Читаем без скачивания Другой мир. Том 1 - Наталия Янкович

В ответ Азимут только пожал плечами и, всматриваясь куда-то вверх, в бесконечные просторы неба, через некоторое время ответил:

– Не судья я, чтобы судить, как у Вас там, да что… Я только знаю, как у нас… Здесь мы вместе, если друг без друга никак… Такое, правда, случается далеко не с каждым и до сих пор никто не решил, а как оно лучше… Но я точно знаю, что с Алиандрой я счастливее… Лучше, что ли… При ней вся моя неотесанность куда-то испаряется, я могу мечтать, творить, думать о великом… Оно, конечно, есть и те, у кого все по-другому. Но судить не буду… Может, у вас все переменится… Может, ты еще и сам не понял своего счастья… А может, твое счастье впереди… Время… оно покажет, а пока живи, радуйся, наслаждайся!

Сеня, пожевывая огурчик, внимательно слушал Азимута и сам не понимал, как недавно мог принять его за сумасшедшего. Что-то в словах его нового знакомого было, только Сеня во хмелю никак не мог ухватить более точно, что, но сердцем чувствовал, есть в его рассуждениях истина…

«Да, сердцем!» – Сеня неожиданно присвистнул от такого открытия.

Давно он так не рассуждал: «Думать сердцем!»

Много лет подобное казалось давно атрофировавшейся возможностью из детства, о которой он и думать забыл! А оно вон как теперь, на свежем воздухе, пробрало!

«Так дело и до слезы дойдет!» – зло подумал Семен Коновалов и решил перевести разговор в менее лирическое русло.

– Ты бы лучше, Азимут, про достопримечательности ваши рассказал. Что у вас тут в селении интересного, особенного… Может, до отъезда на что посмотреть стоит?..

Великан в ответ только весело улыбнулся и, хитро прищурившись, крякнул:

– Да у нас тут, куда ни плюнь, для тебя – сплошные достопримечательности!

«Вот заливает под пьяную лавочку!» – подумал Семен и, старясь побольше выведать про подпольное печатанье денег, вслух добавил:

– Мне тут Алиа про какого-то искусного мастера говорила… Никодимом его зовут, по-моему…

– Вот девчонка болтливая! – непроизвольно вырвалось у Азимута.

А Семен, поняв, что нащупал то, что нужно, тут же усилил натиск.

– А что же в этом такого?! – невинно хлопая глазами, залепетал налоговый инспектор. – На настоящего мастера всегда радостно посмотреть! Познакомь, Азимут! Век не забуду!

Великан только недовольно затряс головой и опять, словно погрузившись куда-то глубоко в собственные мысли, на мгновение замер. Когда он пришел в себя, то более спокойно ответил:

– Ладно, может, оно и к лучшему. Утро вечера мудренее. Завтра все окончательно и решим. А пока пора спать. Доброй ночи…

И не успел Сеня в ответ открыть рот, как хозяин дома поспешно скрылся в густом кустарнике, что в изобилии рос за беседкой. Костер сам начал медленно угасать, пока не превратился в испускающие тонкий дымок уголяшки.

«Видно, перебрал», – подумал Семен и, покачиваясь, побрел на самый верх башенки в отведенную специально для него комнату.

Пробило двенадцать. Сеня, облачившись в найденную на кровати пижаму, сладко позевывая, лег спать. За окном застучали мелкие капли начинавшегося дождика. В печной трубе тихо завыл ветер.

Поворачиваясь с боку на бок, Семен попытался заснуть. Но как на зло сон не шел. В голове вертелись обрывки недосказанных фраз, почему-то разбегающиеся в разные стороны дети, странный мальчишка с непонятной тарабарщиной, застенчиво улыбающаяся Алиа, Азимут… Все казалось и обычным, и странным одновременно…

Сеня недовольно потер взмокший лоб. И решил встать с постели. Нужно было подышать свежим воздухом. Что ни говори, а он лучше всего прочищает хмельную голову.

Открыв глаза, Семен занес ногу над полом, чтобы встать, но тут же замер. Прямо на него из окна смотрело бледное лицо девушки: луна тускло высвечивала его черты и терялась в длинных, темных, струящихся по обнаженным плечам волосах.

Сеня в ужасе зажмурился и залез с головой под одеяло.

«Пьяный бред, начался пьяный бред…» – нервно подумал он.

Но, немного отдышавшись и приведя мысли в относительный порядок, все же отважился выглянуть из-под одеяла и удостовериться, что ему померещилось.

И вправду, на этот раз в окне никого не было. Собрав все свою храбрость и повинуясь необъяснимому любопытству, Сеня, осторожно ступая, начал подкрадываться к окну.

Там по-прежнему никто не появлялся.

