гадать. Мы почти ничего не знаем о Еловии, – сказала Клара, и друзья быстро потеряли интерес к узору на стене.
Если главные ворота в страну Ёлочной феи проходят через дупло, то путешественники логично предположили, что оказались внутри дерева, хоть и зашли сюда с чёрного хода.
– Как же я перепачкалась! – сокрушалась Клара, осмотрев свой наряд. – Мне тут совсем не нравится. На картинке Еловия выглядела иначе.
– Мы стоим даже не на пороге, – возразил Франсис. – Это напоминает задний двор или ещё дальше. Наверняка, если углубиться в пещеру, обстановка изменится.
Клара грустно вздохнула и последовала за Франсисом. На пути им стали попадаться настолько крупные раковины, что в одной такой мог легко поместиться любой из путешественников. Перелезать через них с необычайно длинной шеей или с шестью лапами оказалось крайне неудобно. Лапы Ансельма застревали между раковин, а шея Клары заваливалась в сторону, едва девочка оступалась. Франсису щупальца не мешали передвигаться, и он, как мог, помогал друзьям.
– Стоять и не двигаться! – донёсся сверху писклявый голосок.
Дети остановились и закрутили головами в поисках обитателя Еловии. Страж, охраняющий чёрный вход, наставил на них длинную изогнутую палку с раскрытой шишкой на конце. Дети не встречали существ, похожих на него, и не видели таких на картинках. Страж напоминал огромного слизняка, схваченного за горло двумя медузами. Вблизи медузы оказались его крыльями: они держали на весу удлинённое полупрозрачное тельце стража, переходящее в скрученный хвост. Им он сжимал грозное оружие.
Страж уставился на детей двумя бусинками глаз, торчащими из головы на тонких стебельках, и сказал:
– Тайное проникновение в Еловию тут не приветствуется. С этого мгновения вы – мои арестанты!
Голос звучал весьма недружелюбно, хотя выглядел страж совсем не устрашающе.
– А если мы не хотим становиться арестантами? – спросил Франсис. – Это не входит в наши планы.
Страж скривил рот-щёлочку, нацелил палку в ноги мальчика и выстрелил из неё сгустком оранжевой слизи. Слизь плюхнулась на башмак Франсиса и мгновенно затвердела стеклянной коркой.
– Это смола, – пояснил страж. – Не вынуждайте меня приклеивать вас!
Друзья испуганно переглянулись. Каждый подумал: мог ли страж привести арестантов к фее на суд? Законов Еловии путешественники не знали и не представляли, что их ждёт впереди.
– А что здесь делают с арестантами? – поинтересовалась Клара.
Страж взглянул на девочку с чрезмерно длинной шеей:
– Вам вряд ли понравится наказание, – хихикнул он и стал, не выпуская оружия, шарить кончиком хвоста в маленькой сумке, висящей на шее. – Такие проступки здесь не прощают…
Он вытянул на Клару стебельки глаз и, поскольку друзья стояли вокруг стража, на долю секунды потерял из вида Ансельма. И мальчик, превращённый проклятьем в подобие человека-скорпиона, воспользовался моментом: молниеносным рывком он распрямил свой хвост и ужалил стража. Существо пискнуло, выронило оружие и, не успев ничего достать из сумки, рухнуло на дно пещеры.
– Ты его убил! – в ужасе воскликнула Клара.
– Я… не хо… тел, – запинаясь, промолвил Ансельм. – Я только подумал об этом, а хвост сам ужалил.
Франсис склонился над стражем и прислушался:
– Кажется, дышит.
– Убери от меня свои скользкие щупальца! – протяжно, словно засыпая, пропищал страж. – Что вы со мной сделали? Я не могу пошевелиться…
– Мы не хотели вам навредить, – попытался извиниться Франсис. – Но вы не оставили нам выбора.
– Какая ужасная у меня жизнь, – вдруг запричитал стаж. – Доверили простецкое дело, а я…
Страж недоговорил, он кашлянул и умолк, а стебельки его глаз безжизненно повисли.
– Твой яд его всё-таки убил! – с горечью заключила Клара.
