Судя по реакции отца на маму, ему её отношения с отчимом по барабану. А если начну жаловаться на приставания, то может и кардинально вопрос решить.
Дядя Сережа не показался мне особо церемонным в этом отношении. А я и без того вполне достаточное и даже чрезмерное количество трупов увидела, чтоб еще одного ублюдка на свою совесть принимать…
Отец с дядей Сережей переглядываются, молчат.
— Не надо его… того… — бормочу я, — он и так пострадал…
Мать шлет еще сообщение, что-то про мужа моего спрашивает.
— Отключайся, — командует дядя Сережа, забирает у меня телефон, вынимает симку, ломает ее и выбрасывает в окно на скорости.
И следом — новенький телефон, с которого я писала сообщения!
С открытым ртом отслеживаю полет гаджета. Ну надо же! Вот зачем? Он же новый! Без симки даже!
Транжиры какие!
Могли бы мне отдать, если им не надо!
— Так, Лика, вот новый паспорт, вот карта, — дядя Сережа продолжает меня инструктировать, — пин-код 1628, захочешь, поменяешь потом сама. На карту будет приходить бабло, тебе хватит. Жить будешь у друга отца Симонова Андрея Савельевича, в его доме. Вот здесь.
Он показывает мне адрес, и я только брови поднимаю в удивлении.
Город у Уральских гор, один из самых больших в стране, богатых…
И далеко так от моего родного!
И от Саратова, кстати, тоже далековато.
Наверно, не просто так это все.
— А кто он такой? — спрашиваю я, — тот самый Сим-Сим?
— Забудь все, что слышала, — суровеет отец, — особенно это погоняло. И мое — тоже забудь. Ты — дочь его двоюродной сестры его жены, понятно? Жена у него умерла, сестра тоже. Ее дочь… Короче, с этой стороны тоже не будет проблем. Имя тебе оставили прежнее, чтоб не путалась. Фамилия — Федорова. Федорова Анжелика. Поступила в местный университет, — дядя Сережа мне тут же сует документы, читаю название… Ого! В десятку лучший по стране входит, надо же… — на первый курс, экономический. Как и в твоем мухосранске. Учиться будешь платно, так что можешь не напрягаться с учебой. Главное, сидеть и не отсвечивать.
— И сколько мне сидеть и не отсвечивать? — задумчиво изучаю документы, свой паспорт, фотку… Надо же, настоящее все, вроде… И когда успели-то?
— Пока не знаю. — Отец кривится, — Сим-Сим… То есть, Андрей Савельевич даст знать.
— А если что-то… — замолкаю, не желая снова произносить вслух предположение о возможной гибели отца.
— Он тоже даст знать, — кивает отец, — и позаботится о тебе.
— А он один живет?
— Нет, там большой дом и большая семья, — говорит дядя Сережа, — старший сын, с женой, младший… Тот еще засранец, говорят.
— Да, с ним поосторожней, Лика, — говорит отец, — хотя, вряд ли с этим будут проблемы… Смертников в семье Сим-Сима никогда не водилось. И дураков тоже.
Мне становится очень сильно не по себе от этого всего, хотя, казалось бы, куда уж сильнее?
За последние несколько часов я пережила столько, сколько многие люди за всю жизнь не переживают.
А сколько еще предстоит…
Чужая семья, чужие люди…
Страшно как!
И деваться некуда, самое главное.
Убегать? Смысла нет.
Настаивать на том, что одна поживу, тоже. Меня явно не настроены выпускать из-под контроля.
Остается надеяться, что это все будет быстро.
В конце концов, я — настолько незаметная и тихая, что попросту затеряюсь в большом доме, никто обо мне и не вспомнит. По крайней мере, я все для этого буду делать…
Глава 9
Летать мне раньше не приходилось, потому, конечно же, боюсь. Хотя, после всего случившегося, опасаться самолетов — немного кринжово, но я уже поняла, что логикой у меня беда, так что…
Ежусь от количества народа, кажется, что все в разные стороны и одновременно бегут, хотя этот аэропорт, по словам отца, вообще небольшой.
Это какие же тогда большие?
Дядя Сережа должен проводить меня прямо до терминала, а отец остается в машине, даже не выходит на улицу. Это царапает, но, наверно, у всего свои резоны…
— Телефон тебе не оставляю, — говорит отец, когда дядя Сережа выскакивает из машины на улицу, оставляя нас наедине и давая возможность попрощаться, — если что-то срочное, с Сим… То есть, с хозяином дома поговори, он со мной свяжется. А так старайся вести себя тихо, естественно. В его доме о том, кто ты, никто не в курсе. Только он, и, может, еще его старший сын, Сандр.
— Сандр? — переспрашиваю я удивленно. Имя такое странное.
— Да, — кивает отец, — он Александр вообще-то, но с детства Сандром кличут… Мелким на цыганенка похож был, говорят, Сим-Сим даже генетическую экспертизу заказывал… Он — наследник, все дела ведет сейчас, Сим-Сим больше отдыхает… — мне кажется, или отец сдерживает завистливый вздох? — в любом случае, думаю, ты с ним вообще сталкиваться не будешь… В отличие от младшего его придурка… Вот, если б мог, не отправлял бы тебя туда… Но реально выбора нет.
— А там я точно в безопасности? — спрашиваю я, тревожась теперь особенно сильно, — к ним… Не придут те люди?
Отец усмехается:
— Если придут, цветы им на могилку потом принесешь…
Он смотрит на меня пару секунд, словно сказать что-то хочет.
И не говорит ничего, кроме:
— Удачи.
И кивает на дверь.
Вот так.
Отличное отцовское напутствие.
Не знаю, чего ждала, на самом деле, но становится обидно.
Киваю в ответ и выпрыгиваю из машины, стартанув с места так, что дядя Сережа, удивленно матюкнувшись, буквально бежит за мной следом.
Догоняет и молча топает рядом, никак, слава богу, не комментируя мое поведение.
А я… Я почему-то едва сдерживаю слезы.
И машина отца не дожидается дядю Сережу, уезжает…
Сердце сжимается.
Меня куда-то несет потоком жизни. Одну. Совсем одну. Страшно-то как!
Аэропорт ошеломляет, торможу в растерянности, и дядя Сережа буксирует в нужном направлении, взяв за руку, так по-свойски, что даже нет желания возмутиться. Наоборот, приникаю с благодарностью к его плечу, словно защиту ищу. Опору в этом бешеном мире. Ту, которую мне отец не пожелал сейчас дать.
Дядя Сережа только бухтит дружелюбно:
— Не боись, Лика, все нормально. Сейчас в самолетик сядешь, полетишь, прилетишь… А там тебя встретят.
— Прямо в аэропорту? — уточняю я.