Наконец, Сеня подкрался вплотную и, выглянув с двадцатиметровой высоты, уставился на залитую лунным светом лужайку. Дождик уже прекратился, и вокруг витал запах ночной свежести и травы.

«Должно быть, приснилось», – вынес вердикт Семен и уже собирался лечь спать, как неожиданно где-то внизу послышался веселый девичий смех.

Сеня осторожно выглянул еще раз и… так и застыл. На лужайке, схватившись за руки, весело кружила хоровод и смеялась обнаженная стайка девушек. Длинные распущенные волосы ниспадали до тонких талий, крепкие упругие груди вызывающе выдавались вперед. Неожиданно одна из девушек посмотрела в сторону молодого человека.

Семен задрожал. В резких и красивых чертах он узнал то самое лицо, что пристально смотрело на него из окна. Так же стремительно, как и посмотрела, девушка отвернулась и затерялась в толпе.

Картинка на лужайке переменилась. Теперь в центр хоровода выскочил огромный бурый медведь и на задних лапах принялся гоняться да девушками и пытаться их поймать. Обнаженные нимфы в ответ только весело хохотали и ловко уворачивались от огромного зверя. Тут на помощь ему пришло несколько крепких парней, обряженных в звериные шкуры. Число девушек и мужчин сравнялось.

Откуда-то из воздуха послышался нарастающий бой барабанов. В такт ему участники принялись кружиться в сумасшедшем и одновременно прекрасном танце. В центр лужайки, волоча за собой мнимую жертву, выскочил один из парней в шкуре волка. Под звуки все нарастающего боя и улюлюканье толпы они принялись страстно совокупляться на глазах у всех.

Когда все закончилось, ритмы барабанов начали постепенно стихать. Стайка обнаженных нимф в обнимку с наряженными в животных парнями скрылась за густым кустарником. Утихший дождик принялся опять еле заметно накрапывать.

Сеня нервно вытер вспотевшие руки. Но это не помогло. В висках по-прежнему продолжал стучать ритм барабанов, кровь прилила к липу, а сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. На трясущихся в коленях ногах, Семен, неуверенно ступая, попытался дойти до постели. Добравшись, он без сил упал в мягкие подушки и почувствовал, что этой ночью заснет навряд ли. В глазах, как живое, стояло лицо неизвестной девушки. Огромные, сверкающие глаза… Алый влажный рот… Сводящая с ума обнаженная грудь, бедра…

Образ девушки, словно наваждение, продолжал преследовать Семена всю ночь, ни на миг не отпуская и не давая забыться…

На утро, когда запели первые петухи, налоговому инспектору все-таки несколько минут удалось подремать. Но когда все же пора было вставать, чувствовал он себя не лучшим образом. Под глазами пролегли синяки, взгляд стал нервным и настороженным. В теле поселилась усталость и тайное ожидание. Одним словом, Семен выглядел больным. Больным то ли страхом, то ли… истомой… Но последнее предположение молодой налоговый инспектор отгонял, как дурной сон. С ним такого случиться не могло! Хотя каждый раз при мысли о ночной незнакомке сердце не слушалось горделивого хозяина и предательски екало.

Отогнав навязчивые мысли и, более или менее приведя себя в надлежащий вид, Семен пошел спускаться к завтраку.

– Утро доброе! – поприветствовал его Азимут с залитой солнцем террасы, но тут же, при взгляде на гостя, осекся и замолчал.

В ответ Семен только что-то нечленораздельно буркнул и, словно мешок, плюхнулся на плетеное кресло.

После нескольких глотков кофе к налоговому инспектору вернулась способность мыслить трезво. Подозрительно сощурившись и пристально глядя на Азимута, он спросил:

– Что это у вас тут по ночам за безобразия творятся?! Буянят и людям спать не дают! В окна пугают!… Натуральный шабаш!

Азимут от услышанного так и застыл с ложкой у рта. После продолжительной паузы хозяин, опустив глаза куда-то в пол, еле слышно пробурчал:

– Вот то-то оно и то… Можно сказать и так… – и уже более уверенно добавил: – А нам к Вельде пора. Ей и пожалуешься. Она у нас мастер по части наведения порядка. Тем более как пить дать там и ее разбойницы затесались…

– Вельда? Кто такая Вельда? – недоуменно уставился Семен на рыжего великана.

Встречаться с какой-то подозрительной дамочкой ему совершенно не хотелось. Куда важнее для него был фальшивомонетчик Никодим. Собравшись с духом, Сеня сделал попытку сопротивляться:

– Мы же к мастеру Никодиму собирались. При чем тут эта Вельда?

Азимут довольно крякнул в рыжую бороду.

– Потому и к Вельде, что она ему женой будет!

Это меняло дело, и Семен, успокоившись от услышанного, с удовольствием принялся за завтрак.