Франсис вновь склонился над стражем, прижался ухом к груди и услышал слабое биение сердца:
– Жив!
– Надо придавить его раковиной покрупнее, чтоб не улетел, когда очнётся, – предложил Ансельм.
– Мы же не варвары, – возмутилась Клара. – Возьмём его с собой и передадим первому, кого встретим.
– Не оставлять же его тут, – согласился с ней Франсис.
– Лучше подбросьте на видное место, если вы такие добрые, – проворчал Ансельм. – Только оружие его заберите: наверняка пригодится.
Жребий нести стража выпал Ансельму. Как раненого наездника, его положили на спину мальчику. Обвисшие крылья хлопали Ансельма по ногам, но виновник случившегося сдержанно терпел неудобства.
Друзьям пришлось взбираться на гору из раковин улиток, и подъём оказался не из лёгких. То ноги застревали между раковин, то проваливались внутрь, то домики улиток начинали осыпаться, утягивая за собой карабкающихся по ним путешественников. Изрезав об острые края ноги, друзья едва не свернули себе шею, но всё же забрались на вершину горы. Там их ждал неприятный сюрприз: за горой начинался обрыв. Чёрная полоса пропасти преграждала им путь.
– А дальше как? – растерянно взглянула на друзей Клара. – Мне ни за что не перепрыгнуть.
– Думаю, надо спуститься до края обрыва и посмотреть, насколько он глубокий, – предложил Франсис. – Возможно, он засыпан раковинами.
– Не советую, – вдруг подал слабый голос очнувшийся страж. – Лучше отправьте туда своего паука. Мой убивец мигом его перепрыгнет.
– Сам ты убивец, – возмутился Ансельм и небрежно скинул свою ношу. – И я вовсе не паук.
Друзья неодобрительно посмотрели на Ансельма.
– Ты можешь перескочить на ту сторону? – спросила Клара.
– Вы с ума сошли! Не буду и пытаться.
– Но у тебя такие мощные лапы. Вдруг получится, – Франсис, как всегда, поддержал Клару.
– Скорпионы не умеют прыгать, – упирался Ансельм.
– Ага, они только жалить умеют, – приподнял голову раненый страж. – Коварные и злобные зверюги, совсем как ты!
– Я не такой!
– Все скорпионы такие, – не унимался обитатель Еловии. – Других просто не бывает. Простодушных добрячков сразу съедят! Посмотри на себя: ты коварный и злобный!
– Не слушай его, ты не такой, – заспорил Франсис.
– А какой я? – с обидой воскликнул Ансельм. – Волшебная пыльца наверняка неспроста превратила нас в чудовищ.
– А почему тогда у меня длинная шея и рог на лбу, а у Франсиса щупальца? – вспыхнула Клара. – За что нас этим наградило проклятие?
– Не знаю. Сами в этом разбирайтесь, – фыркнул Ансельм.
В пещере воцарилась напряжённая тишина, слышалось лишь недовольное сопение. Первым потерял терпение раненый страж:
– Я, возможно, умираю, а вы тут препираетесь! Немедленно несите меня к лекарю!
– А тут есть лекарь?
– В Еловии кого только ни бывает, – проговорил страж и обратил их внимание на раковины. – У вас под ногами – оковы переродившихся обитателей волшебной страны.
– Оковы?
– Раковины, которые вы топчете, когда-то принадлежали не обычным улиткам, – заявил страж и печально продолжил: – Каждая из них была человеком. Кто-то нарушил договор с феей или как-то иначе расстроил волшебницу: просто срубил не то дерево или стрелял шишками по белкам, как ваш друг однажды…
Рассказчик не назвал имени, но из трёх друзей только Ансельм испуганно втянул голову в плечи.
– Вы тоже были человеком?
– Был. Много лет назад.
Дети замерли в изумлении и подумали о том, что им несказанно повезло: фея просто отказала в аудиенции, а предстань они перед волшебницей – попрятались бы в ракушки до скончания веков!
– Вы что-то сказали о превращении, – вспомнила Клара. – Можно перевоплотиться из улитки в кого-то другого?
– Улитки ползут сюда, поедая плесень
