и клевером. Тихо приоткрыла двери и некоторое время привыкала к сумраку, а потом заметила в углу ворох соломы с прилипшими перьями.
В гнезде лежало семь небольших бурых яичек, одно я несмело взяла в руку – тепленькое… Что же с ним делать? Вот так запросто утащить с собой? Пока колебалась, позади послышался легкий шум и левую лодыжку мою с гортанным клохтаньем атаковала сердитая курица. Она так отчаянно защищала свое тайное убежище, что я не осмелилась спорить.
Только успела вернуть яйцо на место, как курица запрыгнула в гнездо и растопырила перья, спрятав свои сокровища. «Она их высиживать собралась!» – догадалась я.
– Не волнуйся, мамочка, грабить тебя не стану.
Пятясь из сарая, я невольно задержала взгляд на огромном бычьем роге, что висел у самого потолка на железном штыре. Отверстие, окованное красноватым, вероятно давно окислившимся металлом, было обращено к земляному полу. Толстый кожаный шнурок, держащий рог, был украшен серебристым тиснением. Вероятно, дорогой сувенир.
«В него трубят или из него пьют? Даже спросить не у кого… Может, папа предложит реалистичную версию».
Я поднялась на цыпочках и качнула рог одной рукой, а потом энергично затрясла ею в воздухе, чтобы сбросить крохотного паука. На сегодня знакомство с сараем предлагаю считать оконченным. Разве что набрать курице воды в плошку и в перечень продуктов внести зерно. Чем кормят домашних куриц? На крайний случай и раскрошенных хлеб сойдет, но где же его купить…
Выбравшись на свежий воздух, я решительно поправила рюкзачок на плече и направилась к воротам, едва не столкнувшись лицом к лицу с пожилой женщиной в черном платке. Она буркнула что-то на незнакомом языке и сунула мне в руки пластиковое ведерко со свертком внутри.
– Добрый вечер! – ободрилась я. – Вы живете поблизости? Не ваши ли козы пасутся за домом?
Вместо ответа женщина вынула из ведра сверток и надорвала оберточную бумагу. Запах теплого пирога тут же достиг моего носа и заставил
